Сочувствую ее темным духам… 13-21

Гриверс. Серая обитель, для которой они являлись слишком невинными. Одинаковые улицы. Одинаковые люди. Одинаковые сны.

Эми и Клод решили, что в случае возникновения вопросов лучше всего представляться паксбрайтовцами, чтобы скрыть свое истинное, но в то же время неправдоподобное происхождение. Пришельцы уверяли всех, что они из Гриверса, когда приезжали в Паксбрайт. В Гриверсе они будут врать, что они из Паксбрайта. «Да уж, – думала Эми. – Виктории Физерфлай придется поменять свое гражданство». Эми изредка поглядывала в окно, думая о Литовке, думая о встрече с ней, которая, может быть, никогда не состоится. А может, и состоится, но не в том городе, к которому они приближались.

М.

Город М.

Знакомый указатель отразился в ее зеленых глазах. Здесь живет Механик, продавший их ооновцам. И где‑то здесь должны находиться общины чайлдастов, где она мечтала найти свою лучшую подругу, ставшую лучшей всего за две недели общения, чего нельзя сказать о пятилетнем общении с Лилией.

Эми отложила дневник в сторону, с некой надеждой оглядела безжизненный пейзаж и приняла очередную порцию АПЛа. Как обычно, поморщилась, после чего повернулась к Клоду.

– Ты хочешь есть? – спросила она.

Клод удивился вопросу – видимо, не ожидал от своей обиженной возлюбленной проявления заботы. Он приостановил электромобиль.

– Здесь отвратительная еда, – сухо сказал он. – В отличие от вас, я пробовал ее и вместо нее предпочел бы голод.

– А я хочу есть, – сказала Эми почти жалобно. – Мы едем уже который час. Я ведь перенесла не одно потрясение. – Она указала на шею, на которой до сих пор ощущалось присутствие клинка Лауры.

Голубые глаза пробежались по шее, по царапине на ее лице – выражение лица Клода несколько смягчилось.

Но…

– Ты все еще сердишься на меня? – спросил он с прежней сухостью.

Эми пожала плечами.

– Наверное. Лучше бы то, что я о тебе узнала, навсегда осталось бы в секрете.

Клод медленно закивал – и тут же ударил ладонями по рулю.

– Чертов Саймон! Зачем он проговорился! У нас же было бы все хорошо, если бы не он, правда?

– Ну… – Эми вспомнила Майкла, который первым заявил, что настоящее имя Дерека – Клод.

– Правда, – сказала она.

– Я извинялся за свою ошибку сотни раз, и готов извиниться еще столько же – но разве это тебе нужно?

Тут же Эми почему‑то вспомнила, как Майкл пытался убрать ее с прицела арбалета Фрэнка, чтобы самому получить выстрел.

– Нет, не это, – сказала она.

Клод улыбнулся.

– Стало быть, мир? – Он наклонился к ней – его пытливое лицо находилось в миллиметре от ее носа.

– Мир, – сказала Эми.

Клод собрался ее поцеловать, как Эми выпалила:

– Я хочу есть. Давай поедим где‑нибудь?

Клод отодвинулся от нее с слегка обиженным выражением лица.

– Пожалуйста, – добавила она, похлопав ресницами. – Я готова съесть любую гадость, лишь бы не умереть от голода…

Клод хмыкнул, как‑то странно дернул плечом в сторону, завел машину, и только после того, как он завернул в широкий проулок, сказал:

– Конечно, любимая. Сейчас медленно прокатимся по городу, посмотрим на достопримечательности…

Взгляд Клода скользнул по сонной корове, покрытой пылью и мерцающей зеленоватой грязью.

– …которых здесь нет, заодно найдем какую‑нибудь закусочную, в которой ты сможешь покушать. Только не ту, в которой я обедал прошлый раз, нет, нет. То серое дерьмо, плавающее в тарелке, запомнилось мне навсегда.

– А после? – спросила Эми. – Что мы будем делать после?

– Найдем какой‑нибудь мотель и переночуем. Надеюсь, что нам хватит денег снять номер.

– Нет, – категорично заявила Эми. – Мы будем искать Литовку.

Клод возвел глаза к потолку.

– Ты серьезно? Я думал, ты просто хотела позлить меня.

– Вовсе нет. Я правда хочу ее увидеть.

– Зачем?

– Она – единственная, кого я могла назвать подругой. Она открыла мне глаза на Лауру. И…

– …и она распространяет лициды, – закончил Клод.

Эми недовольно сощурила глаза, в поисках нужного аргумента поправила свои огненно‑рыжие локоны, и, как ни странно, после этого нужный аргумент нашелся.

– Как раз об этом я у нее и спрошу. Хочу услышать, что она ответит. В отличие от тебя и Саймона, я не собираюсь верить на слово человеку, который едва меня не убил.

– Хорошо, – сказал Клод и повернул налево.

Ответ казался не искренним, что не понравилось Эми, но Клод, решила она, согласился с ней просто для того, чтобы не начинать очередную ссору. Некоторое время он вглядывался в окно, в безжизненные дома, окруженные по периметру стендами с броской рекламой и грязными объявлениями. Эми вновь открыла дневник – хотела записать свои новые мысли, связанные в этот раз с розовым зайцем. Но едва она склонила над ним голову, как машина затормозила, а голос Клода с некоторым облегчением произнес:

– Вот, нашел. Думаю, это и есть закусочная.

Эми подняла голову. Они оказались перед двухэтажным серым зданием со странной надписью у входа:

«БлейкЭндБлисс №2».

***************

Громкий смех и танцевальные ритмы доносились из БлейкЭндБлисса. Запахи цветочных духов и перегара витали возле входа. Ауди была припаркована у обочины рядом с роскошным кабриолетом леопардовой расцветки. Клод втягивал носом воздух, внимательно смотрел на серое здание, затем с недоумением повернулся к Эми.

– Я сомневаюсь, что это закусочная, – сказала Эми и поморщилась – судороги в желудке были чересчур уж навязчивыми.

– Давай поищем другое место, – предложил Клод. – В крайнем случае, посетим ту закусочную, в которой я чуть концы не отдал.

– Давай зайдем сюда. Может, здесь нас накормят?