Ламира. Глаза цвета ночи

– Ты повторяешься. Если Фирс прав, после храма сможешь вернуться к обычной жизни.

– Не смогу.

Биллар сел напротив побратима. В тусклом ночном освещении он выглядел совсем плохо. Глаза как будто впали. Губы побледнели. Наметились клыки.

– Ты когда последний раз питался?

– Час назад. – Вайрот злобно сверкнул глазами. – Не помогает. – Он бросил на деревянный пол прозрачный флакон с красной жидкостью. – Ее кровь не насыщает.

– Это значит…

– Ничего не значит. Я не чувствую ламиры.

– А Валлет?

– Валлет чувствую.

– Но ее кровь тебе не подходит.

Биллар щелкнул пальцами, под куполом шатра загорелось дополнительное освещение. Вайрот сощурил глаза. Яркий свет причинял боль.

– Почему раньше не пришел? – Герцог снял с пояса нож.

– Не хотел афишировать.

– Думаешь, Фирс или Каллеб еще не догадались, о том, что ты полукровка?

– Каллеб точно нет. А Халли, – Вайрот показал на свое лицо, – даже если и подозревал, то это развеет все его сомнения. У вампиров синяков не остается.

– Ну‑ну. – Биллар полоснул острым лезвием по запястью. Капельки красной жидкости упали на донышко позолоченного кубка. – В любом случае, вернешься домой, разберись с этим. – Герцог указал на сосуд с испорченной кровью. – Не хочу, чтобы второй призыв прошел также.

Вайрот дрожащими руками прижал кубок к губам. Одним богам было известно, чего стоило ему обратиться за помощью. Контролировать собственную сущность с каждым днем становилось сложнее. Транквилизаторы и сдерживающие амулеты больше не помогали.

– Если он будет, этот призыв.

Нескольких капель крови хватило, чтобы руки перестали трястись. Палящая огнем жажда отступила. Свет вечерних огоньков перестал резать глаза.

– Скоро уз…

Договорить Биллар не успел. В шатер влетел слуга. Тот самый, которого он двадцать минут назад к Фирсу.

– Горит! – Мальчишка орал и беспорядочно размахивал руками. Из глаз подростка катились слезы паники. – Ламира! Шатер!

Мужчины вскочили на ноги, выбежали на улицу. Шатер, когда‑то принадлежавший принцу, полыхал как тряпка, смоченная бензином. Вокруг бегали солдаты с ведрами. Маги пытались заглушить пламя экстренными заклинаниями. Все была бесполезно. Опорные балки шатра с грохотом рухнули. Биллар впервые не знал что делать.

 

Регина

– Что такое маяк?

– Это предмет, который укажет точку открытия портала.

– Любой предмет?

– Любой. – Кивнул Лиам. – Ты должна вложить в него частичку эфира. И от него начни строить коридор, представив место, где хочешь оказаться.

– А если я не знаю этого места?

– Тогда нужны координаты. Но это сложно. Достаточно, если представишь меня. В этот раз я буду твоим маяком. Попробуем?

– Попробуем.

Лиам сунул мне в руки медведя. Мысленно потянулась за частицей эфира. Тонкая нить легла в руку. А за ней вторая и третья. Тонкие частицы переплетались между собой, превращаясь в узкий мостик.

– Регина! – Голос мальчика прозвучал слишком громко. – Регина!

Открыла глаза. Лицо ребенка побледнело. В горле запершило.

– Лиам?

– Просыпайся!

Глаза открыла раньше, чем поняла что случилось. В шатре бушевало пламя.

 

Глава 13

 

Регина

 

Говорят, на пороге смерти, жизнь проносится перед глазами. Это была моя вторая попытка умереть. И нет. Никаких картинок из прошлого не было. Ни плохих, ни хороших. Была паника. Всепоглощающая животная паника, которая лишает человека чувств и разума.

Все вокруг пылало. Шатер, казалось, был сделан не из дерева и кожи, а из старой газеты, натянутой на каркас из бенгальских огней. Пламя моментально перекидывалось на мебель, ширмы, доски, плавило очаг. И, что было совсем странным, отсутствовал дым. К счастью отсутствовал дым. Иначе, я бы уже давно задохнулась.

Быстро слезла с кровати. Босые стопы обожгли раскаленные доски. Шатер горел по всему периметру. Спасения не было. Секунд двадцать, или больше, потратила на беспорядочные метания по помещению. Я ни о чем не думала, ничего не пыталась предпринять. Просто бегала и кричала, подчинившись панике. Никогда не думала, что это может быть так страшно. Обожжённая кожа отдавалась кислой болью на краю сознания. Из глаз текли крупные капли слез. Страшно. Страх ослеплял, лишал возможности думать. Забирал последние надежды на спасение.

– Маяк. Нужен маяк. – Сказала сама себе.

Сказала и поняла, это единственный способ выжить. Дрожащими руками ухватилась за кусок горячей деревяшки, расфокусировала взгляд, потянулась за магическим эфиром. Дерево обжигало пальцы. Чем сильнее становилась боль, тем сильнее сжимала в руках деревяшку.

Тонкие нити метнулись к тлеющему предмету. Они на лету сплетались в сложный узор, формируя какое‑то подобие дороги. Нужно было сосредоточиться, представить хоть какое‑то безопасное место. Поляну у озера, продуктовые склады, хоть кого‑нибудь из мужчин.