Крылья Мальгуса. Ступень первая

– Что?

– Поцелуй.

– Разумеется. Нам надо было сбить с толку магов.

– Ааа, – разочарованно протянула Полина, ожидавшая совсем другого ответа. – А как ты думаешь, сейчас за нами наблюдают?

– Разумеется.

– Тогда, может, их нужно опять сбить с толку?

– Кого? Твоих родителей? – насмешливо уточнил я. – За нами наблюдают сейчас они.

Полина подняла глаза к собственному окну, обнаружила, что я не соврал, и окончательно скисла. Но не сдалась.

– Я вот что еще хотела узнать. Кланы оплачивают обучение перспективным одаренным. Но поскольку я твоя ученица до окончания ученичества, ни с кем не могу такого договора заключать, так?

– Ермолина, ты стань сначала перспективной, – разозлился я. – А то ленишься так, что мне за тебя стыдно. А вот станешь, тогда поговорим. Может, Елисеевым найдется что тебе предложить. Все, пока.

Я развернулся и удрал, пока в ее голову не пришла еще какая‑нибудь гениальная идея. До квартиры сама дойдет, не маленькая, и родители бдят – уже дверь наверняка открыли и ждут.

Дома оказалось, что Аня мужественно освободила мою комнату. Раскладушку вытащили и застелили, но спать пока ни одна, ни вторая не собирались: как зацепились языками, так и продолжали болтать. На столе появилась бутылка вина, которую они уже ополовинили. Я неодобрительно хмыкнул и прошел к себе. День выдался сложный, до обязательного комплекса упражнений я только добрался, прикинул, что уже пора на раскачку каналов бросать побольше энергии, но решил отложить это на завтра, поскольку неизвестно что вылезет и насколько затянется, а у меня намечено было еще два дела. Первое я решил провернуть сразу после разминки.

Айлинг ответил тут же, что было скорее исключением.

– Чего тебе? – хмуро спросил он. – Только не говори, что у Дамиана опять паранойя. Последний раз, когда я его видел, он сиял, как свеженачищенная курильница. В отличие от Илинель. Та выглядела мрачновато.

Визуализацией он себя утруждать не стал. Лишь легкий дымок, обволакивающий его фигуру, указывал, что он вообще не забил на формальности: считалось неприличным появляться без каких‑либо улучшений, это говорило о том, что маг слаб и неуверен в себе. К Айлингу это не относилось, но он всегда пренебрегал условностями. Почти пренебрегал.

– Мне в этом мире позвонил другой Айлинг, – радостно сообщил я. – Причем спрашивал он не Ярослава, а Мальгуса.

– Что значит позвонил?

Пришлось объяснять и даже визуализировать телефон, на котором делать имитацию звонка. Потом объяснять, что такое компьютерная игра, многопользовательская, с персонажами, отражающими желания создателей. И что один из персонажей, наикрутейший маг, носил мое имя.

– Я‑то думал, почему тебя притянуло, – неожиданно обрадовался Айлинг. – Вот теперь все встало на свои места. А я ведь столько времени убил на замену тобой Дамиана.

Услышанное неприятно поразило.

– Вы планировали отрубить мне голову?

– Разумеется, нет. Не я, Дамиан. По нему сразу видно, кого где и как он планирует принести в расход. Я исходил из этого и подстраховал тебя, когда понял, что не отговорю идти в ловушку, в которую ты пер с упорством оленя в брачный гон. Чуть увеличил стандартную вероятность. Если бы все прошло, как задумывалось, ты бы попал в Дамиана. Тогда бы мы разговаривали вживую, и не с подростком, а с состоявшимся императором.

– Я почти в него попал, – усмехнулся я.

– Почти в нашем деле не бывает. – Айлинг нахмурился, а клубы дыма стали куда темнее, гуще и затейливей. – Либо получается, либо нет. С тобой не получилось. Неучтенный фактор. Для того мальчика компьютерный персонаж был живее его собственной жизни, поэтому, когда его пытались вытащить, вытащили настоящего Мальгуса.

– У меня неуникальное имя.

– Больше никакой неприкаянной души с ним не болталось, – напомнил Айлинг. – Критическое совпадение факторов. И не такое бывает, когда вероятность хочет подгадить.

Он щелкнул пальцами, выбивая фантомные искры, и в темных клубах дыма заиграли настоящие молнии, и даже гром раздался. Не хватало внизу маленькой земной тверди с людьми. Но, похоже, она как раз начала образовываться.

– Чувствуете себя богом? – не удержался я.

– Здесь все мы боги, – не поддался на провокацию он. – Если у тебя все, то я, пожалуй, пойду.

Он развеял недоделанную землю, а дым опять стал легким и полупрозрачным.

– А наличие тут Айлинга вас не беспокоит?

– Нет, – он даже зевнул. – Руну на себя я не наносил, голову мне отрубать никто не будет. Если Дамиан до меня доберется, отравит по‑тихому.

– А что, если это знак?

– Не стоит видеть в каждом совпадении знак. – Он задумался, потом хитро улыбнулся и сказал: – Уговорил, руну я себе на всякий случай сделаю. В критической ситуации себе голову можно и лично отрубить. Не факт, конечно, что смерть будет не окончательной, и не факт, что если сложится как надо, то меня притянет к вам, а не к Дамиану, вектор‑то я буду на него ставить.

Он хохотнул и растворился, выбив меня в реал. Пришлось заходить повторно и пытаться достать теперь уже Мальцева. Но для него было слишком рано, попастиь я мог только в его сан, а он не спал. Но мое касание почувствовал и занервничал. Если он сейчас пил вино, то уже наверняка облился. Пришлось отложить разговор на утро – как раз успеет снять подмоченную вином одежду и успокоиться.

Дамы продолжали болтать. Возможно, именно этого Ане не хватало в той жизни, вот она сейчас и наверстывает. Я зевнул. День выдался непростым. И самым правильным сейчас будет отправиться спать, олимпиаду завтра никто не отменял, а недостаток сна плохо сказывается на работе мозга.

Так что я сделал себе закладку проснуться пораньше, после чего с чистой совестью лег спать. Если классная думала, что я стану активно готовиться к олимпиаде, то она просчиталась. Впрочем, мозгами мне сегодня пришлось изрядно пошевелить. Именно на мысли об этом я отключился.

Когда проснулся, в квартире была тишина, прерываемая разве что мерным дыханием, доносившимся из другой комнаты. В сон Мальцева и в это раз удалось проникнуть легко. Тот был эротическим. Во всяком случае для самого Андрея, поскольку он с выражением экстаза на лице порол кнутом ту самую плотную девицу, с которой его показывали по телевизору. Анастасия Жданова выла, умоляла прекратить и обещала, что больше не будет, что будет делать только то, что угодно “Андрюшеньке”. Похоже, мое проклятие накрыло и сон, и Андрею не удавалось разрядиться даже в нам, и сейчас он платил партнерше за свое унижение.

– Что, чадо, не получается с девицами‑то? – участливо спросил я.

Кнут как раз опускался, но в этот раз он прошел сквозь девушку, которая после этого исчезла. Исчез и кнут. Сам же Андрей Мальцев судорожно пытался создать какое‑то боевое заклинание, но его сон был уже полностью под мои контролем. Так что Мальцев подергался немного, понял тщетность этого действия и застыл.