Глава рода

Плечи покрылись ожогами от упавших в опасной близости Огненных капель, а мозг давным‑давно отключился, поставив тело на автопилот.

Единственное, что во мне оставалось от разумно мыслящего человека – дикий страх наткнуться на пустышку.

И когда огонёк внезапно встрепенулся и стремительно полетел мне навстречу, я даже обрадовался.

Может, это местный страж, с которым придётся сразиться – пусть! Главное – хоть какое‑то разнообразие…

Огонёк стремительно приближался, и чем ближе он подлетал, тем чётче я его видел.

Со стороны он был похож на… ифрита.

Нижняя часть тела представляла собой огненный вихрь, а выше пояса пламя превращалось в обнажённый мужской торс.

В левой руке ифрита пылал Огненный клинок, в правой… В правой он держал какой‑то цилиндр.

Когда до ифрита осталось не более пяти метров, я аккуратно поставил Ивана на землю и шагнул вперёд.

– Привет? – дружелюбно протянул я, внимательно наблюдая за каждым движением ифрита.

– Это ты? – подозрительно прогудел живой сгусток пламени.

– Я… – признаться, от такого вопроса я изрядно опешил.

– Это правда ты? – недоверчиво уточнил ифрит.

– Правда, – подтвердил я.

– А раньше почему не пришёл?

– М‑м‑м, не мог.

– А если бы мог, то пришёл бы раньше?

– Пришёл бы, – подтвердил я.

От ифрита веяло одновременно и опасностью, и дикой надеждой, и каким‑то облегчением.

– А он? – ифрит указал на статую Толстого кончиком меча.

– Он со мной, – нахмурился я. – Помог сюда попасть.

– Хм.

Ифрит молча завис передо мной, не обращая внимания на падающие с неба огненные капли.

Но нет худа без добра, трещины и капли будто бы стали обходить нас с ним.

– Будет сложнее, – предупредил он.

– Своих не бросаем, – я покачал головой.

– Вижу, – ифрит посмотрел мне прямо в глаза. – Раньше верил. Ждал. Долго. Потом устал. Разочаровался. Ненавидел. Сгорал от злости и ненависти. Почти выгорел от равнодушия. И разочарования.

Видимо, для него это была очень длинная речь, поскольку после этого ифрит замолчал и висел передо мной несколько минут.

– Но ты пришёл, – наконец‑то подытожил он.

– Пришёл, – подтвердил я.

– Вритра не обманул, – ифрит посмотрел мне за спину, словно увидел там неизвестного мне Вритру.

Кстати, знакомое имечко…

– Как я могу тебе помочь? – спросил я, не выдержав повисшей тишины.

– Раньше хотел стать частью, – непонятно сообщил ифрит. – Сейчас хочу свободы. Помогу тебе – получу свободу. Тебе помогать не надо. Помогать надо мне.

Изъяснялся ифрит не очень понятно, но я его понял.

– Я готов, – кивнул я.

– Дары.

Ифрит продемонстрировал мне огненный меч и… шахматную фигуру.

– Доказательство!

Хм, интересно, какое доказательство ему нужно?

– Это же я… – я попытался немного схитрить.

– Ты, – ничуть не смутился ифрит. – Дары. Доказательство.

– М‑да… – я задумчиво посмотрел на Огненный клинок и шахматную фигуру.

Единственное, что приходило мне на ум – показать ему в ответ рунный меч и… подаренную Кабулом чёрную пешку.

Вот только доступа к Пространственному карману у меня не было…

Машинально сунув руку в карман – скорее, по привычке, чем действительно ожидая найти там пешку, я с удивлением, нащупал рифлёную фигурку.

Чувство было странное – будто ты десять раз проверил карман в поисках ключей, и на одиннадцатый нашёл их в только что пустом кармане!

– Вот.

Я продемонстрировал ифриту пешку, и он довольно улыбнулся.

Улыбка была довольно жуткой, но эмоции довольства и тепла, хлынувшие от него дали понять, что я всё сделал правильно.

Ифрит молча протянул мне шахматную фигуру – хорошо сохранившегося чёрного слона и указал мечом на статую Толстого.

– Или он, или он.

– Или статуя или меч? – расшифровал я.

– Да, – подтвердил ифрит. – По‑другому никак.

– Бог с ним, с этим мечом, – практически не раздумывая, ответил я. – Что дальше.

– Дальше? – задумчиво переспросил ифрит, поднимая взгляд в кроваво‑красное небо. – Дальше домой.

Он с силой вонзил Огненный клинок в стеклянную землю, и во все стороны разбежались тысячи трещин.

Надеюсь, его дом не Огненное пекло…

Равнина дрогнула, в следующий миг, осыпаясь куда‑то вниз, но мы остались висеть в воздухе.

Я чудом успел подхватить статую Толстого и даже не выронил подаренную фигурку.

Ифрит же, за секунду до землетрясения превратился в огненный вихрь, заключив нас в кокон из пламени.

– Жжётся, – процедил я сквозь зубы, чувствуя, как кожу начинает всерьёз припекать. – Ы‑ы‑ы!

– Терпеть. Яд есть нектар! – казалось, со мной говорит пляшущее со всех сторон пламя.

Я покрепче стиснул зубы и зажмурил глаза, но всё равно увидел, как на ослепительно жёлтый песок упала кровавая простыня неба.

Огонь вспыхнул, и я, потеряв точку опоры, полетел вниз.

– Ы‑ы…

Всегда боялся высоты, но тут ужас только начал подкатывать к горлу, как что‑то мягкое сильно толкнуло меня в ноги.

Выронив статую из рук – прости, Ваня – я машинально перекатился на бок, выполняя страховку, и тут же осторожно прищурился.