Три мои желания
– Детка, ты не можешь со мной так поступить, тем более, в такой момент! – категоричным тоном заявил мне угрожающе нависающий надо мной парень, после чего довольно болезненно ткнул мне пальцем в лоб и добавил: – Эта презентация для меня очень важна. Если я ее не сдам, меня выпрут из института и мои предки будут очень недовольны этим обстоятельством. Настолько, что я видимо, все‑таки не получу ключи от той тачки, которую они обещали мне подарить на Новый год. А ты, как моя девушка…
– Как КТО!? – ошарашенно уставившись на недовольно сверкнувшего глазами одногрупника, неуверенно переспросила: – Это когда же я успела стать твоей девушкой?
– Свет, ты что, издеваешься?! – опять зарычал на меня Пашка и, настороженно покрутив головой по сторонам, проверив, чтобы рядом с нами никого не было, быстро прижался своими губами к моим. Блиии‑ин! И это был мой первый поцелуй в жизни… Настоящий. Поскольку парень, воспользовавшись моим полным охренением от его заявления, шустро скользнул своим языком мне в рот и принялся там вытворять такое…
В общем, из реальности я выпала на неопределенное время. А вот когда пришла в себя, Пашка видимо решил добить меня окончательно, заявив о том, что если я помогу ему с презентацией, то мы это дело отпразднуем в кафе, наконец‑то сходим в кино и даже больше… Она будет праздновать со мной Новый год! ОН. СО МНОЙ. ТОЛЬКО ВДВОЕМ!
Я, ясное дело, сразу же согласилась. Ведь это было… Это было… НЕРЕАЛЬНО КРУТО!!! Презентацию я Пашке подготовила, да еще и с таким воодушевлением, что он получил за нее наивысший балл и не очень охотную похвалу от недовольно косящагося на меня преподавателя. А я ждала своей награды…
Но, на самом деле, все оказалось полным обломом. Это я поняла только сегодня, всего лишь пару часов назад. Когда Пашка позвонил мне на мобилу и отменил наше предполагаемое свидание. Ну, как отменил? Вообще‑то он послал меня прямым текстом далеко и надолго. Меня,«уродливую идиотку, которая осмелился вообще допустить мысль о том, что хоть один НОРМАЛЬНЫЙ парень на полном серьезе может предложить ЕЙ потрахушки в новогоднюю ночь». На заднем фоне было отчетливо слышно довольно громкую музыку, женский смех и чужие разговоры. Судя по этому и не слишком внятному голосу, которым мне все и высказывалось, парень уже был неслабо пьян, видимо, начав праздновать в какой – то компании уже задолго до звонка мне. И этот звонок, и сам разговор, было нечто незабываемым. Это было жестко… Но я… Я, действительно, сама выставила себя полной наивной идиоткой.
И вот теперь я праздную. Одна. Хотя нет, вру. Не одна, а в компании елки и шампанского. Очень дорогого шампанского, которое купила специально для праздника. И в компании не менее дорогого коньяка, бутылка с которым стояла на столе прямо передо мной, назойливо напоминая всем своим видом, для кого именно она была приобретена. И на который я потратила практически всю свою заначку, откладываемую на покупку весенней куртки, так как старая уже была совершенно неносительного вида.
С оставшихся денег я прикупила себе довольно откровенный комплект красного кружевного белья и шелковый пеньюар, с которых я торжественно сняла все бирки пару часов назад. Как раз перед тем, как все это на себя напялить в ожидании прихода моего, так называемого, «парня». И которые теперь ни обмену, ни возврату уже не подлежали.
И что теперь? Как Новый год встретишь, так его и проведешь? Осталось почти три часа до праздника, а я практически без копейки денег, пьяна, одинока, несчастна и все так же девствененна как и…
Звонок мобилы отвлек меня от душевных терзаний и замученный голос управляющего директора ресторана «Ренталь», в котором я подрабатывала последнее время, чуть ли не умоляюще взвыл:
– Светочка, радость моя…. Это Барский. Приезжай немедленно! Вся надежда только на тебя. Тут такое творится… У нас двое на больничном, ничего не успеваем. Я тебе праздничные втройне оплачу. Мамой клянусь! Как полный рабочий день проведу. Ты только приезжай, а то мы вообще никак.
Втройне, это хорошо. За неделю до этого начальство меня безуспешно двойным праздничным тарифом соблазняли, да вот только у меня на новогоднюю ночь были совершенно другие планы… Которые теперь с треском провалились. А вот куртка мне все еще была нужна. И ботинки тоже неплохо было бы обновить. Да, и находиться сейчас одной, в праздник, в совершенно пустой квартире не хотелось, поскольку в голову всякие дурные мысли лезли… В основном о смысле моей совершенно никчемной жизни. Это пугало. Поэтому я почти не раздумывая, ответила быстрым согласием, правда предварительно выбив дополнительную оплату доставки моей просто незаменимой персоны к черному входу в ресторан при помощи такси. После чего шустро бросилась одеваться.
Шампанское из моего организма выветрилось быстро. Столько посуды сколько я вымыла за эти два предновогодних часа, я обычно и за неделю здесь же не перемывала. И при этом умудрялась бегать как угорелая между кухней и складом, доставляя все необходимое главному повару, который уже находился на грани истерики и довел практически до такого же состояния всех своих многочисленных помощников. Посетителей в ресторане было нереально много. И такое ощущение появлялось, что они сюда не праздновать заявились а, чисто пожрать, да еще и с запасом на весь следующий год вперед. Хотя собирались здесь люди очень даже не бедные и явно не голодающие от безденежья. Десять минут до двенадцати осталось, а официанты заказы от клиентов на кухню все еще пачками носили. И это несмотря на то, что предварительное основное меню со всеми посетителями было согласовано заранее.
– Светка! Быстренько дуй сюда! – громогласный бас Пал Иваныча, нашего главного шеф – повара, вывел меня из очередных тоскливых раздумий о непонятном мужском коварстве, и тонкая белая тарелка, которую я в этот момент мыла, от неожиданности выскользнула из моих рук. И грохнулась на пол, разбившись при этом вдребезги. Зашибись просто! Моя пока все еще виртуальная тройная оплата только что сократилась ровно на 250 вполне реальных рублей.
– Не переживай ты так сильно! Посуда бьется к счастью. – чересчур жизнерадостным голосом произнес за моей спиной Женька, вечно неунывающий помощник шеф – повара и за рукав потащил меня за собой на основную кухню.
– Лоботрясы, имейте в виду! У вас ровно 5 минут на все! – угрожающе рыкнул Пал Иваныч на толпящуюся в углу у разделочного стола молодежь, при этом не отрываясь от помешивания сразу же в двух огромных кастрюлях чего‑то крайне аппетитно ароматизирующего. Женька, на буксире протащивший меня поближе к компании, впихнул мне в руки пустой бокал, в который тут же полилось шампанское из уже практически пустой бутылки.
– Загадывай желание, быстро, – проорала мне чуть ли не в ухо одна из официанток, старательно стряхивая последние капли из бутылки в мой фужер.– Везучая, ты‑ последняя, и все последнии капли тебе, так что оно обязательно сбудется!
– Блин! Уже сейчас! – заорал с другой стороны Женька, услышав как из банкетного зала раздался громкий звук курантов, отсчитывающий последние минуты этого года.
– Все быстро загадывают желания! – бросив поварешки и весьма шустро для своих внушительных габаритов подскочив к нашей толпе, потребовал шеф‑повар, с довольным кивком принимая уже заранее приготовленный для него бокал с шипучим напитком.
ОДИН
Как меня все в этой жизни задолбало!
ДВА
Надоело так жить…
ТРИ
