Многоликая зараза
А поскольку я хочу жить долго и по возможности счастливо, то нужно срочно придумать, как покинуть эту, все продолжающую увеличиваться толпу как можно быстрее. Значит, применяем еще один хорошо зарекомендовавший себя трюк. Всхлипнув еще более жалостливо, с горестным стоном закатываю глаза и начинаю оседать на мостовую. Вот же гадство и не подхватил никто бедную и несчастную, теряющую сознание девушку! Теперь ясное дело, синяки останутся, да и локоть я, кажется, основательно так свезла. Нет, вот точно сегодня не мой день!
– Ой, что делается! – На пронзительно высокой ноте заверещала одна из моих ярых защитниц (здоровенная тетка ростом с самого Граветия, в смешно обмотанном вокруг головы платочке).– Вы только посмотрите, до чего девчонку довели! – Толпа согласно с ней загомонила, еще больше начав наседать на опасливо прижавшихся спинами к стене дома стражников.
О, неужели мне все же решили оказать помощь? Странно и к тому же не совсем желательно… Ведь если не совсем и легкое похлопывание по щекам я еще кое‑как смогла перенести, то когда неизвестно чьи руки принялись раздвигать вырез на лифе моего платья, я сразу же «пришла в себя» и распахнула глаза. Быстро сев и увидав кто именно решил оказать мне помощь, еще раз возмущенно пискнув, ударяю по рукам мою «хорошую знакомую» Вильду. Черные как ночь волосы, карие наглые глаза на весьма смазливом смуглом лице, в отличии от моей теперешней внешности сразу же привлекли всеобщее внимание, что постоянно огорчало еще одну представительницу «ночного братства». Вот же ворюга наглая, эта девчонка своего никогда не упустит! И углядела же, что у меня что‑то на груди припрятано, чем и поспешила воспользоваться, не побоявшись даже стоящих вокруг нас людей! Шустрая какая! Своих уже грабить среди бела дня начала! И что из того, что уже вечер, это к делу все равно не относится! Хотя, если подумать, откуда ей знать, что я «своя»? Те парочку дел, в которых я милостиво разрешила ей со мной участвовать, я прокручивала в совершенно другой ипостаси. Да и то она меня практически не видела. Люблю я в капюшоне, низко на глаза надвинутом, на такие мероприятия выходить. И по вполне понятным причинам: чтобы глазками своими, чересчур уж приметными, где не нужно не светиться.
А сейчас, стыдливо держа глаза долу, смущенно запахиваю опять разошедшиеся края лифа, при этом осторожно нащупывая спрятанный за вырезом нижней сорочки ценный мешочек. Фух! На месте. Да и если бы этой пронырливой Вильде и удалось меня обокрасть, то выгоды с этого она никакой бы не поимела, ее бы просто заставили вернуть мою добычу. И отдала бы, да еще и с глубочайшими извинениями, поскольку приказал бы ей это тот, кому ни один правильный вор отказать в нашем городе не посмеет. Тариль – царь и бог всего преступного сообщества Каралоста и при этом, основной поставщик почти что всех моих заказов. Этот заказ, кстати говоря, тоже он мне подсуетил, за что нужно будет ему при следующей нашей встрече обязательно выразить огромнейшее «спасибо».
Кстати, а Вильда очень даже вовремя здесь оказалась, девчонка она бойкая, надеюсь, сообразит, что именно мне от нее нужно. Сделав вид, что опять собралась пустить слезы, подношу ладонь к лицу, чтобы утереть несуществующую влагу с щек и при этом выставляю на обозрение, недовольно на меня косящейся Вильде небольшое скромное колечко, почти что неприметное на моем мизинце. Но она сразу же его рассмотрела! Вон как в лице сменилась, поняла подруга, кого только что «пощипать» хотела. Колечко – то это, пускай и выглядит полной дешевкой, но за привилегию обладание подобным, многие бы из моих, не слишком добропорядочных знакомых, горло друг другу бы перегрызли. Таких колечек всего три штуки в Карлосте находится. Одно у самого Тариля, второе – у его первого помощника Свельда, а третье – принадлежит мне, родимой. Обычный тоненький золотой ободок с невзрачным, грязно‑зеленым камнем посередине, обязывал любого из «ночного братства», к которому носитель оного обращался за помощью, оказывать любую возможную поддержку владельцу кольца. Что Вильда и блестяще проделала, подхватив меня под руку и грозно рыкнув на все еще глазеющих на меня горожан:
– Все, хватит же! Устроили тут представление… Засмущали девушку совсем, нашли на что глазеть, совести у вас нет. – Меня, после этих возмущенных слов моей добровольной помощницы, чуть на смех не пробрало. Уж кто‑кто, но она о совести промолчала бы… Ну, да ладно, главное, что толпа немного усовестилась и вполне свободно дала Вильде отвести тихонечко всхлипывающую меня в сторону, якобы, с дальнейшими намерениями сопроводить до моего дома. И очень даже вовремя. К Гравентию и его рыжему подчиненному на выручку, сквозь плотно стоящие ряды горожан начали пробиваться, наконец‑ таки, нашедшие своего командира стражи.
– Давай сюда, быстро.– Тихо скомандовала мне моя спутница и, дернув за руку, втащила в еще один тесный, захламленный не менее чем предыдущий переулок. Дальше мы уже торопливо, стараясь не сорваться на бег и тем самым не привлечь к себе ненужного внимания все еще рыскающих в сумрачном вечернем свете стражников, начали петлять по сменяющим одна другую, узким проулкам. В конце‑концов, остановились возле неприметной дверцы, ведущей в крайне обшарпанный домишко, который не особенно отличался от всех остальным домов, стоящих на этой улице. Вильда приглашающе указала мне на гостеприимно распахнутую ею передо мной дверь.
– «Изменчивая»? Это ты что ли? – Недоверчиво посмотрев на мое лицо, поинтересовалась у меня спутница, едва только я вошла внутрь темной и, судя по тому, что я смогла разглядеть, заброшенной и основательно пропыленной комнаты.
– Ээээ…
– Да не бойся ты, я никому не расскажу… Да если и расскажу, толку от этого? Ведь все равно, твоего настоящего лица никто не видел, тебя только по кольцу и признают. – Вильда, заискивающе мне улыбнувшись, указала на явно компрометирующее меня колечко. Да, против этого сильно и не возразишь. Все Члены «ночного братства» превосходно знали, у кого именно есть такие же, подобные моему, «украшения». А поскольку Тариля со Свельдом все знали в лицо и я на них не капельки не походила, то отмалчиваться и дальше не имело для меня никакого смысла.
– Да, это – я. – Обреченно вздохнув, признаю неохотно.
– Ничего себе! – Восхищенно присвистнула Вельда и окинула меня с ног до головы восторженным, недоверчивым взглядом. – Кому расскажу – не поверят!
– Кхм… Может быть, тогда и не стоит никому… Рассказывать?
– Да, это я так, к слову… – Немного смутилась своей горячности девушка. – Просто среди наших о тебе уже легенды ходят… Ты же самая удачливая и высокооплачиваемая воровка…
Хм, лесть и восторженное почитание, это, конечно, приятно, но не в данном же вопросе…
– Вельда, все это очень интересно, но мне сейчас немного не до этого…
– Аа‑ааа… Откуда ты знаешь мое имя?
Вот же! Сама себя спалила, пришлось неохотно пробурчать:
– Да сталкивались уже несколько раз.
– Когда это?
И какие же все вокруг любопытные, да и я просто «молодец»! Так по‑глупому проболтаться, должно быть, сказывался результат недавнего полного изменения. Чувствовала я себя после него полностью обессиленной. Прилечь бы куда. О, матрасик на полу… На очень грязном полу валяется, да и сам не намного чище пола выглядит. Да какая разница! Махнув рукой на свое, уже и так довольно замызганное платье, прошла мимо все еще терпеливо ожидающей моих откровений воровки, и с блаженным вздохом рухнула на сомнительной чистоты лежанку. Вельда, видимо вспомнившая, что одно из самых основных правил «ночного братства» заключалось в том, чтобы не лезть в дела друг друга, если только они не задевают благополучия нашего сплоченного сообщества, наконец, угомонилась.
