Кровь Достойных. Бастион Восточный

– Корпус Справедливости не просто красивое название, Ксаплам! – она старалась говорить спокойно, но эмоции всё же брали своё, добавляя в голос стальные нотки. – Я – рыцарь Справедливости! Я живу, чтобы служить и защищать! Достоинство, честь, долг! Всё это не пустые слова для меня… для всех нас! Что будет если, мне отдадут приказ, идущий в разрез с моими чувствами и желаниями? Ты, конечно же, имел в виду преступный приказ или что‑то вроде, но нет, Ксаплам, такого приказа не будет! А твой вопрос я могу воспринимать лишь как случайное оскорбление, словно мои чувства и желания не так уж и хороши для корпуса!

Вопреки её ожиданиям парень не пошёл на попятную, не стал просить прощения или говорить, что его поняли неверно. Нет, вместо этого он опять улыбнулся. Косая, слегка раздражающая ухмылка быстро переросла в светлую и искреннюю улыбку, что безбожно растопила весь лёд, что только что начал нарастать между ними. Ксаплам медленно кивнул, прикрыв глаза, и сказал лишь:

– Когда‑то я думал так же…

Больше они не возвращались к этому вопросу, постепенно разговор перешёл в простой трёп ни о чём. Он рассказал, как занимаясь очередным дельцем, подвернувшимся сразу после приезда в бастион, отправился на север и встретил ещё двух бандитов из шайки Кого. Она же поделилась своими переживаниями по поводу ран и мыслями о том, что её могут оставить здесь до выздоровления. Он заинтересовался этим, как вдруг в дверь постучали. Ксаплам мгновенно накинул на голову капюшон, а Джулия спросила:

– Кто там?

– Это Лексис, леди Джулия. Могу войти?

Девушка покосилась на своего гостя, тот как раз поправлял капюшон, и в ответ на её взгляд лишь пожал плечами, предлагая ей решать самой.

– Да, входи, – произнесла она, вновь обернувшись ко входу. Дверь со скрипом отворилась, и на пороге показался младший рыцарь. Мужчина мгновенно заметил сидящего у кровати охотника и распушил усы. Джулия в ответ одарила его испепеляющим взглядом, что лучше любых слов приказал ему заткнуться. Лекс на это лишь хмыкнул, но всё же не стал говорить ничего странного, вместо этого просто поздоровавшись:

– Всем света, охотник, леди, – слегка поклонился он. – Вижу, герой все же явился к нам, – с этими словами мужчина обтёр ноги о коврик и вошёл в комнату, остановившись недалеко от сидящего Ксаплама. Тот поднял голову, показав бо́льшую часть лица, и ответил:

– Только в твоих рассказах, мужик.

Лексис бросил короткий взгляд на Джулию, та невозмутимо задрала носик, словно не она рассказала об этом охотнику. Да и в чём он собрался её обвинить? Сам же все уши прожужжал. Охотник то, охотник это! Словно там других и не было.

– А вы времени зря не теряли, спелись за моей спиной, да? – и, не дав ей даже слова вставить, добавил. – Как твоё приключение? – обратился он напрямую к Ксапламу.

– О чём ты?

– Только в город прибыли, а ты тут же ускакал куда‑то, а теперь выглядишь не слишком хорошо. Даже странно, после Кого и Эйко‑Ульчерис, я уж думал, тебя ничто не сможет застать врасплох.

– Лекс, прекращай это, – ощутимо повысила голос Джулия, сверкнув глазами на подчинённого.

– Да, ладно тебе, леди, пусть расскажет, куда ездил. Так торопился, даже оплату не получил.

– Вообще‑то он уже всё рассказал!

– Что?! – рыцарь был обескуражен, удивлённо повернувшись к ней, он широко распахнул глаза. Его усы слегка подрагивали, словно он хотел сказать что‑то ещё, но никак не мог придумать или решить, что именно. В результате выдавив лишь: – Как это рассказал?

– Почему тебя это так удивляет? – с сомнением спросила девушка, но тут до неё кое‑что дошло. – Оплата! – вспомнила она. – Ксаплам, почему ты не напомнил мне? Я ведь должна заплатить тебе.

На охотника уставились две пары удивлённых глаз. Но, если девушка была просто сбита с толку, то рыцарь всё ещё пребывал в прострации. Судя по шокированному лицу, он никак не ожидал, что парень даже не заикнётся о награде. От этого еще забавней была его реакция, когда он услышал ответ:

– А‑а‑а… насчёт монет? Не волнуйтесь, – лениво махнул рукой охотник, – мне пока не надо. Лучше пусть у рыцарей Справедливости останется должок передо мной – простым охотником.

Дальше разговор пошел легко. Лексис продолжал удивляться и подначивать охотника, иногда заходя за грань, после чего Джулии приходилось его одёргивать. Сама она переключилась на роль слушателя, изредка задавая вопросы или что‑то отвечая. Основным же действующим лицом оказался Ксаплам, неустанно отвечающий на колкости Лексиса и поддерживающий беседу. Рыцарям удалось выяснить, что охотник в ближайшее время не планирует никуда уезжать и останется в городке при Бастионе Восточном. Тем, связанных с капитаном Орло, он старательно избегал, вместо этого поведав им парочку историй об охоте и различных порождениях Бездны.

Эту тему поддержал и Лекс, пытаясь вызнать побольше о способностях парня и о том, где он так ловко научился пользоваться мечом и луком. Сам‑то рыцарь за шесть кругов ордена и ещё четыре гора академии при корпусе Справедливости освоил лишь копьё и худо‑бедно меч, что не было плохим результатом, даже наоборот, учитывая его способности в магии и родство с элементом земли.

Так трое и болтали, пока Джулия не заметила, что день начал клониться к вечеру. Практически следом две служанки постучали в дверь, напоминая об ужине. Заглянув внутрь и увидев гостей, они растерялись, но мужчины сразу же изъявили желание уйти, оставив девушку отдыхать и готовиться ко сну. Попрощавшись, оба вышли за дверь, служанки же сноровисто принялись накрывать на стол. Сама девушка продолжала сидеть на кровати и улыбаться. Этот день показался ей лучшим за последнюю неделю, а, может, даже за целый месяц. На душе было спокойно, и боль в ногах почти не беспокоила её.

***

Дверь глухо хлопнула за спинами мужчин. Оба остановились, покинув комнату, и замерли, словно позабыв, как сделать следующий шаг. Молчание затягивалось, что могло бы у кого‑то вызвать неловкость, но только не у них.

Взгляд Лекса медленно сместился с бойницы, прорезанной прямо в стене, на фигуру охотника рядом с собой. Тот стоял совершенно расслабленно, однако в его позе ощущалась собранность. Плащ и капюшон немного сбивали намётанный глаз рыцаря, однако чутьё подсказывало, что человек готов к чему угодно. Если даже Лексу взбредёт в голову прямо сейчас выбросить вперёд руку с копьём, парень успеет перехватить удар, не зря его левая рука, как бы невзначай, покоится на рукояти меча. В конце концов, рыцарь заговорил первым:

– Если ты не собираешься уезжать отсюда, мне придётся следить за тобой. Не знаю, что ты наговорил ей, да это и неважно. Вокруг тебя слишком много странностей и «чудес», а я слишком долго живу на свете, чтобы довериться такому как ты. Однако… – он на секунду замолк, тяжело и шумно вздохнув, – ты спас её. Была это мимолётная слабость, забота, похоть или желание причинять добро и наносить радость, но ты сделал это. Поэтому я благодарен тебе и говорю спасибо, но всё равно не могу позволить сблизиться с ней. Кем бы ты ни считал себя и ни пытался выдать, ты точно не простой охотник. Я запомнил твой взгляд, и он не принадлежал хорошему человеку.