Двойная жизнь Дианы Фогель
– Ничего, переживу. Будто мало кроме тебя причин для улыбки, – заверяю, все же немного поникнув.
Зато Тимур быстро оживляется, завидев на горизонте новый повод для подколов:
– Ну да. Сейчас‑то ты девушка свободная, завидная. С приданым на заднем ряду.
– Ты к чему ведешь, конспиратор?
Голубые глаза лукаво блестят, а Тим не спешит отвечать. Музыка, льющаяся из‑под потолка, сменяется на новую мелодию. А Тим, узнав песню, принимается двигаться в такт и играть в темп бровями.
– Если ты про Глеба…
В лазурных кристаллах пляшут бесята. Лис вдруг нависает над столом, склонившись ко мне, и подозрительно щурится:
– А чего это ты сама про него вспомнила? Что в мыслях, то и на устах?
Возмущенно взревев, откидываюсь на спинку дивана. Слышу довольный смех Тимура и выплевываю в его сторону:
– Сводник недоделанный!
– У меня просто маленький опыт работы. Ты мой первый клиент.
– Отказываюсь! Не нужна мне сваха! К тому же с Глебом!
– А я думаю, что нужна, – не прекращает издеваться рыжий. – Посмотрим, как запоешь, когда он тебя на руках носить будет!
Запрокинув голову, разражаюсь диким хохотом. Несколько посетителей выглядывают из‑за цветных ширм и недовольно поглядывают в нашу сторону.
– Не смеши меня! Если Глеб и понесет на руках, то только на олимпиаду по хирургии. Чтобы не сбежала и не завалила его на отборочных. Мы ведь одна команда! – протягиваю наигранно.
Из‑за соседнего столика на меня подозрительно косятся два парня. Между ними разложено несколько колод, по столешнице разбросаны фишки и многогранные кубики. Однако наш с Тимом диалог их привлекает почему‑то больше, чем настольное сражение.
– Ливерша[1], что ли? – с презрением бросается сленговым обзывательством незнакомец.
– И зачем такую в команду брать? – кивает его товарищ, изучая меня полным отвращения взглядом.
– Для дополнительного опыта[2], – протягиваю сладко и ядовито улыбаюсь подслушивающим.
Столкнувшись с моим выжигающим взглядом, парни шустро ныряют носами в свои колоды и больше не подают признаков жизни. Разобравшись с пешками, принимаюсь за босса.
– Ты дошутился! – картинно задираю нос. – Халат свой обратно не получишь!
Тимур театрально хватается за сердце и впивается пальцами в цыплячью футболку с принтом Пикачу. Покемона косит, и он превращается в лимон с глазками.
– Не вели казнить! Я знаю, как спасти халат и загладить вину! – вдруг находится он, а в следующий момент на столе появляется знакомая пухлая папка.
Едва завидев ее, довольно охаю и нетерпеливо потираю ладони. Мы шустро переставляем напитки и еду под диваны, чтобы случайно не испортить труды Тимура. А в следующую минуту по столу раскидывается скатерть из страниц с цветными фреймами[3].
Знакомые персонажи ведут историю из кадра в кадр. Особо важные сцены занимают целый разворот, где детали изображены до мелочей. Картинки выглядят сочно, несмотря на мрачную атмосферу и темную палитру.
– Ты действительно много нарисовал за лето! – мой голос звенит от восхищения.
Аккуратно перебираю страницы, разглядывая рисунки. Текста в комиксе пока что нет, и облачка диалогов пустуют. Реплики мы с Тимуром прорабатываем в отдельном блокноте, не спеша включать их в историю.
– Это ты еще самое важное не видела, – интригует друг и протягивает несколько страниц.
На одном листе оказывается разворот, на который таращусь немигающим взглядом. У меня перехватывает дыхание. Глупо приоткрыв рот, в изумлении смотрю на свою ожившую мечту. Тимур использовал мой дизайн наряда!
На кадре – пепельноволосая героиня, Ари, стоя в лодке, склоняется над водой. Она рассматривает в черном озерном зеркале длинный шрам на щеке, что совсем не вяжется с нежным вечерним образом.
– Перед балом участников, – подсказывает сцену Тим, хотя я и так знаю сюжет от корки до корки. Завороженно киваю и даже не поднимаю глаз.
Жадно изучаю каждое кружево, каждую крохотную деталь образа героини. Наряд выглядит живо, естественно. А мне с трудом верится, что когда‑то это платье вышло из‑под моей руки.
Лиф плотно обнимает талию и грудь молодой девушки. От верха наряда к ключицам ползет кружевной узор – стебельки с розовыми бутонами. Открытые плечи остро выступают над легкими и пышными рукавами‑фонариками. Под их прозрачной тканью, словно подвешенные в воздухе, горят сотни крохотных звезд. Осколки небесной пыли рассыпаны и по подолу, мягко обрисовывающему бедра. Легкая и прозрачная розовая ткань кружится вокруг талии в несколько слоев, первый из которых касается пола, а каждый следующий чуть поднимается над прошлой спиралью. Юбка словно растворяется книзу и открывает взору легкие туфельки на небольшом каблучке.
– У меня нет слов, – голос дрожит от волнения, глаза сияют от восторга.
Выпускать страницы из рук не хочется. Несколько кадров с Ариадной в моем наряде дарят столько тепла, надежды и гордости! Девушка кажется живой, а платье на ней – настоящим. Ткань развевается от ветра, сияет под софитами и мнется, когда Ари нервно теребит подол между пальцев.
Просто рисунки, а столько эмоций! И для меня они – подтверждение. Я что‑то могу.
– Хочешь, оставь себе, – благородно предлагает Тимур, заметив эмоции, что я излучаю.
– Уверен? – едва не скрещиваю пальцы, боясь, что друг передумает.
– Ди, – обращается Тим доверительным тоном, – я же их не от руки рисую, а на компьютере, с планшета. Распечатаю еще, пустяк.
Счастью моему нет предела! Аккуратно прячу подарок между страниц толстенного учебника и мысленно уже креплю отрывки комикса над кроватью. В свете гирлянд мое платье, платье Ариадны, будет выглядеть еще волшебнее!
– Знаешь, – воодушевленно объявляю Тимуру, пока роюсь в рюкзаке, – а я, пожалуй, даже сошью это платье. А то все косплей… Пора и что‑то свое «оживить».
– Вау. Косплей, комиксы… Ребят, вы просто находка!
[1] Ливер – человек, который покидает игру до ее завершения и тем самым подставляет свою команду.
[2] В онлайн‑играх команды набираются случайным образом, но в некоторых случаях, играя заранее собранной компанией, можно получить дополнительные очки опыта.
[3] Фрейм – отдельный рисунок комикса, окруженный рамкой.
