Под грифом «Секретно». Книга 2. Невеста по случаю

– Прекрасная компания! Главное, как удобно для того, чтобы ударить в это сборище идиотов магической молнией! И обезглавить сразу два государства!

– Ну, положим, ни для кого не секрет, что Лагомбардией управляешь ты, – графиня слегка откинулась на спинку диванчика. Рой взмахнул рукой, словно отметая возражения:

– Мы говорим сейчас не об этом!

– А о чем, Делрой? О государственных интересах? Тогда ты прекрасно понимаешь, что присутствие Кариссы в Лаччио необходимо!

– Кариссы, мама, не Лизы!!! – он уже кричал, практически не сдерживаясь, что бывало крайне редко. – Ради Карри и Лоренцио, и даже Козимо рискнут собой, но ни один из них не будет рисковать ради Лизы! Понимаешь, ни один!!! Лаччио – это осиное гнездо! Первое, что пастыри попытаются сделать, если что‑то пойдет не так, – отравить ее!

Тяжело дыша, он в отчаянии смотрел на мать.

– Девушку невозможно отравить, она носит твое кольцо, – веско возразила графиня и весело кивнула, наслаждаясь удивлением сына. – Да, милый, я его узнала.

– Хорошо, не отравят… – Рой намеренно проигнорировал фразу о кольце, – но есть сотни других способов лишить человека жизни! Не говоря уже о том, что можно сделать с женщиной…

Он осекся и вновь отвернулся к окну. Барки все еще суетились. Одну из них неумелый хозяин поставил поперек канала, тем самым перегородив движение, и теперь, осыпаемый руганью с остальных лодок, пытался развернуть обратно. Устав от этой бестолковой суеты, граф взмахнул рукой. Повинуясь магии, барка закружилась и, стремительно сорвавшись с места, поплыла по каналу.

– Почему ты отправил ее обратно, Делрой? – вдруг спросила мать. Он вздрогнул и повернулся к ней:

– Прости? Ты сейчас про барку?

– Нет. Я про эту девочку, так похожую на Карри, Лизу! Зачем ты отпустил ее? Я видела, какими глазами вы смотрели друг на друга в Междумирье!

Она с болью в сердце заметила, что сын как‑то сник. Он помолчал, прошелся по комнате, затем сел напротив и обреченно посмотрел на седовласую женщину, внимательно слушающую его, как когда‑то в детстве.

– Как я мог, мама? Как я мог просить ее остаться, после того, как обманом заставил пройти в наш мир?

– Неужели?

– Я… я напоил ее и пронес через портал, – признание далось с трудом. – Она несколько раз рисковала жизнью, и потом… ночью, когда к ней пришел Лоренцио, а я стоял в этом проклятом тоннеле и молчал, потому что нам надо было поймать Джованио…

Он тяжело вздохнул и закрыл лицо руками.

– Ты была права, мама, тогда, в Междумирье, – голос звучал очень глухо. – Мне надо было все рассказать Лизе… объяснить, что я с самого начала знал, где Карри, что не допущу свадьбы… Хотя… не думаю, что это помогло бы…

Графиня с нежностью смотрела на сына.

– Если между вами стоит только это, то у тебя есть возможность все исправить.

– Как? – он покачал головой. – Она ненавидит меня…

– Глупости! Милый, тебя все время от времени ненавидят, но тебе это ничуть не мешает! – Графиня подошла к сыну и положила руку ему на плечо. – Делрой, тебе необходимо поговорить с ней. Объясниться.

Он устало посмотрел на нее:

– Лиза не станет меня слушать… ох, мама, я все испортил…

 

Глава 5

 

С утра мне было опять плохо. Я не знала, что было этому виной: вчерашняя пыльная и утомительная дорога, затянувшийся допоздна ужин, на котором я большей частью дремала на совершенно неудобном стуле, пропуская мимо ушей витиеватые речи, или же то, что Лоренцио несколько переусердствовал с фьеном и поэтому остался ночевать в спальне, галантно расположившись прямо на полу и старательно дыша перегаром. Из‑за него пришлось ночью открывать окна, впуская в комнату холодный горный воздух.

Проснувшись, я с трудом смогла встать. Токсикоз не прекращался, и завтракать я не стала. Кофе опять был со странным запахом, я не рискнула его даже пробовать, ограничившись просто водой, которую пила маленькими глотками. Гаудани недовольно поглядывал на меня, но молчал. Сам он тоже не слишком налегал на завтрак, зато пил много воды: сказывался вчерашний вечер.

– И часто вы так? – меланхолично поинтересовалась я.

– Пью? – д'орез поморщился. – Не поверите, но редко. Просто обычно это почему‑то совпадает с вашим присутствием.

Я хмыкнула: вот и еще один повод не появляться в этом мире, не то Лоренцио сопьется.

– Надеюсь, я не сильно побеспокоил вас? – вежливо продолжал он. Я покачала головой:

– Нисколько. – Я поставила кубок на стол и задумчиво посмотрела на д'ореза, затем решилась. – Скажите, я могу попросить вас об одолжении?

– По‑моему, это мы все у вас в долгу, – заметил Лоренцио, допивая воду. – Просите что хотите!

Я улыбнулась:

– Дорога очень тряская, возможно, будет лучше, если я поеду верхом.

Он нахмурился:

– Пастырям это не понравится.

– Понятно, – я вздохнула, морально готовясь к очередному дню в пыльном деревянном ящике, но мой собеседник продолжил:

– Впрочем, кого волнует, что нравится пастырям? Скажем, что карета сломалась. Я распоряжусь, чтобы вам оседлали лошадь.

– Спасибо! – В этот момент я готова была расцеловать своего спутника. Наверное, это отразилось на моем лице, потому что он смутился и неловко поднялся:

– Я пойду отдам приказ!

– Конечно! – Мысль о том, что мне не придется глотать дорожную пыль, придала мне сил. Я все‑таки встала и позвала служанку, чтобы надеть платье, после чего спустилась во двор.

Слуги бегали туда‑сюда, крича и переругиваясь, словно это могло ускорить сборы. Два седовласых командора стояли в стороне, с величественным снисхождением взирая на суету, словно она их не касалась.

Лоренцио подошел к ним, обменялся несколькими традиционными фразами и вернулся ко мне, подвел к правителям, и мы церемонно попрощались.

По знаку д'ореза подвели наших коней. Под неодобрительными взглядами пастырей Гаудани помог мне сесть в седло, вскочил на коня сам, и мы двинулись вниз, по направлению к городским воротам.