Студенческое проклятье Алого университета
С каждым сказанным словом радости на лицах прибывших родственников и родителей, в особенности студентов, становилось все меньше, после чего выстроенные в линию «герои» стали бледнеть. До них стал доходить смысл произнесенной речи.
Адъютант попытался что‑то возразить, но Верт прервал его речь взмахом руки. Вот что значит дисциплина!
– Ваши горячо любимые отпрыски своим поведением и саботированием учебного плана не только жестоко оскорбили моего друга и соратника, попавшего под заклинание некроманта и над лечением которого трудятся великие умы университета, в том числе кафедра алхимии, о которой мой друг так хорошо отзывался! – Завкафедры алхимического факультета, когда до него дошел смысл, засиял, словно начищенный чайник, и, подойдя к своему сынку, стоящему в строю, отвесил такую звонкую затрещину, что вздрогнули все близстоящие. – Спасибо, вы выразили мои слова лучше всех, но я не закончил! Так вот! С сегодняшнего дня качеством подготовки будет интересоваться имперская гвардейская пехота! Еще раз повторю, нам сморчки, не способные дать отпор врагу и пасующие перед нежитью, не нужны!
После чего он пожал своей медвежьей лапой мою кисть и, отдав команду развести всех по занятиям, поймал за ухо свою дочь, пытавшуюся сделать ноги, куда подальше от грозного папаши.
– Эрин, а вот ты задержись, разговор будет долгий, после чего с тобой еще поговорит твоя горячо любимая мама, с которой я тоже побеседую. Да, чуть не забыл, финансирование тебе урезаю втрое, так, чтобы хватало на учебу и питание.
– Папа! Все было не так!
– Как все было, я уже выяснил! Говорила мне мама, слушай женщин и поступай наоборот, а я дурак не следовал ее совету! Какая дельная мысль!
– Па‑апа‑а!
Глава 5
Когда на следующее утро я открыл двери кабинета, то в буквальном смысле был сметен толпой преподавателей и десятком‑другим чиновников из столицы. Гвалт поднялся нешуточный.
Достав из кармана небольшой пузырек, я осторожно капнул густой зеленоватой жидкости на пол.
– А‑а‑а‑пчхи‑и‑и‑и‑и!
Народ чихал ровно минуту сорок секунд – столько требуется, чтобы состав улетучился. Народ сквозь слезы утирал носовыми платками раскрасневшиеся носы.
– Будьте здоровы! Кар‑р! Что вас привело в столь ранний час?
– Думаю, я смогу раскрыть цель сегодняшнего визита всей здешней толпы. – Появление серого инквизитора заставило всех присутствующих спасть с лица, а некоторых покинуть помещение в спешке. – Все из‑за вашего вчерашнего родителя, командора Верта. После долгого «заседания» у вас он добился аудиенции у его императорского величества Фердинанда Второго, где и произошел грандиозный скандал относительно зарвавшегося молодого поколения. Думаю, вы не в курсе, что его жена является третьей, младшей дочерью императора, а следовательно, его дочь приходится внучкой его императорскому величеству, которой вы столь грамотно и обоснованно поставили незачет! Завтра назначена пересдача всех тех, кто не сдал. И эта чихающая делегация прибежала просить за своих чад, чтобы их приняли в щадящем режиме.
Тут улыбка инквизитора стала шире:
– Я что зашел‑то, – он протянул два футляра для свитков, – здесь патент на право преподавательской деятельности, патенты на ваши прошлые работы и документ о полной реабилитации, в связи за давностью времени, перед короной.
– Прошу прощения, какие работы?
– Ваши конспекты после вашей мнимой смерти попали в руки сведущих в области работы с темными искусствами людей. Работы были оценены, и многие пошли в разработку. До недавнего времени эти патенты пылились на полке вашего друга, который с честью отстаивал ваше имя даже после вашей смерти, как видите, ему это весьма удалось.
– Кар‑р! – выразил мое эмоциональное состояние мой Кар‑Карыч.
– Итак, господа, прошу освободить помещение, так как преподавателю кафедры необходимо подготовиться к завтрашнему зачету, если есть желание оказать посильную помощь, можете остаться.
Народ намек понял, как и понял, что для подготовки зачета требуется немало времени. В итоге в надежде на поблажки на кафедре трудились все студенты‑бездари, а любящие родители выискивали затребованные мной у ректора по списку ингредиенты. Сами понимаете, раз уж такое дело и добро верховного начальства, я не поскупился.
* * *
Если в прошлый раз на зачет прибыло немало народа, то в этот раз имперские войска не просто оцепили лес. Прибыли разного рода торгаши, которые организовали торговые шатры. Также на зачет прибыли родственники. Поэтому пришлось разграничивать участки под походные шатры. К обеду прибыл командор Верт, сопровождавший канцлера, которого оторвали от государственных дел, чтобы тот лично доложил об увиденном императору. Прибыли полевые кухни, несколько кибиток медицинской помощи, продавцы‑оружейники и куча сброда. Почему сброда? Ну там карманники, шулеры и прочая мелочь.
Пару раз меня пытались упокоить какие‑то шарлатаны, прибывшие для заработка на таком мероприятии. Первому я сам зарядил в глаз латной перчаткой, второго уже повязала приставленная ко мне Вертом охрана.
Старший преподаватель боевой и магической подготовки чуть ли не строевым шагом побежал докладывать о готовности вверенного ему подразделения.
Честно сказать, посмотреть было на что. Ровные ряды магов, в полном обмундировании, которое на прошлом зачете они проигнорировали, из‑за веса и неудобности легких кожаных доспехов. Почему не тяжелых? Я хотел, но меня отговорили.
Командор Верт прочитал грозную и внушительную речь перед кособоким строем бледных и перепуганных студентов, после чего дал отмашку приступить к зачету. Студенты потянулись к опушке леса, словно строй калек. Нервно оглядываясь назад, они достигли зачарованного леса.
В этот раз групп было не две, не три, а одна. Пока одна, до ночи еще далеко, а волки существа голодные.
Тем временем народ с открытым ртом смотрел на два ряда черных представителей вороньего племени, вдоль которых от одного до другого конца птичьего строя гордо вышагивал мой Кар‑Карыч и методично накаркивал подчиненным инструкции. Не так уж и сложно добиться такого, если знать, что надо пернатым. На чертову дюжину воронов трехлитровая банка глазных яблок. На живодерне за звонкую монету вам хоть бочку наделают за день. Я же не говорил, что глаза человеческие.
Дождавшись полуночи, я облачился в черные латы и твердой походкой повелителя нежити пошел к лесу. Внезапно откуда‑то сверху в меня ударила ослепительная белая молния. Часть заряда отрикошетила в сторону леса, а большая часть ушла в землю, оставив на том месте, где я стоял, оплавленные следы и обуглившуюся траву. Спасибо Верту, мне прислали новый плащ.
В этот раз студенты подготовились. Почему подготовились?
