Могильный Алхимик

– Мы погибли… – простонала Эльвия, когда Лунас опустил ведьму на пол. – Я никогда больше не увижу дедушку, маму, брата… Я не хочу умирать! – Слезы полились ручьем, а по телу пробежал озноб.

– А ну возьми себя в руки, Эльви́я! – рявкнул Лунас, встряхнув ее за плечи.

Эль проглотила застрявший в горле соленый ком и недоуменно уставилась на мага. То, что он впервые назвал ее по имени, а не «Угольком», подействовало отрезвляюще.

– Будь с Талли. Я сейчас все решу, – бросил он и, получив в ответ неуверенный кивок, начертил алхимической ручкой на полу большой рунический круг. Затем кинулся собирать не объятые огнем доски в одну кучу, горой разрастающуюся над этим символом.

С помощью дара Лунас разнес часть борта и даже оторвал штурвал. Закончив, шамадорец сосредоточенно закрыл глаза и приложил руки к рунам. Вокруг забрезжил синеватый свет алхимической энергии. Лунас нахмурился и мучительно сжал челюсти – алхимия явно требовала от него гораздо больше усилий, чем магия. Тем не менее, кобальтовая энергия поддалась, и, по закону равноценного обмена, о котором рассказывала Лиар, отдельные деревянные детали стали соединяться между собой. Конструкция начала принимать форму лодки. Эльвия восхищенно наблюдала, придерживая Таллику за руку.

– Кара Вер‑Шителя, – вдруг пробормотала ведьма. – Я проклята. Обречена.

– Ты жива! Все хорошо. Скоро мы отправимся домой! – успокаивая ее, Эльвия и сама ощутила прилив уверенности.

– Я должна покаяться, – прохрипела Таллика, приоткрыв глаза.

– Лунас, она бредит! – крикнула Эль, не зная, что делать. Она приложила руку ко лбу ведьмы и тут же отдернула ее – кожа была холодная, как сталь.

– Сейчас, – он схватил смастеренную шлюпку и, расправив солнечные крылья, с трудом взлетел с ней.

Эльвия встала и осмотрелась. Пламя подступало, а палуба вдруг накренилась. Эль съехала и ударилась о деревянную перегородку капитанского мостика, которая спасла их с Талликой от падения. Обломки и вещи пассажиров покатились к носу корабля, который клюнул морскую гладь. Огонь зашипел, вступив в неравный бой с ледяной водой. И тут Эль осенило.

– Пожалуйста, Темпурус, мой хороший, помоги… – прошептала она и, зажмурившись, протянула руки к пламени, идеально прямые и напряженные, как тетива. Прошло пару мгновений, прежде чем она почувствовала родное и уютное тепло на ладонях. Эль провалилась в это ощущение, потерявшись в пространстве и времени, а когда открыла глаза, увидела, что ближайший к ним огонь исчез.

– Быстрее! – позвал Лунас, приземлившись рядом, и вновь поднял Таллику на руки. Она слабо обняла его за шею.

– Лунас, я должна покаяться, пока не поздно. Тебе надо знать. Знать все…

– Не сейчас, Талли, – мягко попросил он. – Береги силы.

Обернувшись к Эльвии, он слегка улыбнулся:

– А ты молодец, Уголек.

 

* * *

 

– Святой Со‑Здатель, посвящаю эту молитву тебе! Прими мое служение, Великий. Сердцем милосердного черного дракона я вверяю судьбу этого бренного человека в твои справедливые руки! Со‑Зидай!

Айсин обернулась, зажимая поврежденную вену. Девушка с кошачьими глазами отодвинула ее ладонь, и кровь, освободившись, хлынула из раны на ее длинное льняное платье. Незнакомка соединила указательные, средние и большие пальцы двух рук в треугольник и присела возле пострадавшего, которого Айси вытащила из воды.

Первым спасшимся уже перевязывали раны и унимали боль от ожогов. Этому юноше повезло меньше: горящая грот‑мачта рухнула, словно пылающий молот, и задела его. Друг помог ему добраться до берега, и уже здесь пострадавший потерял сознание.

– Он так умрет! – рявкнула Айсин, решив, что религиозная девушка спятила.

Но та вскинула ладонь в усмиряющем жесте и начала обращаться. Сквозь кожу прорывалась черная шерсть, кости трещали и гнулись под неестественными углами, зубы уменьшались, а клыки, наоборот, росли. Айси отпрянула: девушка стала кошкой. Платье невесомо упало, и только сережки с гагатом остались в ушах. Кошка поставила лапы на рану и утробно заурчала. Этот рокот, обычно уютный и нежный, звучал напряженно и сосредоточенно.

Айси чувствовала, как от этих звуков дрожит воздух, и разинув рот наблюдала за останавливающимся кровотечением. Заурчав рану до рубцевания, кошка подхватила зубами платье и отправилась дальше по берегу.

Ошалевшая Айси смотрела ей вслед несколько секунд, а когда опомнилась, вытерла окровавленные руки о штаны и, убедившись, что юноша действительно в порядке, встала.

Как вдруг заметила паренька, улепетывающего с курткой Фела в руках. Он опасливо оглянулся, встретился взглядом с Айсин и с ужасом ускорился. Ей было не до новых марафонов – она искала друзей, поэтому создала на его пути ледяную дорожку. Он отчаянно замахал руками в уже проигранной битве за сохранение равновесия и распластался на гальке, как морская звезда.

Айсин хмуро подскочила к воришке, выхватила куртку из его цепких пальцев и встряхнула ее, чтобы избавиться от попавших в рукава камней. Вместе с ними из кармана вывалилось что‑то черное. Она рефлекторно нагнулась поднять выроненную вещь и застыла с ней в руках.

Это был смартфон.

Смартфон в магическом мире.

На Нее́ре.

Смартфон, который она видела у Феликса во время их встречи в кафе, где пахло терпким кофе и пряным молоком.

Воспоминание килем врезалось ей в голову. Они только заняли место за понравившимся столиком, когда экран телефона в руках Феликса проснулся, издав узнаваемый рингтон пришедшего сообщения. Его улыбка тогда на мгновение сползла с лица, сменившись стальным взглядом, когда он прочитал сообщение прямо с экрана блокировки. Однако улыбка тут же вернулась, и Фел сказал, что сходит за напитками.

С гулко бьющимся сердцем Айси тронула кнопку блокировки и прочитала сообщение.

Судорожно сглотнув, она попыталась принять осознанное, и внезапно увидела сверкающие на солнце золотые волосы.

Айси пробралась сквозь толпу у кромки берега и вбежала в воду, поднимая брызги. Подхватив нос того, что отдаленно напоминало шлюпку, она помогла ей въехать в гравий. Днище пропахало кривую борозду, которую тут же наполнила морская вода. Лунас выпрыгнул из «лодки». Быстро взглянув на Эль, Айси увидела на ее ладонях следы магического истощения.

– Кто это сделал? – Лунас с ведьмой на руках опустился на камни, с хрустом осевшие под их весом. – Таллика едва не погибла!

– Рыжая подружка Мерики, – Айси наблюдала за тем, как Лунас, похоже, не отдавая себе отчета, гладил Таллику по волосам. – Я сдала ее местным констеблям.

Ведьма всхлипнула. Лунас вздрогнул и обнял ее.