Из чаши

– Твари порочные! Души грешные! Дети бесовы! – ворчал Калист, забираясь в свою койку. – Все рабы похоти! Рыжий еще байстрюка сделает, а на вас его грех ляжет. Все в Писании сказано про таких, как вы! Онана Господь покарал и за меньшее. Мечтайте о шалавах, а я буду молитвы читать, мне моя душа еще нужна.

Рей открыл Библию, но через пару минут увидел, что слова со страниц не оседают в голове, а всем в казарме плевать, чем он занят. Тогда Калист захлопнул книгу и зарылся в подушку, не дожидаясь, пока потушат свет. Через несколько часов ему предстояло вставать, договариваться с дежурным, красться в темноте к прачечной на первом этаже и запускать ультразвуковой стиральный агрегат, чтобы очистить тряпье Питера и Дитера, чтоб у него треснула напополам глупая черная рожа!

 

Глава 6. Мотыльки и пламя

 

– Не потрудитесь объяснить, Иван Сергеевич, зачем вы начали звонить в межзвездный передатчик? – даже дешевенький микрофон передавал раздражение в голосе шефа полиции.

– Вячеслав, а это сейчас важно? Я испугался. Решил рассказать Литейщикову. От вас же мало помощи.

– А чем бы вам помог Федор с расстояния в миллион световых лет, если мы даже рядом с вами… не справляемся? А из‑за ваших двух сообщений «Меня преследуют» и «Я хочу улететь…», отправленных подряд, отключился свет во всем западном Гиперборейске и вдоль седьмой автострады. Улицы, больницы, задержка поездов. Хорошо, что через пару минут системы перезагрузились, обошлось всего мелкими авариями, а то могли бы и попасть под уголовную статью. И это не считая возможных последствий от включения устройства приема на Лагарте. Если бы Литейщиков начал вам отвечать, ваше общение обвалило бы энергетику двух планет.

– Офицер, я, конечно, виноват, но я же потерпевший. Зачем‑то мне вкололи этот чип в руку, а им, оказывается, и пользоваться нельзя. Мне угрожают падающими сосульками сумасшедшие с непонятными мотивами. Обычно в таких случаях выделяют штатных психологов, а не угрожают уголовной статьей.

– Насколько я знаю, вы были в командировке, видели полицейскую операцию против мятежников. Там наверняка были психологи полиции или Министерства по борьбе с катастрофами. Они сильно пригодились?

– Нет. Помню, они в основном оказывали квалифицированную помощь своему коллеге, психологу, чья машина подорвалась на мине, он один выжил, остальных пассажиров превратило в куски мяса. Потом я психологов не видел, уже после командировки пошел к одному в надежде, что так Каталина меня не бросит, но она все равно ушла. Зато психолог мне рассказала про ингалятор, благодаря которому я еще в состоянии с вами беседовать… вы мне пытаетесь своими вопросами доказать, что от психологов нет толку? А от вас есть?

– Вы же человек, видевший войну. Я, кстати, не обладаю таким опытом, хотя видел многое, и теракты, и культистов, приносящих людей в жертву. Насколько могу судить, психолог вам сейчас не поможет. И если бы отключились от перегрузки компьютерные сети Аркаима, это вряд ли помогло, верно?

– У вас есть какие‑то результаты? – вздохнул Иван. – Может, нашли, где он сидел, как сбросил эти сосульки?

– Был взлом патрульного дрона с полицейской видеокамерой, его подвели к карнизу и сбили кусок льда. Затем дрон разбился в ближайшем дворе. Исследуем обломки и полицейскую сеть, как взломщик проник в нее.

– Я слышал, залезть в защищенную компьютерную сеть типа полицейской гораздо легче, если в ней есть предатель, вольный или невольный.

– Мы рассматриваем такую возможность. Если найдем предателя, его посадят на кол посреди двора полицейского управления.

– Вы шутите?

– Хотелось бы мне не шутить, но… Результаты поиска среди эмигрантов с Доминики пока отрицательные, никого похожего на нашего клиента. Служба Контрразведки все еще изучает способы, которыми взломали камеры и коммуникации. И мои источники в службе намекают, что в ближайшие дни дело могут забрать у полиции и передать контрразведчикам.

– То есть я больше не буду с вами работать?

– Не будете. Возможно, «опричники» обеспечат вам безопасность лучше, чем мои ребята, но я бы не сильно радовался. Дело оказалось серьезное. С такой легкостью взламывать системы могут наборы цифровых мастер‑ключей. Мастер‑ключами располагает не всякая планетарная спецслужба, это уровень Специальной Службы Безопасности Человечества.

– И что теперь будет?

– Я не знаю. Но вас могут ограничить в свободе передвижения, заморозить банковские счета, да все что угодно, если метрополия обратит внимание на это дело. Кстати, о деньгах. Неожиданно появилась новая зацепка. Система отследила кредиты с банковской карты Юрия Карпенко. Их сняли со счета уже после его исчезновения.

– Так он расплачивался своими деньгами? – Иван сделал затяжку успокаивающим ингалятором.

– Может, и не сам Юрий. Деньги прошли через несколько магазинов. Покупки непростые. Основа для кулинарного геля, в таких количествах из нее можно лепить тренировочные мишени для порохового оружия. Аккумуляторы. Листовой полимер, из которого можно делать бронежилеты. Универсальные резаки.

– Это что, закупки для террористов? На большую сумму?

– Около шестидесяти тысяч.

– Сумма серьезная, и тем не менее ради нее «светить» банковскую карту похищенного человека… У людей со средствами уровня ССБЧ нет способов быстро достать шестьдесят тысяч? Это звучит как безумная игра.

– Согласен, Иван, возможно, преступники специально оставили этот след. Я не знаю смысла их поступков, не понимаю их логики… И причастные следователи тоже не понимают. Но их ресурсы, их способность избегать нашего поля зрения впечатляют. Это очень хорошо подготовленные и оснащенные люди, на одном безумии так не получается. Знали бы вы, какие суммы готовы выложить за электронный мастер‑ключ на черном рынке, даже если просто дает доступ к базам данных желтой прессы, а у них ключи к военным данным. Если эти бандиты и безумны, они хитры и чертовски умны. Что вы думаете делать дальше?

– Поеду в гостиницу и стану ждать там, пока от Федора не поступят четкие инструкции. Сейчас еще светло и на улице много людей, можно идти?

– Вам вернут коммуникатор на стойке. Пока вы задействовали межзвездный передатчик Вайхмана, подозреваемые взломали ваш аппарат и стерли запись разговора. У нас все так же нет образца голоса злоумышленника.

– Что‑то он говорил такое… интересное. Про место своей работы вроде. Но не помню.

– Постарайтесь вспомнить. Я поручу сопровождать вас на улице при помощи камер наблюдения. Ради Бога и Перуна, поспешите сразу в отель.

– А что это за люди в белом, на солдат похожи, их сейчас в участке целая куча. Я думал, это подмога, чтобы ловить желтомордого, простите.