Три мои желания
Отсутствовал он совсем недолго и вернулся тоже быстро, чуть ли не бегом. На ходу завязывая на талии пояс темного махрового халата, мужик подойдя ближе, буквально швырнул в меня какой‑то светлой тряпкой, которую до этого держал перекинутой через плечо.
– Одевайся. – раздраженно скомандовали мне. И я, практически не раздумывая, сразу же поспешила подчиниться. Хм.. Мне принесли халат. Кажется тот же самый, что был выдан мне после купания. Торопливо и неуклюже его на себя натягиваю, умудрившись при этом послушно не вставать с кресла. Ноги было жалко, а от этого придурка, как я уже прекрасно поняла, можно было ожидать все что угодно. А вдруг он и правда решит мои конечности вырвать? Ведь он же полный псих, и это однозначно!
Одеваюсь под тяжелым, изучающим взглядом стоявшего практически рядом со мной мужчины. Бесит! ОН! Жутко бесит и нереально пугает. Этот урод, вся эта дикая ситуация… Но я молчу. Жду его дальнейших действий, которые даже не берусь предугадать. И не зря. Поскольку его следующее заявление все‑таки вводит меня в ступор своей нереальной тупостью:
– Значит, ты‑ Света, и ты‑не шлюха… – прозвучало это как окончательная контрактация факта, но таким обвинительным тоном, что я, психанув и забыв про осторожность, все‑таки на него зарычала:
– Да, я – не ШЛЮХА! Я – обычная уборщица! И я убирать сюда пришла, а не ноги перед всякими незнакомыми мужиками раздвигать! А если вам так сильно приспичило перепихнуться, то нужно было вызвать профессионалку, а не насиловать первую же встречную, кто под руку попадется. Тем более, что денег на это дело, вам с головой бы хватило!
– То, что ты… Хм, СОВЕРШЕННО ОБЫЧНАЯ уборщица, мне как раз только что вполне доходчиво объяснили. – Уже более спокойным тоном заявляет брюнет, после чего тяжело привалившись спиной к боковой стенке камина, неохотно добавляет:
– А еще мне рассказали о том, что произошло простое, но очень неприятное для тебя недоразумение. Твой начальник, как я понял из его невнятного перепуганного лепета, просто перепутал заказы. Ты должна была ехать в совершенно другой дом в этом же районе. А я… Я и так вызвал для себя профессионалку из элитного эскорта. Которая сейчас, видимо где‑то пыхтит, занимаясь мытьем посуды и уборкой. И про себя матерится, во всю проклиная странные эротические фантазии своего очередного клиента.
Ну, ни хрена себе! Получается, что этот мажористый идиот и правда перепутал меня с проституткой? Да еще и с элитной? Он что, совсем слепой? Разве я похожа на ту, за разовый перепихон с которой можно выложить такие бабки, какие собирался мне заплатить этот придурок? Да с моей «элитной» мордой мне самой раскошеливаться нужно было для того, чтобы хоть кто‑то согласился со мной переспать. Пашка замечательно просветил меня по этому поводу, всего лишь за несколько часов до Нового года, и при этом совершенно не стесняясь в выражениях.
– Слушайте, вы…
– … меня зовут Андрей.
– Да мне совершенно без разницы как вас зовут! – раздраженно рычу на эту дебильную попытку познакомиться. Поскольку на фиг мне такое «счастье» нужно, если я просто мечтаю о том, чтобы в том случае, если выживу в этом дурдоме, забыть все произошедшее, как страшный сон.
– Постель не повод для знакомства? Интересная все‑таки у тебя, детка, жизненная позиция… – наигранно‑удивленно вздернув брови, с ехидцей прокомментировал мои слова этот… Андрей.
– А я в вашу кровать не по собственной воле попала, так что все претензии мимо…
Хм. Нахмурился. Глазки в пол опустил и даже щеками вроде бы слегка порозовел. Стыдно ему что ли? Да нет, фигня! Пускай я и не Станиславский, но все равно – не верю.
– Кстати, на счет «кровати»… – тяжело вздохнув и, все же подняв на меня несколько виноватый взгляд, мужчина с некоторым усилием из себя выдавил: – признаю, тут я был абсолютно не прав. Извини.
Да‑а‑а‑а? Неужели!? Мне что, от этого его, типа извинения, сразу же легче жить должно стать? Так вот‑ничего подобного. Между ног все так же продолжало болезненно ныть, а самой от всей тошнотворности этой ситуации, хотелось убиться головой о стену. Ну или прибить этого извращенца. Второе, кстати, было бы гораздо предпочтительнее, но при этом и менее вероятным. Хотя, если подумать, раз он извиняется, значит закапывать меня в дальнем углу своего двора в самое же ближайшее время он не планирует? А что он тогда планирует? Ведь что‑то ему явно от меня нужно. Не просто же так он на меня пристально и жадно таращится, да еще и явно в уме что‑то на мой счет просчитывая? Может быть вместо того, чтобы просто закопать, он меня на органы именно сейчас продать решает? Ведь так и от ненужного свидетеля избавиться можно, да еще при этом и неплохо заработать… Дом у него вон какой огромный, и одна коммуналка в нем до фига сколько стоит…
– Я сейчас вызвал одного своего знакомого врача, очень компетентного, так что для начала тебя осмотрят. Думаю, что лучше будет перестраховаться. – в подтверждение моих мрачных размышлений, совершенно спокойным тоном заявляет извращенец. Так я и знала! Меня все‑таки решили отправить на органы. Но я так легко и просто не сдамся!
В панике вскакиваю с кресла, ору: «да пошел ты», и снова резво мчусь к выходу. И опять неудачно. Перехватывают меня ровно в тот самый момент, когда я уже вцепилась пальцами в дверную ручку.
– Да угомонись ты уже, спортсменка не доделанная! – возмущенно рыкает за моей спиной мужчина и тащит вовсю отбивающуюся и матерящуюся меня обратно к камину.
– Сиди здесь и не дергайся! – очень злой мужчина опять с силой швыряет меня в кресло и, продолжая удерживать за плечи обеими руками, раздраженно шипит в лицо: – чего ты так взбесилась?! Врач тебе не помешает, сама же видела – у тебя идет кровь. Возможно, я тебя сильно… ТАМ повредил, так что, думаю, лучше будет перестраховаться. Для тебя же будет лучше, идиотка малолетняя!
– Я не идиотка! Сам ты‑псих! – возмущенно кричу и, умудрившись освободить из захвата правую руку, бью кулаком в ненавистную морду. Извращенец от неожиданности выпустил меня из захвата и отшатнулся, с болезненным стоном схватившись за подбитую мной челюсть. Я тут же поспешила воспользоваться этим обстоятельством и, выпрыгнув из кресла, опять помчалась к двери.
На этот раз меня возвращали уже практически от калитки, к которой я бежала босиком, по пусть и очищенной от снега дорожке, но все равно, при этом просто нереально холодной.
– Нет, ты даже не идиотка… – сообщил крайне разозленный и тоже босоногий мужчина, чуть ли не за шкирку таща меня к распахнутой настежь двери и умудрившись в процессе этого действия отвесить мне ладонью парочку конкретных, довольно болезненных поджопников. И когда втолкнул обратно в дом и захлопнул за нами дверь, мрачно добавил: – ты самая настоящая дебилка. Причем, буйная…
