Иллюзия выбора

– Коттеджный городок? Пятьсот, – живо отозвался таксист, мгновенно подсчитав свою прибыль. Девушка сунула руку в карман и поняла, что забыла деньги. Она хотела было извиниться и выйти из машины, но Макс протянул таксисту тысячную купюру.

– Туда и обратно, – сказал он.

Машина тронулась. Таксист не отличался оригинальностью среди своих коллег, из динамиков лилась музыка в стиле шансон. «Я куплю тебе дом, у пруда в Подмосковье…» – пел хрипловатый голос. Соня подумала, что никогда не любила эту тюремную лирику, но сейчас она казалась ей очень даже кстати. За окнами мелькали фонари и огни витрин, небо стало совсем черным, погрузив город в темноту. Ветер усилился, пошел дождь. Максим сидел неподвижно, устремив взгляд куда‑то вдаль.

«Странно устроен мир, – думала Соня. – Рядом со мною сидит человек, которого я совсем не знаю, но почему‑то я чувствую, что он прочно вошел в мою жизнь. Кто он, где работает, чем занимается днем, есть ли у него семья? Все это тайна для меня, но ничего от этого не меняется. Может быть, он совершил, что‑то страшное, какое‑нибудь преступление, за которое его ждет кара. Может быть, он опасен. Но рядом с ним я не чувствую себя одинокой и несчастной».

Девушка посмотрела на Максима, он, казалось, был погружен в какие‑то свои мысли и не замечал ее взгляда. Соня осторожно взяла его за руку. Его ладонь была сухой и теплой, пальцы длинными и тонкими, что говорило о творческой натуре и отсутствии опыта тяжелой физической работы.

Машина въехала на территорию коттеджного городка. По обе стороны дороги располагались разноликие дома, обнесенные глухими заборами и коваными оградами. Проезжая мимо одной из таких оград, Максим напрягся.

– Мой дом! – воскликнул он.

– Остановите, – попросила Соня таксиста. – Ты уверен?

– Да, я абсолютно уверен. Это мой дом!

Коттедж был двухэтажным, сложенным из красного кирпича с зеленой черепичной крышей. На втором этаже в окне горел свет.

– С кем ты живешь? – спросила девушка, подозрительно глядя на Максима.

– Я не знаю. Я должен войти внутрь, чтобы вспомнить, – ответил он и открыл дверь. В кабину ворвался холодный влажный воздух и шум дождя.

– Я с тобой, – сказала Соня.

– Нет. Оставайся в машине! Если через десять минут я не появлюсь, ты уедешь домой. Пообещай мне! – потребовал мужчина.

– Я не могу! Я не оставлю тебя здесь!

– Ты обещала меня слушаться. Пойми, для тебя это может быть опасным, – он внимательно посмотрел ей в глаза, а потом обратился к водителю. – Шеф, не выпускай ее из машины. Если я не появлюсь ровно через десять минут, уезжайте.

– Что вы задумали? Не нравится мне все это! – воскликнул таксист. Максим вынул из кармана еще тысячу и сунул ее водителю.

– Сделай так, как я тебе сказал.

– Хорошо, – недовольно пробурчал таксист, пряча деньги в бардачок.

Соня схватила Максима за руку, испуганно глядя на него своими огромными зелеными глазами. Он грустно улыбнулся ей и, выйдя из машины, захлопнул за собой дверцу. Подойдя к кованой решетке, взмывающей острыми пиками, казалось, в самое небо, он толкнул ручку. Дверь не поддалась. Тогда Максим посмотрев по сторонам, быстро и ловко перемахнул через ограду и оказался во дворе. Плавно ступая, словно дикая кошка, он прошел по асфальтированной дорожке и оказался у входной двери, перед которой располагались два фонарных столба, исполненных в старинном стиле. Лампы были тускло‑желтыми, но хорошо освещали пространство перед домом. Однако резкий порыв ветра раскачал провода, раздался щелчок, откуда‑то сверху посыпались искры и дом на мгновение погрузился во тьму. Когда же свет снова загорелся, Максима у дверей уже не было. Соня не поняла, куда он исчез, но ей показалось, что он проник внутрь дома. Таксист нетерпеливо ерзал на своем сидении, отсчитывая минуты. Соня же наоборот пыталась замедлить ход времени.

Дождь усилился и громко барабанил по крыше машины. Ветер срывал с деревьев мокрые желтые листья и бросал их на холодную темную землю.

– Все, время вышло! – радостно воскликнул таксист и завел мотор.

– Нет, еще две минуты!

– Время вышло, барышня! Я отвезу вас домой.

– Я не поеду, – уверенно сказала девушка и попыталась открыть дверь, но она оказалась заблокированной.

– Мне велено отвезти вас обратно. Мне не нужны неприятности, – проговорил водитель, разворачивая машину.

– Откройте дверь и можете ехать, куда вам угодно!

– Успокойтесь! Смотрите, в доме погас свет. Видимо, ваш спутник уже мирно спит в своей кровати.

Соня выглянула в окно. На втором этаже больше не горел свет. Однако чувство страха не отпускало ее. Девушка подумала, что во всех неприятностях, произошедших с ними, виновата она, ведь именно она заставила Максима выйти на поиски этим вечером. Соня вспомнила его растерянность и напряженность, когда она предложила прогуляться. Он явно знал что‑то такое, о чем не хотел говорить ей. Что же скрывал этот странный мужчина?

– Где вы живете? – спросил таксист, выведя Соню из состояния глубокой задумчивости.

– Набережная, дом пять, – устало проговорила она.

Оказавшись возле своего подъезда, Соня вышла из машины и остановилась. Погода была отвратительной, холодной, грязной и мокрой. Двор был пуст и мрачен. Соня вздохнула и поплелась домой.

Первым делом, она включила горячую воду, насыпала в ванну морской соли и добавила несколько капель розового масла. Вдохнув полной грудью нежный аромат, она пошла на кухню. На столе одиноко стоял китайский заварочный чайник. Соня достала кружку, с нарисованным на ней котенком, и налила напиток. Он уже остыл и был чуть теплым, но вкус его был необычным и приятным. Девушка сделала несколько больших глотков и, закрыв глаза, прислонила голову к стене. Ей вдруг вспомнилась ее поездка в Китай, именно тогда‑то она и купила этот симпатичный чайник с иероглифами.

С туристической группой Соня тогда отправилась в провинцию Аньхой, чтобы посетить гору Цзюхуашань. Это гора являлась одной из четырех священных буддийских гор в Китае. Взбираясь по северному маршруту, группа останавливалась в монастырях, расположенных на склоне. Одним из них был Храм Сладкой Росы, в котором находилась буддийская школа. Экскурсовод рассказывал легенды горы Цзюхуашань, но Соня его почти не слушала. Она наслаждалась атмосферой умиротворения и покоя, создаваемой роскошными деревьями и высокими бамбуками. Каких только сосен там не было! Некоторые выглядывали из‑за скал, некоторые, словно спали, другие низко склонялись над самой пропастью. Темно‑зеленые листочки‑иголочки, плоские верхушки, кривые ветки и крепкие стволы – все это было результатом борьбы за выживание среди тумана и сильных ветров. Вдали шумел водопад Таоянь. Стоял сезон дождей, реки были полноводны, и водный поток, с огромной силой срывающийся вниз, вызывал сильный шум. Это было великолепное зрелище.

Соня отстала от группы, буддийские храмы ее интересовали гораздо меньше природных красот. Она присела на теплый серый камень и закрыла глаза, стараясь слиться в гармонии с этой удивительной местностью.