Боевой устав гнома

– С благословения духов предков можно. Пока не успел их спросить, но они возражать не будут, я уверен. Потому что один из Безликих Жнецов вчера явился сюда и угрожал учителю! Тот его прогнал одним могучим заклятием, даже оторвал у злодея карман с плаща. Однако после этого сильно затосковал, вызвал аватар Номмо, всю ночь говорил с ним, потом спал почти до вечера, и вот вдруг надумал умереть на какое‑то время от греха подальше. Дескать, все равно нам всем конец. Короче, решил переждать за порогом жизни до лучших времен. Пока беда не отступит от Подтеменья.

– Да, такое нельзя оставлять безнаказанным, – согласился Стволов. – Этой же ночью проведем рейд. Карман, говоришь, оторвал? Выбросить не успел, надеюсь? Дашь мне его поглядеть… Ни один Жнец от нас не уйдет! – Он обернулся к Заку, тот кивнул, соглашаясь. Федор снизил пафос и предложил: – Ладно, Минджуку, хватит жадничать, доставай настойку. По тебе видать, что ты ее уже нашел. Помянем злого, но полезного колдунщика и пожелаем ему поскорее покинуть мир мертвых.

Молодой маг со вздохом кивнул на чайник и потянулся за дополнительными чашками силой мысли.

– Все как всегда, – мрачно заметил Маггут, располагаясь напротив гоблина‑кудесника. – Самые умные предпочли свалить, кто в Мензоберранзан, а кто‑то особо мудрый и прямиком мир мертвых. И только мы с вами несем бремя ответственности и не прячемся, парни. За успех предприятия!

Все подняли глиняные чашки на уровень ступней великого Волосебугу. Уважаемый мертвец на секунду вернулся в мир живых и одобрительно пошевелил полами одежды. А может, это был просто ветерок из дымового отверстия.

 

Глава 2

 

Для ночного рейда по саматским улочкам удалось набрать не слишком много добровольцев. Зато все они были проверены в предыдущей сече Армии Огненной Траппы с нечистью лже‑Вэйруна и его подельников‑некромантов.

К Дуумвирату с беззаветной верой в его удачу присоединились ветераны АОТ – гоблины Нуггар и Боксугр, а также темный эльф Жрадк, мастер запретных зелий, афродизиаков и всех известных видов алкоголя. Этот уродливый карлик, больше похожий на анемичного безбородого гнома, прибился к армии где‑то по дороге в Самат, да так и остался. Тут же находился и злопамятный колдун Минджуку. Главарь босяков Мсект‑кровосос, хоть и готовился «сделать ноги» из города, но выделил со своей стороны подручного Дмузга – знатного мастера подлых коварств, призванного дополнить своим умением честные силу и магию.

– Соратники! – негромко обратился Федор к воинам и колдунам, собравшимся у выхода из казармы. – Мы отправляемся в ночной дозор с целью изловить Безликого Жнеца. Он будет пытаться убить любого из нас или заразить своей некромантской меткой, какими уже обзавелось немало босяков. Хорошего в ней мало, берегитесь! Кто знает, как она поведет себя в будущем, когда лже‑Вэйрун снова вторгнется в Подтеменье? Самое малое, потеряете волю и станете его прихвостнями…

– Короче, братва, – благоразумно прервал не самые воодушевляющие речи товарища афроорк. – Держите ушки на макушке, а глаза настежь. Минджуку колдун молодой, может и не выручить, надейтесь на свой опыт. Благо у вас его много. Жнеца надо брать «живьем», в сеть. Постарайтесь не выпускать ее, даже если пленник будет угрожать.

– А он будет! – вклинился реалист Стволов. – Жестами или еще как.

– Но мы крепкие ребята, нас таким не напугать! – несколько раздраженно парировал Зак и нахмурился, давая понять соратнику, что подобным несвоевременным реализмом боевой дух не поднимешь. – Все дружно крутим Жнеца веревками и пакуем в мешок. Двое, надеюсь это будем мы с Федором, держат ему запястья, чтобы он метку никому не впаял, все понятно?

Добровольцы сурово закивали.

– Да помогут нам Номмо и Матерь Грязь. Разбирайте оружие по потребности.

Отряд обзавелся связками метательных дротиков, смазанных ядом принцессы‑жабы, поясными жезлами калибром полтора дюйма и одним боевым жезлом калибром два дюйма, который взвалил на плечо здоровяк Нуггар. С тяжелым магическим посохом решили не связываться, чтобы не потерять в мобильности. Минджуку повесил на пояс связку ручных файерболов с огненной магией, которые изготовил собственноручно. Ни бронечерепаху, ни виверн, ни тем более вздорных рапторов призывать в рейд не стали, чтобы не сеять панику среди мирных спящих дроу и не предупреждать заранее о себе затаившихся Жнецов. Не взял Зак и и свой легендарный мифриловый меч, который висел на почетном месте в спальне – его внезапное отсутствие могло насторожить столь же прекрасную, сколь и подозрительную чародейку Хино. Обе супруги соправителей города блаженно дрыхли каждая в своих покоях и не смогли таким образом ни помешать сборам, ни присоединиться к отряду.

– Кому бодрящего зелья? – предложил Жрадк и потряс медной флягой. – Ночь на дворе все‑таки. Я вот лично спать уже собирался, когда меня выдернули.

– А на женщин от твоей отравы не станем бросаться? – опасливо осведомился Маггут, знакомый со специализацией алхимика на любовных напитках. – Или друг на друга, упаси Наср.

– Не должны вроде, – сказал маленький алхимик и приложился к фляге. – Я же пока держусь. Но это не показатель.

Его примеру последовали только гоблины – фляга опустела в минуту. Федор, Зак и Минджуку не решились смешивать недавно употребленную грибную настойку с этим снадобьем, а подозрительный Дмузг всегда пил только то, что заварил или смешал лично.

Боксугр негромким свистом подозвал своего лучшего самца чолльсинской овчарки из приписанных к гвардии.

– Наср! Зачем он здесь? – дрогнувшим голосом спросил Зак. – Федор, ты же знаешь, что у меня фобия, связанная с собаками. Я готов сразиться с раптором один на один, да я уже делал это и победил! Но собака… Это сильнее меня, мужик! Ты должен отправить его обратно.

– Успокойся, – сказал Стволов. – Фенриц не простой пес, он чолльсинец.

– Что это меняет?

– Абсолютно все, камрад. Чолльсинские овчарки – фактически не животные! Это разумные существа в теле собак. Просто говорить не умеют.

– Поклянись.

– Клянусь змеиными ногами Номмо и щедрыми дойками Матери Грязи! Фенриц, покажи сиру Маггуту, что ты понимаешь человеческую речь.

Умный пес с удивлением посмотрел на Федора. В его взгляде явно читался вопрос «как я это, во имя всех чолльсинских святых, должен сделать?»

– Ну, наклони голову, или на задних лапах пройдись.

Фенриц душераздирающе вздохнул, поднял переднюю лапу и прикрыл ею глаза.

– Стыдится! – сказал Боксугр. – Для чолльсинца позорно и глупо ходить на двух лапах. Это как нам на четырех.

– Ладно, верю, – нехотя спас бедного пса Маггут. – Надеюсь, ваш Фенриц умеет не только фэйспалмы делать, но и что‑нибудь полезное.