Кам

– Пусть так, – медленно говорит он после паузы и смотрит если не с любопытством, то, как минимум, с интересом. – Но отчет мне нужен каждую неделю.

На последней фразе я убеждаюсь, что делами автосалона занимается именно Камиль, а не бородач. Отчет‑то нужен не "нам", а ему.

– И последний вопрос. Как будут оплачиваться мои услуги?

Я продолжаю удерживать его взгляд. Вопрос о зарплате – совершенно нормальный, но я часто была свидетельницей тому, как он приводит в замешательство и даже раздражение потенциального работодателя. Камиль, к его чести, и глазом не ведет.

– Николай получал оклад и премиальные, но в твоем случае я бы пересмотрел такую систему. Давай договоримся так: приступаешь в понедельник и через две недели получаешь одну треть от оклада менеджера на питание и транспортные издержки. Основная сумма будет рассчитана в концу месяца по результатам твоей работы. Здесь никто не заинтересован в том, чтобы обманывать, поэтому если все пойдет как надо – зарплата тебя точно устроит.

Я непроизвольно хмурюсь. Не люблю этих расплывчатых объяснений.

– Я просто хочу быть уверена, что при выполнении полноценного объема работы меня не будут рассчитывать как стажера лишь потому, что я не высиживаю положенных часов в офисе.

– Этого не будет. За тебя, как за первоклассного специалиста, поручились сразу два человека. Ни я, ни Булат не преследуем цели сэкономить.

После этих слов подозрения о том, что меня хотят использовать как дешевую рабочую силу, улетучиваются. Можно что угодно думать про Камиля, но на мелкого афериста он точно не похож. К тому же, Алина говорила, что бандиты привыкли отвечать за свои слова.

– Хорошо, – соглашаюсь я, немного помолчав для вида. – Какие есть еще ко мне вопросы?

– Никаких, – без улыбки произносит Камиль. – Все ответы я получил из твоего резюме и рассказов Кокорина.

– Ну тогда я могу идти?

– Едешь домой? – Камиль бросает взгляд на наручные часы, точь‑в‑точь такие же как у бородача. – В «Холмы» возвращаться уже слишком поздно.

– Да, домой, – поднявшись, отвечаю я и отчего‑то отвожу глаза.

– Отвезти тебя? – Он тоже поднимается, забирая со стола автомобильные ключи. – Или предпочтешь ждать такси на улице?

Я беззвучно скриплю зубами. Это же он мне на тот случай с днем рождения Ильдара намекает! Мол, вот идиотка, предпочла опоздать, чем в одной машине со мной поехать.

– Буду благодарна, – тоном британской королевы отвечаю я, по – прежнему избегая на него смотреть.

Что уж теперь, как говорит моя мама. Назвался груздем – полезай в кузов.

Из уважения к новоиспеченному работодателю, ехать приходится на переднем пассажирском сидении. Неизвестно, как бы Камиль отнесся, заберись я задний диван и скомандуй: «Печку убавьте, пожалуйста, а еще по пути в супермаркет заскочим». Оставил бы глотать пыль у обочины, скорее всего.

– Почему Ауди? – интересуюсь я, разглядывая серебристую табличку с надписью «long». Не молчать же теперь всю дорогу, как два дурака.

Хозяин машины бросает на меня быстрый вопросительный взгляд.

– В каком смысле?

– Ильдар сказал, что когда ты заказываешь такси, то всегда выбираешь Ауди. И водишь ты тоже Ауди. Вот и хочу узнать, откуда такая привязанность?

– В детстве это была первая иномарка, которую я увидел. Парковалась в нашем дворе. Захотелось себе такую же.

Это короткое пояснение почти меня умиляет. Получается, осуществил мечту детства?

– Но времени‑то уже достаточно прошло. Вкусы могли поменяться, тем более, когда деньгами не обделен. Чем плохи порши и мерседесы?

– В этой модели у меня все устраивает, поэтому не вижу смысла искать что‑то новое, – невозмутимо отвечает Камиль. – А я консервативен.

Я беззвучно фыркаю.

– Это заметно.

– А ты? Не водишь?

– Не – а. Дома пыталась сдать на права, но забросила. Мне пешком или на такси привычнее.

– Здесь пешком не находишься.

– И на такси не наездишься, – вставляю я, с удивлением отмечая, что мы с Камилем – о боже! – нормально общаемся.

– Если у тебя в работе и дальше пойдет, как сейчас, то рано или поздно ты задумаешься о покупке машины.

Я сначала хочу возразить, что, мол, уже сотню раз об этом думала и тратиться на авто точно не планирую, но потом осекаюсь. Так я думала у себя дома. В этом городе реальность диктует другие условия, так что вполне вероятно скоро я изменю свое мнение.

– В будущем рассмотрю вариант Мерседеса с личным водителем, – шучу.

Но Камиль моего юмора, кажется, не понимает, и это удручает. Мне не нравится выглядеть заносчивой балаболкой в глазах новоиспеченного работодателя.

– А пока лет пять поезжу на метро, – брякаю я и от этого неуклюжего пояснения ощущаю себя еще более неловко.

– Вряд ли. В этом городе такие, как ты, быстро поднимаются. Профессия и хватка у тебя подходящие.

– Такие, как я – это какие?

– Пересказывать не буду. Все есть в твоем резюме.

Я пытаюсь вспомнить, что такого про себя понаписала. С момента отправки портфолио Ильдару прошло уже два месяца.

Целеустремленная, умеющая работать с условиях многозадачности, амбициозная, настойчивая… Видимо, что‑то из этого Камиль и имеет в виду.

– Приму это за комплимент, – выговариваю я как можно небрежнее.

Ничего не ответив, Камиль продолжает крутить руль. Но и отрицать, что только что меня похвалил, не пытается. Это хорошо.

Отвернувшись к окну, я заново проматываю в голове детали собеседования и остаюсь крайне довольной. Будто и не к бывшему бандиту на работу устраивалась. Надо признать, что о делах говорит Камиль четко и по существу, и речь у него правильная и приятная.