(Не)родной сын. Шанс на материнство

Глава 13

 

Виктор

Она слишком доверчивая. Слишком чувствительная. Мягкосердечная. Это, конечно мне на руку, но… Я не привык обижать слабых.

Наблюдаю из окна кабинета на то, как Вера гуляет с коляской по саду на заднем дворе и залипаю на минут десять. Не понимаю, как она может возиться с чужим ребенком? Она любит его как своего, просто немыслимо. Каждую свободную минутку она рядом с ним, даже работу отодвинула на второй план, и все выезды сократила по максимуму. Разве можно вообще так любить другого человека, что жертвуешь личными интересами ради него? Костя мне будет породнее, но я не собираюсь к нему привязываться. Зачем? Он лишь крючок, за который я зацепился, чтобы получится желаемое. Когда пропадет необходимость держаться за него я просто отпущу, и всё.

А Вера холит и лелеет мелкого… Я видел, как она целует его крохотные ножки, усюсюкает, гладит и бережно прижимает к груди. Меня так не любили в детстве… Если бы на меня упала хотя бы капля её любви в детстве, я бы не был настолько жесток и циничен. Но на меня ничего не упало кроме воза говна и презрения. Я купался в ненависти, крепчал, закалялся ей, и выросло то, что выросло. Я сделаю то, что должен и никакие телячьи нежности и уж тем более голос совести, меня не остановят.

– Тук‑тук, – раздается стук в дверь. Я реагирую поворотом головы и вижу на пороге кучерявую Маришку.

Она взглядом спрашивает разрешения войти, а в руках у неё черный конверт, который держит как сокровище.

– Проходи, – заинтересованно щурюсь я и иду к ней навстречу. – Что у тебя.

– Вот, это один мужчина велел передать Вере Сергеевне, но я подумала… – мямлит неуверенно, что раздражает.

Я повелительно протягиваю руку.

– Давай сюда. Ты молодец.

Заполучив конверт, отворачиваюсь к столу и ловко вскрываю его. Глаза бегают по многочисленным сточкам, вникая в суть информации. Я усмехаюсь на прочитанное.

А ты не так проста, Верочка, как кажешься… На нескольких листах нарыта вся моя подноготная. И здесь явно есть то, что ей не нужно знать. Я забираю два компрометирующих листа, а все остальное обратно складываю в конверт.

Подзываю Маришу и ласково так, проводя ладонью по её зардевшей щеке, говорю:

– Хорошая девочка. Аккуратно запечатаешь в новый конверт и передашь Вере Сергеевне, поняла?

– Как скажете, – пищит довольно.

– Все, ступай.

Она разворачивается, и я цепляюсь взглядом за её юбку, которое сегодня непристойно короткая. По венам пробегает желание.

– И да, Мариша… – рука машинально падает на ремень. – Зайдешь потом отчитаться.

 

Глава 14.

 

– Вкусненько тебе? Кушай‑кушай, вырастешь большим и здоровым, – улыбаясь, держу бутылочку с теплым молоком, к которой присосался малыш. – Аппетит у нас отменный, да? Эх, ну что за славный пирожок… Ням‑ням.

– Давайте, я покормлю. Вас уже машина ждет, – переживает няня, поглядывая в окно.

– Да‑да, конечно, еще секундочку… – нехотя тяну я.

Надо бы уже ехать на работу, а я все с мелким вожусь. Целую Костю в пухлую щечку и уже хочу передать его няне, как чувствую разливающееся тепло в районе живота.

– Ай, что это… – смотрю на кофточку, а там – мокрое пятно. Перевожу взгляд на Костю – лежит счастливый и обсиканный, ножками дергает, видно неприятно. – Эх, дружок‑дружок… Вот это дела ты наделал. Пометил, так пометил. Хулиган маленький.

Няня забирает малыша, а я иду переодеваться. В гардеробной звонит телефон, не глядя на экран догадываюсь, кто это. Конечно, Слава Безруков. Два часа назад он срочно просил приехать в офис и обсудить важный вопрос. В его голосе было слышно раздражение и недовольство, даже не знаю, что его так вывело. Работать я начала дистанционно, чтобы больше времени уделять ребенку. Для меня это было единственное верное решение, работа в моей жизни теперь не на первом месте.

Прижимаю телефон к уху, и быстро застегиваю пуговицы новой блузки.

– Да, Слав, я уже скоро…

– Вер, два часа прошло, где ты потерялась?

– Через двадцать минут буду.

Тяжелый вздох в динамике заставляет виновато прикусить губу.

– Что‑то серьезное, Слав? Ты ничего толком не объяснил.

– Объяснять придется тебе, Вера. Все, жду.

Короткие гудки. Он бросил трубку.

– Черт…

У самой нервишки начинают шалить. Закидываю телефон в сумочку, надеваю туфли и без лишних промедлений выбегаю на улицу. Уже в машине прибираю волосы и навожу легкий макияж, чтобы скрыть темные круги под глазами. Они появились из‑за недосыпа, Костя спит неспокойно, ночью просыпается, то покормить, то покачать надо.

Водитель доставляет меня до места работы за полчаса. Слава богу, без пробок.

– Привет, что случилось? – с лету спрашиваю я, когда открываю двери в кабинет мужа. Сейчас здесь обосновался Слава.

При виде меня он встает из‑за стола и оттягивает вниз футболку поло, чтоб не было морщинок ткани на прекрасно сложенном теле. Что скрывать, Слава любит безупречность во внешности и в работе, а еще – все держать под контролем. Когда что‑то происходит не по плану или без его ведома, он сам не свой… Вот как сейчас.

– Я сам хотел бы это понять, – держится спокойно Слава, но я вижу как вздуваются его ноздри и напряженны мышцы лица. – Что такое случилось, что половина всех акций компании теперь принадлежит некому Звереву. Пояснишь, Вер? Или может опровергнешь? Скажи, что это ложь, Вера, умоляю.

Его глаза выпрашивают ответ, но мне нечем его обрадовать:

– Все верно.

– Но зачем? – обреченно завывает мужчина, растирая лицо. – Что ты творишь, Вера? Ты даже со мной не посоветовалась.

– А разве должна была? – довольно цинично заявляю я, сложив руки на груди.

– Вот как. А раньше мы все обсуждали…

Его обиженный тон цепляет за мягкое место совести, я болезненно морщу лоб.

– Я приняла решение и поверь, на то были причины.