Студенческое проклятье Алого университета
Взглядом, подняв широкую лавку, я, используя седушку как пресс, выдавил из коридора эту толпу. Итак, амулет наконец‑то стал работать, вот только расход магической энергии, если использовать заклинания, расходует и без того драгоценный для восстановления моего организма запас.
– Ну, так что, поговорим?
– Не о чем нам с тобой говорить, отродье мрака и магии некромантов!
Я пожал плечами:
– Хорошо, но тогда буду вынужден сообщить о похищении старшего преподавателя кафедры защиты от Тьмы Алого университета!
Немая сцена.
Так и захотелось отобрать у студента колпак и обойти зрителей, собирая монеты за представление.
– Эм… простите, что вы сказали?!
– Могу повторить. За похищение старшего преподавателя кафедры Алого университета вас ждет разбирательство и, вполне возможно, что международный конфликт. Мне продолжить?
– Полагаю, Рин Дан Серый?
Я обернулся и вздрогнул всем телом, вернее его костяной составляющей, так как иного у меня не было, но стереотипы, как говорится, устоявшиеся.
Позади меня спокойно стояла фигура куда более влиятельная, нежели этот сброд преподавателей и студентов. Мужчина лет сорока – сорока пяти с заметно прорисовывающимся пивным брюшком и в серой сутане, повязанной красным поясом.
Наблюдатель от церкви. Инквизитор с правом суда и следствия.
Я только кивнул.
– Кар!
– Тогда прошу за мной. А вы, господа, займитесь делом, а не детской игрой в салки.
* * *
Кабинет инквизитора был добротным и без излишеств. Стул, стол, широкая скамья, на которой можно спокойно спать, и стеллажи с книгами, бумагами и прочими отчетами. Могу поспорить, что в кабинете пахло свежими чернилами и сухим пергаментом.
Да, для гостей и посетителей низкий, неудобный табурет, чтобы гости не рассиживались и не задерживались в кабинете, стараясь поскорее изложить суть визита и свои проблемы.
– Прошу садиться, господин преподаватель.
Сложив ноги по‑турецки, я сел прямо на пол.
– Не нравится табурет?
– Нет, просто чистота моего одеяния благодаря вашим подопечным ожидает желать лучшего, посему мне не хотелось бы доставлять больше неудобств.
– Вежливость – сестра таланта! – Инквизитор обошел стол и, достав стопку чистого пергамента, а также писчие принадлежности, спросил: – Не поведаете ли, где вы пропадали два с половиной месяца?
– Кар!
«Сколько?»
– Простите, вы не ошиблись?
Инквизитор внимательно посмотрел на меня, после чего сделал несколько записей в листе.
– Как я вижу, вы говорите не через ворона, которого приставили к вам в качестве переводчика. Как, по‑вашему, которое сегодня число?
– Семнадцатое, июнь месяц.
– Двадцать второе августа. – После чего снова сделал несколько записей. – Не подскажете, где вы провели два месяца?
– Около шести часов назад я очнулся возле какой‑то пирамиды возле древнего погоста. Что было до этого времени, затрудняюсь ответить.
Тут до меня дошло.
Портал!
– Теорема Вульфреда! Шестой закон временного пространства!
– Значит, искажение времени по Шерлу Вульфреду?
Я развел руками, до хруста костей.
– Другого объяснения у меня нет.
– А как вы?..
– Извините, что перебью вас, но нельзя ли достать где‑нибудь в академии немного еды и чистой воды?
Инквизитор удивленно нахмурился, после чего покачал головой:
– В сообщениях о вас отсутствовали какие‑либо естественные нужды, кроме времени на ночной покой.
– Это не мне. – Я показал ему Кар‑Карыча.
Инквизитор встал и, открыв одну из ниш, достал поднос с черным хлебом и графин с водой. Приняв у меня из рук птицу, он посадил ворона на окно и, отрезав хлеб, налил в неглубокую тарелку воду, все это он положил рядом со ждущим угощения вороном.
– Забота о братьях наших меньших. Честно говоря, не ожидал.
Я пожал плечами и процитировал:
– «Мы в ответе за тех, кого приручили».
– Хорошо сказано, кто это сказал?
– Один из сочинителей моего времени.
– Хм… Надо будет поискать. Не помните автора изречения?
– Увы мне. Господин инквизитор, продолжим?
– Хотите поскорее закончить?
– Хотелось бы, за прогулы не платят. А у меня два месяца запущено. Боюсь, как бы меня не выгнали без права на реабилитацию.
Инквизитор улыбнулся и покачал головой.
– В ваше отсутствие за подготовку подрастающего поколения взялся ваш друг и поверенный командор Верт. – Увидев мою отвисшую челюсть, он добавил: – Я так полагаю, что он не хотел, чтобы пропали ваши начинания в подготовке нового поколения.
– А… эм… хм…
– Что‑то беспокоит?
– Мне бы хотелось отправить весть о своем нахождении и постараться попасть назад. И не пропасть снова.
