Прощальный дар черно-белого бога

На слове «мной» он натужно закашлялся и слегка согнулся, держась за живот.

Но ничего не происходило. Кладбище по‑прежнему безмолвствовало в омерзительных тонах аквамарина. Никита сидел молча, наблюдая, как мёртвый Лудифик остановился и начал удивлённо озираться.

– Почему? – растерянно пробормотал он, осматривая свою грязную ветхую ризу и с недоумением проводя рукой по спутанным волосам. – Что происходит? – В его голосе появились нотки возмущения, и только теперь он заметил Никиту. Глаза – то ли голубые, то ли карие – недобро посмотрели на тощее сморщенное существо на пригорке.

– Что случилось? – требовательно спросил он.

– Ты умер, – ответил Никита. – Ты уже никого не поднимешь из могилы, сын Бога. При жизни ты был некромантом, но после смерти ты бессилен.

– Я не могу умереть! – яростно закричал Лудифик и угрожающе шагнул в сторону пригорка, но вдруг остановился, как будто наткнулся на невидимую стену. Его лицо стало задумчивым. – Действительно… Я не осознаю, что мёртв, – пробормотал он. – Мы проиграли.

Никита смотрел на него, ожидая последней фразы. Он откуда‑то знал, какой она будет. И она прозвучала.

– Мы проиграли, – произнёс мёртвый Лудифик. – И даже наш прощальный дар под угрозой…

Аквамариновое небо над головой почернело так внезапно, как будто кто‑то щёлкнул выключателем. Исчезли надгробия, кресты, дорожки – исчезло всё кладбище. В этом мире сплошной темноты в круге мёртвого серого света остались лишь холмик с сидящим Никитой и Лудифик.

– Даже наш прощальный дар под угрозой исчезновения… – печально произнёс Лудифик, а потом вскинул на Никиту злобный взгляд и пригрозил ему пальцем. – И виноват в этом ты, похититель снов!

 

Глава I

 

 

1

 

Вспышка!

Перед глазами. В мозгу. Во всех клетках организма.

Как будто холодная голубая луна внезапно взорвалась прямо перед лицом, замораживая синапсы. В это мгновение связь между нейронами и эффекторными клетками впадает в краткосрочную кому, почти исчезает. Передача нервных импульсов вязнет, застывает, и, как сквозь толстый слой ваты, слышатся голоса. Кажется, что ты бредишь слуховыми галлюцинациями.

– Он построил мост через бриллиантовую бездну… – шелестит жуткий шёпот. – Рыцарь в ржавых доспехах из прóклятого железа ждёт казни на помосте из святого древа…

Вспышка!

 

2

 

Пиццерия «Два ежа». Никите не нравилось ни название, ни антураж кафе, выдержанный в стиле украинской избы. Но рядом с домом Павла не было другого заведения, где можно было бы пересидеть и выпить кофе. Придётся ждать здесь.

«В пиццерии „Два ежа“ – как под мышкой у бомжа», – сходу придумал Никита. Долгая работа в рекламном агентстве привела к профессиональной деформации. В голове сами собой всплывали слоганы для всего, что попадалось на глаза. Наверное, в прошлом гробовщики так же, с первого взгляда определяли рост человека и ширину его плеч… Никита в который раз посмотрел на часы и убедился, что до встречи ещё далеко. Странно: выходя из дома час назад, он уже сверялся с наручным «Ролексом» – и часы показывали это же время. Или что‑то с памятью?

Внутри было довольно уютно и пахло выпечкой. Народу было немного. Просторный зал разделён на три части: для курящих, для некурящих и зону для банкета, где сейчас, в обеденное время, сидели представители офисного планктона, поглощавшие свои бизнес‑ланчи «всего за 299 рублей». Никита присел за барную стойку и заказал доппио – двойной эспрессо: самый крепкий кофе в меню. Он хотел снова взглянуть на часы, но сдержался.

– Желаете что‑нибудь ещё? – услышал он и, повернувшись, увидел перед собой официантку с нездорово бледным лицом. Похоже, она подхватила грипп – в городе царила настоящая эпидемия.

Официантка глядела на Никиту, крепко прижимая поднос к груди.

– Да, – ответил он и вздрогнул, вдруг обнаружив, что сидит не за барной стойкой, а в кресле за угловым столиком.

Когда он успел пересесть? Когда девушка принесла ему кофе? Когда он вытащил из кармана телефон и сигареты? Из памяти исчез очередной фрагмент…

– Можете принести льда? – спросил Никита, стараясь казаться нормальным. – Желательно кубиками, а не дроблёного.

Девица кивнула и удалилась. Никита хмуро посмотрел на чашку с дымящимся кофе. Рядом на столе лежали пачка сигарет, зажигалка и телефон. Осмотревшись, он понял, что сидит в зале для курящих. Но пепельницы не было – пришлось захватить с соседнего стола. Стоп! Когда это было? Память снова подводила.

Наискосок, через стол, сидела компания: два парня и две девушки. Одна из них наигранно капризничала, отказываясь есть пиццу руками. Она требовала, чтобы её кавалер добыл столовые приборы.

– В пиццерии «Два ежа» ешь без вилки и ножа, – пробормотал Никита, задумавшись, как правильно есть пиццу по этикету. Неужели руками?

На стол со стуком опустилось ведёрко со льдом. За ним последовали щипцы. Никита поблагодарил официантку, но она не торопилась уходить. Никита поднял на неё глаза.

– В жару люди становятся агрессивнее, – тонким дурашливым голоском произнесла она. – А детский алкоголизм страшнее безумства матери.

– Что? – просипел мужчина, смертельно бледнея.

На лице девушки мелькнула хищная, злотворная ухмылка.

– Что? – недоумённо спросила она обычным голосом. – С вами всё нормально?

Девушка наклонилась, озабоченно всматриваясь в лицо перепуганного мужчины.

– Счёт, пожалуйста, – шёпотом попросил Никита, отводя взгляд и пряча дрожащие руки под стол. – Заболел, наверное…

– Это грипп, – понимающе кивнула официантка и, словно в подтверждение, слегка шмыгнула носом. – Вспышка в городе. Вам больше ничего не нужно? Могу принести таблетку аспирина.

– Нет, спасибо, – поблагодарил Никита, молясь, чтобы девица поскорее ушла.

Его трясло. Было всё труднее сдерживаться. Подцепив из ведёрка кубик льда, он быстро положил его в рот и с хрустом разжевал. Участливый взгляд официантки сменился на тревожный. Она отошла, размышляя, что могло так сильно испугать этого парня, похожего на похмельную версию Брэдли Купера. Он был привлекательным, но странным…