Месть без права на любовь

Григорий облегченно выдохнул и принялся за завтрак.

– Ты до скольки сегодня? – между делом поинтересовался у жены, желая знать все о ее перемещениях и, конечно же, проконтролировать.

– К обеду освобожусь, – ответила она и, отодвинув тарелку, взяла чашку с кофе. Руки предательски дрожали, выдавая волнение, но Ева упорно пыталась сохранить присутствие духа. Нельзя было отступать, иначе никогда не решится.

– Возьми водителя.

– Я на такси доеду, – осторожно предложила она.

Григорий смерил ее задумчивым взглядом, от которого по коже поползли неприятные мурашки, но все же кивнул.

– Номер машины мне скинь.

– Хорошо… – Ева выдохнула и подняла на него глаза. – Гриш, я хотела поговорить…

Он отставил свою тарелку в сторону и принялся за кофе.

– Говори.

– Я нашла хорошего врача… – начала она осторожно, вымеряя каждое слово, чтобы не разозлить мужа. – Хочу записаться на прием, – запнулась и торопливо добавила. – Если ты не против…

– Мы это обсуждали уже неоднократно, – Григорий недовольно поджал губы. – У тебя больное сердце, рожать тебе нельзя.

– Столько времени прошло… может уже какие‑то новые технологии придумали.

Ева нервно сглотнула. Слышала это сто тысяч раз, но смириться так и не смогла. Не хотела. Не видела смысла в своем существовании. Устала быть просто красивым дополнением к мужу, хотела настоящую семью. Хотела жить полноценно, без оглядки на свой диагноз. Но Григорий отказывался принимать ее позицию.

– Нет. Я не хочу рисковать, – покачал он головой и стиснул кулаки.

– А я хочу, – упорно настаивала Ева. Неизвестно откуда взявшийся огонек протеста вспыхнул в ней с новой силой и толкал на подвиги. – Мне почти тридцать, я хочу ребенка!

– Ты не выносишь его! – раздраженно прорычал Григорий. – Твое сердце не справится и ты умрешь!

– А вдруг можно что‑то сделать? – предательские слезы задрожали на ее ресницах. Не хотела плакать при муже, но сдержаться не получалось. Эмоции были слишком острыми, а личная драма так и не перегорела в ее душе.

– Нельзя, – покачал он головой, не давая ни единого шанса.

Ева отчетливо поняла, что проигрывает. Муж просто давил ее своим непререкаемым авторитетом. Душил своими желаниями и потребностями, совершенно не заботясь о ее собственных.

Она рванула к нему и опустилась на колени у ног, преданно заглядывая в глаза. Гордости давно не осталось. Ева похоронила ее вместе со своими чувствами и мечтами о светлом будущем. Осталось лишь жгучее желание родить ребенка. Ему бы она посвятила всю себя, всю любовь и нежность, что скопились в ее сердце.

– Давай попытаемся, – умоляюще просила Ева, пытаясь хоть немного разжалобить мужа.

– Я сказал нет! – рявкнул Григорий, не обращая внимания, на ее старания. Ребенок был ему не нужен в принципе и менять свое решение он не собирался, ни при каком раскладе.

– Ну пожалуйста, – всхлипнула Ева, вытирая слезы, катившиеся по щекам.

– Да что ж вы сегодня меня все выбесить решили? – Григорий поднялся на ноги и нервно заходил по комнате из стороны в сторону.

– Я никогда ничего не прошу…

Тут жена была права. За всю их совместную жизнь, Ева едва ли о чем‑то просила. Скорее снисходила озвучить свои желания, если они имелись. Но что это меняло? Ровним счетом ничего. Но тактику придется подкорректировать, чтобы сохранить мир в семье.

– Как зовут врача? – хмуро поинтересовался он.

– Кулик Ольга Геннадьевна, – дрогнувшим голосом ответила Ева и поднялась на ноги.

– Я поспрашиваю про нее, позже скажу о своем решении…

– Спасибо, – вымученно улыбнулась и стерла остатки слез.

– Ева, без глупостей, – строго предупредил Григорий, прожигая ее насквозь взглядом.

– Конечно.

Ева никогда и не собиралась прибегать к хитрости, чтобы обмануть мужа и завести ребенка. Это казалось ей подлостью, а она была выше этого.

Муж развернулся и вышел из столовой, оставляя ее в одиночестве. Ева обхватила себя руками и подошла к окну. В сердце затеплился крошечный огонек надежды. А вдруг все получится? Тогда она будет самой счастливой на свете…

 

Глава 6

 

В доме отца Марианна чувствовала себя бесправной пленницей, но вырваться из плена не могла. Была слишком зависима. Это раздражало, но в то же время давало и множество бонусов и привилегий. Безлимит на карте, например. Она могла позволить себе любой каприз, и это ей однозначно нравилось.

Поэтому воевать по поводу института и будущей профессии не стала. В конце концов, было абсолютно все равно, какой у нее будет диплом, ведь работать не собиралась в принципе. А высшее образование – это прихоть отца, которую приходилось исполнять.

Машина остановилась напротив шлагбаума одного из лучших вузов столицы. Марианна взяла свой рюкзачок и выбралась на улицу.

– Мари, ну наконец‑то! – воскликнула Диана, ее ближайшая подруга, и помахала рукой. – Пятнадцать минут уже жду.

Марианна улыбнулась и направилась к ней.

– Ты готова к первому учебному дню? – спросила Диана после традиционного приветствия поцелуями в щеку.

– Ой, да мне что первый, что второй, одинаково, – отмахнулась та, и они в один голос рассмеялись. – Ты уже видели состав нашего курса? Мальчики интересные есть?

– Я видела парочку, – заговорщически шепнула Диана. – Без слез не взглянешь.

– Как всегда не повезло. – Мари неприятно сморщила носик.

– Зато в ай‑ти такие экземпляры, закачаешься…

– Ботаны и задроты? – беспечно рассмеялась она.

– Да я тебе говорю, видела сегодня одного… м‑м‑м. – Диана мечтательно закатила глаза.

– Заинтриговала, – хмыкнула Марианна.

– Потом покажу. Пойдем, а то опоздаем.

Диана взяла подругу под руку, и они вместе направились в здание.