Сочувствую ее темным духам… 13-21

После своих слов Грид продолжил спокойно смотреть на портрет, опасаясь, что от нарастающей, становящейся все более осязаемой ярости Элиаса, могут разорваться наручники, подрагивающие, судя по стуку, за спиной ученого.

– Больше к твоему отцу возвращаться я не намерен, – сказал Грид. – Задавай другие вопросы, ответы на которые ты бы хотел получить.

– У тебя машина времени? – неожиданно спокойно спросил Элиас.

– Я думаю, ты знаешь, что нет.

– То есть, троица похитителей под предводительством некого Фрэнка работает не на тебя?

– Мне достаточно преданных бойцов ООН, – слегка ощерился Грид. – Зачем мне нанимать какого‑то Фрэнка?

– И с Лаурой Блейк ты тоже не связан?

– Кто такая Лаура Блейк?

– Ты сейчас на нее смотришь.

Грид недоуменно отвел глаза от портрета, посмотрел на Элиаса в высшей степени глупо, затем вновь стал смотреть на портрет с куда более сильным вниманием.

– По‑твоему, эту девушку зовут Лаура Блейк? – спросил Грид тихим голосом, указывая на портрет.

– Она уже проговорилась, что это ее не настоящее имя, – ответил Элиас. – Но этим именем она представлялась, пока жила в Леклере.

– Лаура Блейк? Жила в Леклере? – встревожено переспрашивал Грид, поневоле уставившись на Элиаса. – Что за бред ты несешь?

– Спроси у нее, зачем она выслеживала меня. Я уверен, что ты хорошо ее знаешь, раз ее портрет висит аж в твоем кабинете. Узнай от нее, бред я говорю или нет.

Грид то открывал, то закрывал рот, напоминая рыбу, течением выброшенную на сушу.

– Я не… я не понимаю…

Никакой речи о «соках превосходства», которые мог бы дать трон правителя, теперь не могло идти и речи.

– Стало быть, ничего интересного про похищенную машину времени ты рассказать не в состоянии?

Серо‑голубые глаза, казалось, онемели в глазницах. Он бросил очередной взгляд на портрет, словно надеясь от него услышать какие‑либо пояснения.

– Тогда не вижу смысла тянуть с этим.

Что‑то хрустнуло – и Элиас встал со стула. На его запястьях болтались браслеты от сломанных надвое наручников. Он бросил на стенд с холодным оружием взгляд, полный любопытства.

– Жаль – но я не знал, что у тебя имеются такие замечательные мечи, Грид. Иначе мне бы не пришлось носить с собой это…

Элиас наклонился к плащу и из внутреннего кармана достал пистолет.

– При аресте твои охранники отобрали у меня пистолет. Они и подумать не могли, что у ученого может быть и второй.

– Как тебе это удалось? – Грид смотрел на болтающийся браслет на грубой руке ученого.

– Это? – Элиас позвенел наручниками. – Скажем так – мою злость не удержат никакие оковы в мире.

Глаза канцлера в панике забегали по кабинету.

– Ничто меня не сможет остановить! – Элиас направил оружие на канцлера. Тот вжался в свой трон и заорал:

– ОХРАНА!

Элиас засунул пистолет за пояс, выхватил со стенда меч пламевидной формы и приставил его к шее Грида.

– Я не собираюсь убивать тебя прямо здесь, Грид, – прошипел Элиас. – Но могу поклясться, что ты умрешь с особенной мукой, если будешь продолжать орать.

Смертельно напуганный, канцлер все же нашел в себе силы прошептать:

– А что после? Тебя же убьет моя охрана. Такой талант, как ты, позволит себе умереть ради глупой мести?

За дверью послышались торопливые шаги. Они усиливались.

Элиас тяжело вздохнул.

– Я уже тебе поклялся, Грид.

Грид задрожал с головы до ног. Он бросил отчаянный взгляд на портрет девушки, известной ранее как Лаура Блейк.

– Ты – моя страховка, Грид, – сказал Элиас, острием меча дотронувшись до дрожащего кадыка на старой шее канцлера. – Ты пойдешь со мной.

Дверь распахнулась – в кабинет ворвались Роксанна, Каприсс и чуть позже Мартин, вставший между девушками. Они нацелили на Элиаса оружие – пистолеты у девушек, блестящий автомат у Мартина.

– Не двигайся, Элиас, иначе мы откроем огонь на поражение! – проговорил Мартин четко, словно бы находился на учениях.

Элиас перевел взгляд на Роксанну, которая ворвалась в кабинет в одних только трусиках. Ее пистолет смотрел ему прямо в голову.

– Так, – сказал Элиас, – не вижу смысла блефовать. Он обратился к ооновцу. – Мартин, тебя знаю чуть лучше, чем твоих подружек, знаю, что ты – толковый рассудительный малый, которому не повезло работать на такую мразь, как Грид…

– Пристрели его, Мартин! – прошипел Грид. Острие фламберга слишком плотно прилегало к старой, но идеально выбритой шее канцлера.

– Мартин, достань из моего плаща сверток. В нем находится один немаловажный документ.

Мартин посмотрел на канцлера. Тот, равно как и его охранницы, стали покачивать головами.

– Вдруг это важно, – извиняющимся тоном произнес Мартин, после чего нагнулся к плащу Элиаса и достал из кармана сверток.

Грид с ненавистью посмотрел на своего преданного бойца ООН. Тот, увидев его взгляд, добавил:

– Правитель, пока мы рядом, вашей жизни ничто не угрожает.

Под томящийся от ожидания взгляд Элиаса, Мартин развернул сверток, достал оттуда документ, быстро пробежал по нему глазами…

– Что там, Мартин? – спросил Грид приглушенным голосом, да таким приглушенным, будто бы его душили.

– Это… Правитель, это лицензия на убийство.

– ЧТО?

– Все правильно, – довольно произнес Элиас.

– Где ты ее взял? – спросил Мартин. – Это привилегированная, их почти не осталось в свободном доступе.

– Позвольте мне не выдавать своих подельников, – слегка поклонившись Мартину, произнес Элиас.

– Убейте его! – прохрипел от нехватки воздуха Грид, но Элиас благоразумно скрылся за троном. Теперь в прицел попадала только макушка – и рука, все еще держащая фламберг у старой и уже побелевшей от страха шеи Грида.