Из чаши

– Я решил проявить инициативу, хоть меня и не просили, изучил эти финансовые переводы. Что вообще знаете о современных деньгах, что это такое в двух словах, Иван Сергеевич?

– Был у меня в колледже курс по экономике, но я его почти прогулял. Деньги – это файлы, которые создает Министерство Финансов Человечества на Ялусе, затем рассылает эти файлы по всей Галактике?

– В общем‑то, да. Около тридцати процентов всех денег человечества созданы по прямому указанию Министерства Финансов и Центрального Казначейства. Некоторые обыватели думают, что деньги – это просто нули и единицы в компьютерах, нажал кнопку и создал любую сумму. Это не так. Каждый кредит, или «электронный денежный сертификат», – в нем достаточно много информации: защита от подделок, собственный номер, история всех транзакций и экономическое обоснование, почему он был создан, именно этот кредит.

– Я это знаю. Так в чем дело?

– Я бы попросил дать мне самому приблизиться к сути. Вы верно описали самые надежные деньги человечества, так называемые резервные кредиты – это выпущенные по указанию метрополии Конгресса. Но это лишь каждый третий кредит в обороте. Министерство Финансов на Ялусе не обладает ресурсами, чтобы оперативно контролировать ситуацию в громадной системе Галактического Конгресса. Поэтому оно делегирует право выпускать валюту крупнейшим банкам секторов Млечного Пути, задает им лишь общие пределы финансовой эмиссии. Так появляются секториальные кредиты. Их еще больше, чем резервных, процентов сорок – сорок пять, кто как считает, но они редко покидают свои сектора, это в основном региональная валюта. Но есть еще и другие типы кредитов. Есть операциональные кредиты, выпущенные под конкретные крупные сделки, облигационные кредиты, которые выпускают в долг. Кредиты отличаются эмиссионными волнами. Конгресс может принять решение заморозить или конвертировать деньги определенной волны. Такое случается редко, в основном во время кризисов и войн. На разнице в конвертации кредитов и беспорядке бирж можно хорошо заработать. Также хорошо помогает знание алгоритмов искусственных интеллектов, которые распределяют финансы, как эти алгоритмы обмануть. Этим я и успешно занимался, пока меня не взяли полицейские. Хорошо, хоть дали условный срок, в тюрьме все мрачно. Но я пошел на сделку, и так началось мое взаимовыгодное сотрудничество с шефом Розгиным.

– Хагал, вы меня вызвали сюда, чтобы рассказать про связку полиции Аркаима и киберпреступности?

– Нет. Извините, увлекся. Из всех кредитов самые редкие сейчас так называемые сертификаты с золотым обеспечением. Это деньги, имеющие в основе не заключение Центрального Института Экономического Анализа на Ялусе или прогностических отделов какого‑нибудь банка «Красный Багратион». Эти деньги подкреплены реальной массой золота, серебра, платины или чего‑то еще редкого, мелкого и драгоценного. Золотые деньги не встречаются в нынешнем Конгрессе, кроме таких отсталых планет, как Феникс или зона прямой торговли с инопланетянами хилим‑ла на Бестадионе. Ну, и торговля с доминиканцами шла золотом, но в последние годы практически встала после их агрессии на Норге.

И здесь я подхожу к самому важному. Я проверил деньги со счета Юрия Карпенко и увидел нечто интересное. Тогда я немного покопался на вашем счете. Не бойтесь, я ничего не воровал, просто проверил, откуда взялись платежные сертификаты. И… у вас на балансе золотые деньги, Иван Сергеевич. Как и у Юрия Карпенко.

– То есть не обычные кредиты Центробанка? И что?

– Попробую объяснить с другого конца. Как эти деньги создавались? Сначала была большая сделка между фондом «Христиане помогают детям» и компанией «Звезда детства» по покупке детского питания для миллионов голодающих семей на доминиканских планетах. Сделка прошла на золотой бирже Владимира. За детское питание христианский фонд заплатил реальными золотыми монетами, которые были помещены в хранилище, а под них выпущены электронные деньги. Я смог быстро отследить больше десяти миллионов кредитов, но это наверняка не все. Затем электронные деньги перевели на сохранение в «Русский банк» на Владимире. Оттуда они кредитами отправились в несколько мутных торговых компаний. Потом было несколько странных сделок, в итоге деньги оказались на Кристане, на счету фирмы, которая сразу обанкротилась. В качестве компенсации наши золотые кредиты попали в Институт изучения проблем акклиматизации человека. Это полуавтономная структура синдиката «Климат‑тэк», уже близко. И вот со счета Института деньги изъяли на серию грантов для «Климат‑тэк медиа» с формулировкой «для популяризации науки». А уже оттуда, из казны газеты «Алистад‑руссо», их перевели вам на счет как гонорар.

– Фонд… «Христиане помогают детям», как думаете, он связан с властями доминиканцев?

– Уверен! У католических сирот и покрывающих их негосударственных организаций нет таких средств и выхода на биржу. Это лишь прикрытие, способ торговать во время объявленной войны. Ваши деньги – это оцифрованное золото. Вы почти можете взять его в руки и кидать под ноги этим орущим бездарям с медведем перед нами, вместо переводов через коммуникатор.

– Но постойте, получается, мне платят крестоносцы? И Федор, мой начальник, послал меня сюда, чтобы опровергнуть связь Юрия Карпенко как раз с крестоносцами.

– Именно! Причем дело очень темное. Будь это обычная коррупционная схема, золотые деньги доминиканцев поменяли бы на обычные кредиты прямо на бирже Владимира. А так их гнали через пол‑Галактики, тратили месяцы на сложные операции. Кто‑то действует вопреки логике. Понимаете, почему я вас вызвал из гостиницы? Никому здесь не верьте, даже мне. Вам очень много недоговаривают.

– Тогда вопрос, почему вы полезли глубоко в историю финансовых переводов и теперь рассказываете все это мне. Вы же рискуете получить неприятности.

– Полиции я не боюсь. За годы нашего сотрудничества мы так срослись и набрали столько взаимного компромата, что, если с кем‑то что‑то случится, пропадут все, – Хагал задумчиво почесал свой лысый череп, – назовем это солидарностью профессионала. Я терпеть не могу, когда заказчики мне чего‑то недоговаривают. Мнутся… деликатничают… мудило, я все равно узнаю, что должен, например, стереть из полицейской базы упоминание про наезд машины депутата на пешехода… скажи как есть, облегчи мне работу… ну и в этом же духе.

– Хагал Хальвданович… и вам самому не совестно выполнять такую грязную работу?

– Давайте, раз уж мы смотрим на пляски недомедведя, расскажу старый анекдот. Атеист, безбожник заблудился в лесу и столкнулся с медведем. Тот собрался сожрать атеиста. И атеист взмолился Богу: «Спаси!» Тот послал ангела, который собрался вытащить безбожника из леса. Но атеист сказал: «Нет, я атеист, если меня спасут, это будет не настолько… наглядно. А сделайте лучше медведя христианином. Это всем докажет истинность Бога». Раз – и он опять перед медведем. А медведь крестится и говорит: «Благослови, Господи, эту пищу для меня».

Пока мы, люди, с клыками и едим мясо. Пока лжецы, воры, взяточники не разгрызают себе вены от одного осознания своего греха… Такими создал нас Бог или эволюция, неважно. Мои родители научили меня, что хорошо и что плохо, я бы предпочел писать программы для управления теплицами. Но за удаление историй краж при строительстве отопления в замерзающих поселках платят просто больше. Да и сами кражи мне удаются. И пока молнии не разят взяточников и меня, я делаю свое дело с максимальной прибылью, это все. А шантаж полиции тут вторичен.

– Но мне же вы рассказали про деньги крестоносцев, хоть и не были обязаны?

– Потому что я еще человек, а не придаток машины, как многие меня видят.

В вестибюль зашли полицейские, которые недавно «трясли» лоточников в переходе. С ними шел андроид, обвешанный разными сувенирами, как ярмарочный дурак. Торговцы явно пытались задобрить стражей порядка, в том числе и своим простецким товаром.