Дочь дракона

– Довольно! – пискнул девичий голос, и втянул воздух сквозь зубы, точно в ярости. – Вы, пребывающий в грешном заблуждении и не умеющий сдерживать неправедные страсти…

– Вы хотели, или не хотели, чтобы я был искренним до конца? – уточнил король после некоторого раздумья.

– Так, всё понятно. Закончим, пожалуй.

– Я только начал… И половины не рассказал.

– Вот мой совет, выберите того, чья жизнь и речь, и даже лицо, в котором отражается душа… вам приятны; и пусть он всегда будет у вас перед глазами либо как хранитель, либо как пример… Я пасторша Света отпускаю вам все грехи, и так далее…

– И это всё? – Надар наморщил лоб.

– А чего вы ждали? Ваши гадости никому не нужны: их и без того в мире предостаточно. Помогайте себе, и Бог вам поможет.

– Ваше Высочество! – позади короля раздался голос отца Больга, моментально сложившего черты лица в уже отрепетированную и зарекомендовавшую себя гримасу дружелюбия. – Вы уже познакомились с Дочерью Дракона?

Лёгкие шаги потекли к выходу. Хлопнула дверь, что здание задрожало, настоятель испуганно охнул..

– Дочерью Дракона???!!!.. – презрительно перекосившись, выплюнул эти слова Надар.

Как бык, который видит перед собой помахивающий красный плащ, и верит, что чтобы сравнять его с землей, надо всего лишь хорошо разбежаться, король был не в силах оставаться на месте.

– Она всегда в это время радует монахов и прихожан своими песнями, – настоятель бросил быстрый взгляд на короля, будто не замечая его возмущенного вида. – Естественно, не показывая им своего лица.

Не увидев и тени ни за ближней, ни за дальней колонной, Надар грязно выругался. Позор вцепился в легкие студеной челюстью. Грудь, словно охватилась плёнкой льда…

 

Глава 6. За горами видны новые горы…

 

Аббатство имело один большой трапезный зал с притвором и приделами. В углу помещения расселась печь, расписанная узорами, а возле неё – бочка с водой на случай пожара. Воду в ней видимо менять ленились, потому от воды исходил болотный дух, но он был не так стоек, ибо все запахи перебивал ядреный дух воска из бронзовых канделябров.

Надару поклонились присутствующие и он уселся за стол, оказавшись прямо напротив пустого места. Обрадовавшись, он изо всех сил старался не думать, что Дочь Дракона находится где‑то неподадёку.

Прислужники шустро расставили серебряную посуду, наполненную различными блюдами. Где‑то лежала свиная голова с чесноком и стружками хрена, где‑то икра из овощей.

Помимо стола и шестнадцати стульев, расставленных вокруг него, в трапезной вдоль стен стояли скамьи, застеленные покрывалами, кое‑где виднелись цветные подушки.

Едва король принялся за свою тарелку, чей‑то знакомый цветочный голос заставил его поднять голову:

– Извините, Ваша Светлость, я никак не могла прийти раньше.

Гул голосов смолк, головы всех сидевших повернулись к Дочери Дракона. Не дойдя до своего места, она резко остановилась. Ледяная горная синева её глаз разрывала раскаленную сухую полутьму зала и не меркла…

Король невольно напрягся, пытаясь не очень пялиться на её странный наряд: платье, каких он раньше не видел (кусок ткани без швов, запахнутый и перетянутый поясом) подол которого терялся в земле. Никаких украшений. Розовый бархатный платок скрывающий лицо почти полностью, оставляя лишь прорези для глаз.

Воздух практически заискрился от напряжения.

– Извинения приняты, – если бы глазами можно было убивать, девица стоящая перед ним сейчас же разлетелась на тысячу кусков!

Ещё цепко в памяти сидело впечатление от первого знакомства. Если его вообще можно было назвать таковым…

Дочь Дракона обошла стол, чтобы любезно пожать ему руку – сделала и тут же пожалела об этом. Тепло его сухой ладони и пальцев, вмиг согрело её холодную кисть. У неё всегда холодели конечности, когда она нервничала. Чёрт дёрнул Мави сжать ладонь посильнее, словно набираясь у него силы. Взгляд Надара начал медленно подниматься к её глазам и так и застыл, не мигая.

– Простите меня, Ваша Светлость, – отходя в сторону, она поёжилась, подавляя в себе вздох.

Глаза, показавшиеся ей просто тёмными, оказались цвета горького шоколада. Вот так вот. Не карие, не чёрные, а шоколадные. Обрамлённые густыми веерами чёрных ресниц, сплетавшихся в уголках глаз. Слава богу, не намного красивее её.

– О‑о‑о‑о, брачные игры? – это королевский советник не смог сдержать язык за зубами.

Надар сощурился в ответ, недобро так, у него ходили желваки, а губы превратились в узкую линию.

И разом все заговорили: дескать, самое время ладком, мирком да свадебку.

Король ловко извлек из кармана миниатюрный кинжальчик и теперь с его помощью «кровожадно» расправлялся со свиными хвостиками. Ему пришлось заставить себя переключиться на пищу. Успокоиться и изгнать заполонившую его лавину чувств и ощущений.

***

– Что за маскарад? – не сумев скрыть презрения, отец Больг разглядывал непроницаемую вуаль на Дочери Дракона.

– Ну, король всё‑таки бросает на Мави взгляды, – Богомил явно наслаждался реакцией настоятеля и не торопился стать серьезным. – Наверно она произвела на него впечатление.

– В этом балахоне? Впечатление? Что она себе возомнила?! – возмущался старый монах. – Что перед ней тут, мальчик?

– Это в её духе, – пожал плечами Богомил.

Отец Больг смерил парнишку взглядом.

– Может, раньше здесь такие штучки и прокатывали, но не с этого момента, – злобно выдохнул. – Не с этого…

***

– Могу лепешки порезать, – предложил королю советник Рамси.

– Я сыт, – Надар бессмысленно смотрел на Дочь Дракона, пережевывая жвачку горчайших фантазий.

Напротив неё стояла полная миска, а она, наверное, была не голодна, раз еда осталась нетронутой.

– Я лишь наблюдатель, Ваше Высочество, и не люблю делать поспешных выводов, но…

– Давай короче, Рамси!

– Широкие рукава не скрывают тонких изящных рук вашей невесты.

– Издеваешься? Ведь в ней же ровно ничего нет: ни красоты, ни манер, – короля буквально распирало от злости. Вся история казалась ему какой‑то глупой шуткой, но никто не смеялся…

– Ни красота, ни культурный уровень – не являются гарантией выразительного образа. Попомните мои слова.

– Я предпочел бы не говорить о ней.

– Ваше Высочество, мне жаль, что стрелы Купидона оказались не очень остры.