Герцог для Сиротки

– Хелли, ты зачем с Эриком Берсаном встречаешься?

Нормально так…

– А что? – аккуратно спросила я.

Зеленые глаза волчицы вспыхнули, и как‑то сразу стало понятно – что.

– Он в меня влюблен, – со вздохом сказала я, отводя взгляд и шаря им по комнате.

А интересная комната… Вся увешана ловцами снов, явно самодельными и не слишком‑то аккуратно сделанными. Зато украшений на них – каких только нету! Бусики‑перышки‑камушки… И вручную свитые веревочки – сдается, что из натуральной шерсти.

– Это я знаю, что он в тебя влюблен, – спокойно произнесла Лайса. Только вот спокойствие ее было насквозь фальшивое. – Видишь ли, Хелли, дело в том, что я – влюблена в него. В Эрика. А ты, как я понимаю, вовсе нет.

– Он очень хороший, – сдержанно сказала я. Мы с ней не подруги, чтоб чувствами делиться. Но, если честно, мне мгновенно стало стыдно. Эта Лайса, выходит, из‑за меня страдает. Но я ж не виновата, что парень меня выбрал? И если она его уведет, так я…

И отчетливо поняла: я только рада буду. За них обоих. Не нужен мне Эрик. Не выйдет у меня его полюбить. Не противен, не надоел даже, но вот… Я бы хотела такого брата старшего иметь – это да.

– Он‑то хороший, – согласилась волчица. – Проблема в том, что ты ему не пара. Потому как ты, Хелли, не хорошая. Если б не это, я бы к тебе и не подумала подходить, и мешать вам у меня в мыслях нет! Мужчина сам выбирает, кто ему по сердцу.

– Почему нехорошая‑то? – устало спросила я, продолжая пялиться на большого ловца снов, сделанного из двух колец, вроде как сфера. Чем‑то он прямо притягивал. Цветом, может, потому что все украшалки на нем были синие. Сразу глаза герцога вспомнились… Хотя куда этим стекляшкам да перьям до глаз Тариса – у него ж не глаза, а прямо какие‑то драгоценные живые камни…

– А чего ты мне в лицо не смотришь? – усмехнулась Лайса. – Или сама знаешь, чем плоха?

– Так чем? – Я неохотно перевела взгляд на волчицу. – Ты чего от меня хочешь, Лайса?

– Хочу, чтобы мужчина, которого я полюбила, был счастлив. А с тобой он счастлив не будет.

Ну, тут оставалось только плечами пожать. И попробовать быть честной.

– Лайса… Я не против, если ты с Эриком начнешь встречаться, правда. Никаких претензий с моей стороны не будет. Ты же об этом?

– Я о том, малышка, что нельзя встречаться с одним парнем, а обниматься с другим. Ты, конечно, тут не одна такая. Но это НЕХОРОШО, – с нажимом сказала она. – Тебе, я вижу, все равно, но я не хочу, чтобы Эрик страдал.

Малышка, тоже мне… Подумаешь, на три года всего и младше! А что я ростом не вышла, так это ж от возраста не зависит вовсе…

Тут до меня дошел смысл ее слов.

– С чего это ты взяла? – пробормотала я и, кажется, покраснела. Вот же!.. Неужто она нас с Тарисом в парке видела сегодня? Вроде не было там никого…

– А с того, что от тебя пахнет Тарисом Таргом. Ты сегодня, пока комендант разглагольствовал, мимо меня прошла. Я оборотень, мне сложно не учуять.

– Лайса, я…

– Это гадко, – припечатала волчица. – Знаю, что не мое дело, но гадко это!

– Согласна… – пробормотала я.

Потому что права она. Вот как ни крути – а права. Да и крутить тут нечего. По академии с Эриком хожу, во всеуслышанье объявила, что он мой парень, а потом на тихой аллейке с другим обжимаюсь. Стыдно‑то как, бо‑оги…

– Лайса, все не совсем так!

– Ага, – насмешливо кивнула она. – Еще скажи, что это не то, что я подумала. Наверное, ты где на дорожке ногу подвернула, а наш герцог тебе подняться помогал, да? А ножка так заболела, что ему тебя на себе волочить пришлось. Так? Хелли, я оборотень! Я все запахи чую, ты не в курсе? Гормоны тоже. Эрик Берсан хочет тебя! А ты сегодня утром хотела Тариса Тарга!

– Я…

– Ну соври, – предложила волчица. – Только слушать я не буду. Я тебе все сказала, что хотела. Кто‑то должен ведь это сказать! Знаю, что у людей с таким проще. От того же Тарга кем только не несет, я с ним в одной группе учусь, малышка. И нам, оборотням, чтоб ты знала, это омерзительно! Но дело твое.

– Ну и что теперь? – спросила я с вызовом, хотя ничего, кроме смущения, не чувствовала. – Если что, я с Таргом не встречаюсь! Он сам меня сегодня перехватил, когда я с полигона шла. А мне оно не нужно! Ничего от него не нужно, хоть какие там гормоны! Да я…

Сообразив, что оправдываюсь перед совершенно незнакомой мне девчонкой, я замолчала.

– Серьезно? – вдруг спросила Лайса совсем уже другим тоном и сама себе ответила, медленно, будто вспоминая: – А ведь да… Я, если честно, к тебе все время принюхиваюсь. Не чуяла раньше никого, кроме Эрика, да и его так… Будто он тебя и не касается почти. Будто ничего между вами нет.

– Так и нет, – со вздохом подтвердила я. – Но я думала, что… Ну, получится. Эрик хороший. Симпатичный. Он мой друг… А гормоны эти, ну кому они нужны, Лайса? Настоящие отношения – они головой строятся, а не гормонами!

Волчица, смотревшая на меня во все глаза, вдруг захихикала.

– Да ты еще и впрямь малышка, – сказала она сквозь смех. – Дурная совсем, видит Хайвупуатлинен!

Бог‑покровитель оборотней, машинально припомнила я. Какое ж у него имя сложное!

– Лайса, а этот Хайва… Прости, я не выговорю! Ну, ваш покровитель, он и сейчас действует? – спросила с огромным любопытством. Все‑таки в религии у меня тоже огромные пробелы!

– Почему нет? – удивилась волчица. – Как и прочие боги. Наш силен, ведь оборотни поклонялись ему даже во времена запрета на все культы, кроме Единого. Просто это были сложные времена…

– У него же множество лиц, да? – не успокоилась я. – Есть лик волка, есть медведя, есть лисы и все остальные тоже? Да?

– Да. Хайвупуатлинен многолик, – ответила Лайса, внимательно глядя на меня. И вздохнула. – Но об этом ты можешь почитать. Что ж до отношений – они, конечно, как ты сказала, головой строятся. Да вот беда – без гормонов их начинать большая глупость, как по мне. Рано или поздно эти самые гормоны все равно свое возьмут! И будешь ты сама мучиться и хорошего парня мучить, с которым уже что‑то построила.

– Наверное, ты права, – кивнула я. – Вроде как я уже и начала… мучиться…

– И мучить, – указала волчица. – Так что ты подумай как следует, Хелли, стоит ли так поступать.

– Подумаю…

Синий ловец снов медленно крутился вокруг своей оси, то в одну, то в другую сторону. Яркая, грубоватая самоделка, а вот что‑то в нем есть. И в остальных, наверное, тоже. Суть‑то не в красоте…

И Лайса, видно, поймала мой взгляд на свою поделку.