Хранители Света

–Скажи, Сила, о чём думали наши родители, когда давали нам такие имена? – спросила Келла, неожиданно остановившись, и Сила упёрся в её спину. – Спишь что ли на ходу? – бросила она, отодвигаясь от него и поворачиваясь к нему лицом.

Он ответил шёпотом, приблизившись к девушке, почти вплотную:

–Не знаю, о чём думал мой отец тогда, но теперь, он думает о том, что наступают мутные времена.

–Отчего же? – заинтересовалась девушка.

–Недавно, он был в городе и слышал, что там появился очень важный человек и даже не совсем человек, но настолько важный, что к нему прислушиваются ильмы, доверяют альвы и бояться нахи. Его называют Вестником и магом и говорят о нём шёпотом.

–Появился, говоришь. Это, не к добру. Маги просто так по свету не бродят. Видно почуяли, что дымом запахло с юга – западного побережья. Серый пепел витает в воздухе, портит древесную листву, и собаки по ночам лают, словно их Домовые дерут.

–Откуда знаешь, Келла? – тихо, словно кто‑то мог услышать, спросил Сила, наклонившись прямо к её маленькому, тонкому, почти прозрачному, ушку.

– Откуда и все: дед Паводан говорил, а деревенские сплетники слушали. Может, оно и ничего, но помню я одного мага. Давно он у нас был, я ещё под стол пешком ходила, но его запомнила, словно он велел его запомнить и всё, что он тогда говорил.

–И что? – нетерпеливо спросил Сила.

–Он был у нас и вручил мне подарок, подарок с намёком, что мы ещё встретимся. Видела его однажды, а запомнила на всю жизнь: хмурого, седовласого, с ясными глазами. Взрослые говорили о водных людях, кристаллах, которые нужно разделить и ещё называли чьё‑то имя.

–Келла, а подарок‑ то, какой?

–Да, так, сладость, – отмахнулась она, думая о том, что спрятано на чердаке.

–А имя чьё называли? – не унимался Сила, легонько теребя её за рукав.

–Не помню, Сила. Много ли поймёшь и запомнишь в четыре года. Давай, поторапливайся, все сказки уже пропустили, – недовольным и нетерпеливым голосом сказала она и подтолкнула парня вперёд.

–И так спешу, – буркнул он, но шагу прибавил.

Келла – девушка себе на уме: выспросит, не заметишь, а лишнего не скажет. Другие девчонки, болтливыми сороками, всё выложат, словно на ладонь, а она, особенная и красивая, лучшая для Силания Бочки, лучше недоскажет, запутает и замудрит, что и сам забудешь, что и спрашивал.

Особенно тревожили её сочно‑зелёные глаза, кажущиеся чуть влажноватыми, словно впитавшими утреннюю росу с трав. Или в них жили сверкающие бусины. Они переливались, поворачивались, наполняя глаза светом и редкой волнующей зеленью. Голос – высокий, звонкий, как ручейки в Синегорье.

–Правду говоришь, что не помнишь? – Келла засмеялась и глаза окрасила лукавинка:

–Нет, кривду. А как проверишь?

–Не стану я проверять. Делать мне больше нечего. Сказал, а сам подумал: Узнаю, ты и не заметишь, Келла. Неспроста маг подарки дарит, с чего бы, ему это на ум взбрело. Думал, а Келла, уже вперёд умчалась и кричит поддразнивая:

–Давай, шевелись, Силаний Бочка, а то так бочкой и останешься.

Уколола легонько, а про себя подумала: славный он парень, Сила, мой защитник и тайный ухажёр. Тайный, не потому что никто об этом не знает, а по той причине, что он никогда не говорил ей об этом и кажется, что не отважится. И не очень надо. В его шестнадцать лет, силы у него невпроворот, еды полон рот, ума – ложечка и храбрости немножечко. Нет, с деревенскими парнями он храбр, шишек синяков, считай, не пересчитаешь, а с девчатами, травы ниже. Роста небольшого, крепкий, задиристый с огромными кулаками парень. Глаза без хитринки, глубокие, как заводи местной речушки в закатный час. Если бы, не слегка выпирающий мягкий живот, он был бы намного привлекательней.

Так она думала, пока короткая дорога не привела к самому весёлому месту в округе – трём корявым соснам. Сила пожаловал следом.

Приземистое бревенчатое здание, стоящее на развилке трёх дорог, встретило их оглушительным хохотом, летевшим в приоткрытые, такие же толстые и бревенчатые, как и сам дом, двери.

–Ну вот, всё пропустили, – вздохнула Келла, оглядывая пустое, вытоптанное ногами частых посетителей, открытое всем ветрам, пространство вокруг прославленной своим названием « У трёх сосен» придорожной забегаловки.

Сколько ног топтали эту поляну, никто не считал. Но все эти ноги переступали порог кабачка и выходили обратно. Одни, лёгким весёлым шагом, другие – тяжёлым волоком, а третьи – присядным плясом.

Три сосны перед входом, образуя, как бы двойные ворота, неприветливо бросали тени на соломенную крышу самого кабачка и крышу длинной пристройки, служащей жильем семейству сэра Турьима Горбатого, хотя, он вовсе и не был горбатым. Так его прозвали за неуёмную работоспособность. Ещё бы, возвести питейное заведение в короткий срок не под силу каждому и этот уютный, но уже, ставший тесным, из‑за большего количества желающих провести здесь весёлые вечера, дом стал центром всеобщего умиротворённого отдыха.

Приоткрытые двери приглашали, но Сила остановился, желая довести, начатый дорогой разговор до конца.

–Что, если маг и к нам заглянет? К тебе, к твоему отцу, – поправился он и уставился на Келлу.

–И что? – отмахнулась девушка. Думаешь, и тебе подарок принесёт. Как бы, не так. Тебе подарки Праска Роза носит. Яблоко её съел и не поделился. У неё и щёчки – яблочки, так и хочется ущипнуть. Щипал, Сила?

–Хватит, озорушка, – угомонил Сила, тряхнув кудрявыми волосами. – Я забыл, а ты помнишь. Лучше, дай знать, как маг явится, а он не задержится. Думаю, про него в городе говорят и шепчут.

–Что он тебе диковина, какая? Просто, старый человек, разве что вполовину выше и худее тебя, хотя, нет худее намного больше, чем в половину, тебя или мне так казалось, я ведь была маленькая.

–Ты и сейчас не сильно вымахала, – усмехнулся юноша, намекая на её фамилию и малый рост.

–Думаешь, если ты большой, то у тебя и ума больше? – спокойно проговорила Келла.

–Опять сориться собралась, Келла? Твоей ссоры на соринку хватает. Стоит ли? – усмехнулся парень и договорил тихо, – а маг, не зря объявился.

Тут, она хлопнула друга по плечу, и сообщила бодрым звенящим голосом:

–Если что и грядёт, то ты ведь поклялся меня защищать. Не так ли?

–Клялся тогда, клянусь и сейчас. Не сносить мне головы, – совершенно серьёзно пообещал Сила, прислонив свою большую руку к её хрупким пальчикам.

– Входи, защитник, – весело сказала она и первой прошмыгнула в дверную щель.

Сила ввалился следом, качнув дверь всем неуклюжим телом, так старательно, что старые железные петли издали громкий скрип. Дверь, проскрипев, вернулась в прежнее положение и чуть не сбила его с ног. Сила шатнулся, нелепо растопырив руки в стороны. Келла тихо хихикнула.

–Тише вы, – зашикали со всех сторон, слушая очередную историю.