Многоликая зараза

Смотрим друг на друга подозрительно. Не знаю почему Вильда, а я по вполне уважительной причине. Откуда мне знать, что у этой воровки сейчас в голове творится, тем более в свете сложившихся обстоятельств? Если уж сам Тариль меня предал, то чего хорошего мне стоит ожидать от одной из его приспешниц? Нет, конечно может быть и такое, что я на нее зря так плохо думаю и она расстроилась не из‑за того, что я без спроса в ее берлогу вломилась, а за то, что я всю ту дрянь вылакала, которую ну совершенно случайно в ее сундуке обнаружила. Ту которую по совершенно мне непонятному недоразумению вином иногда называют. Да, наверное, пустую бутылку нужно было все‑таки обратно припрятать, чтобы пропажа отвратного пойла в глаза не так сильно бросалась.

– Ты что, пьяная?

 

– Не‑е‑ет! – Возмутилась я подобному заявлению и попыталась подняться с матраса навстречу настолько негостеприимной злюке. О‑о‑о‑о? А куда это меня понесло? Это я что, падаю? Хотя нет, не падаю, меня, вроде бы как, поймали… В полете… Нет, Вильда все‑таки довольно неплохой человек… Для воровки.

 

– Ах ты, гади… пч..хипк… гадина!!! Что, творипш… кхш?

 

– В чувства тебя привожу, – невозмутимо сообщила мне эта… Не слишком хорошая девушка, отставляя в сторону пустое ведро, все содержимое которого она только что совершенно безжалостно выплеснула на меня. Нет, это уже вообще беспредел полнейший! Ведь то обстоятельство, что я немного позволила себе немного расслабиться, хоть как‑то компенсируя пережитый стресс, еще не повод обливать меня с ног до головы водой… Холодной. У меня горе, быть может! Человек, которому я больше всего доверяла в жизни, оказался последней сволочью и предал меня… при этом самое обидное, что предал еще и за бесплатно! А ведь я его, Тариля этого, с самого своего раннего детства, знаю. Он с моей мамашей знаком очень хорошо и ко мне, почти что как к дочери родной относился. И теперь вот так! Со мной! Скотина!!! Хватаю бутылку, стоявшую прямо рядом с матрасом, на котором я, вся такая мокрая и дрожащая гордо восседала и со всей силы запустила ей в противоположную стену.

– И как тебе, полегчало сразу же? – язвительно поинтересовалась у меня Вильда, недовольно рассматривающая россыпь осколков, живописной кучкой украсившую и так совершенно грязный пол ее жилища. – Намекаю сразу же, убирать за собой сама будешь.

Вот, уже и командует. А ведь совсем еще недавно эта девица чуть ли не пищала от восторга лицезрения «живой легенды», то есть, меня. Видимо, дела у меня уже хуже не придумаешь, раз отношение ко мне так резко поменялось. Интересно, а Вильда меня тоже сыскарям сдать попытается? Или уже сдала?

– Значит так, изменчивая. – нависшая прямо надо мной очень недовольная девушка, принялась внимательно разглядывать меня да еще и с какой – то жалостливой брезгливостью. – Уже почти утро, так что ложись, спи, все равно раньше завтрашней ночи тебе лучше отсюда не высовываться. Ищут тебя… Все кому не лень ищут… Я тут кое‑где прошвырнуться успела, пообщалась с нужными и знающими людьми… Так вот, слушок среди наших прошел, что сам глава тайной службы, лейт Калервин, дал приказ не твою немедленную поимку. Так что в городе сейчас от сыскарей и стражи не протолкнуться, все наши на дно залегли, все дела почти полностью свернули. И это странно. Не было еще никогда такого грандиозного шухера. Даже тогда, когда у нашего короля его корону из сокровищницы внаглую свистнули. Не хочешь мне, совершенно случайно рассказать, чего ты такого страшного натворить‑то умудрилась?

– Сама не знаю, – потерянно прошептала я и с тяжелым стоном рухнула обратно на матрац. Если уж сам Калервин за меня взялся, то из Карлоста мне нужно бежать. Желательно, как можно быстрее и как можно дальше. А еще лучше, вообще из государства, поскольку у Тайной службы свои представительства во всех, более‑менее крупных городах Трайвидии расположены. Конечно, можно было бы и в какой‑то деревеньке временно затаиться, но я там просто с ума сойду от вынужденного безделья. Так что выход для меня теперь оставался только лишь один: немедленно срываться с насиженного места и на полной скорости мчаться вперед, к приключениям! Хотя на фиг они мне нужны, приключения эти? У‑уууу! Домой хочу, искупаться, переодеться… Покушать и в кровать… Хотя, сейчас можно было бы остановиться и на просто «покушать». Весь день ничего не ела, если не считать того несчастного пирожка, который я с утра на кухне стащила, во время исполнения обязанностей служанки, которую я по своему собственному желанию замещала. Кстати, насчет той самой служанки… Она должно быть сильно удивилась, когда проснулась в комнате гостиницы, в которую ее люди Тариля оттащили. Ну, ничего, думаю, она не в обиде будет, я ей и за форму горничной, и за пережитые неприятности, довольно неплохую сумму в карман другого, выделенного взамен украденного платья вложила. Между прочим, достаточно дорогого платья… Из моего собственного гардероба.

– Ладно, отсыпайся давай, я завтра приду. Может быть, еще чего интересного узнаю…

– Ты меня сдашь? – закрыв глаза и уже практически засыпая, как можно более безразличным тоном поинтересовалась я у выходящей из комнаты девушки.

– Я обязательно над этим твоим предложением подумаю, – не оборачиваясь в мою сторону, раздраженно пробурчала Вильда и с силой захлопнула за собой дверь. Обидчивая какая! Ее бы в мое положение…

 

****

 

Так, и что это тут у нас сейчас такое: утро, или уже день? Маленькое, выходящее на улицу окошко, на которое я, проснувшись с ужасной головной болью безучастно смотрела, ответа на мой невысказанный вслух вопрос, давать почему‑то не желало. Значит, варианта было только два; или светило только что встало, или день сегодня просто такой, пасмурный. Хотя, может быть и третье: окошко в этой грязнющей конуре не мешало бы иногда и мыть. Как и все остальное, здесь находящееся… Нда, можно подумать, что ни о чем более важном и насущном, мне размышлять сейчас не требуется. Кроме как об основательной уборке моего временного пристанища.

– Ну что, проснулась уже? – поинтересовались над моей, все еще туманной головой насмешливым и каким‑то смутно знакомым голосом. Поворачиваю лицо в сторону говорящего. Ничего себе! Свельд, собственной персоной.

– Кааакие люди‑ии! – натянуто улыбаюсь я высокому, худющему и седовласому мужчине, который являлся первым помощником предавшего меня «ночного короля». – Ты один? А где сыскари? Если за дверьми прячутся, то скажи им, пускай не стесняются и заходят. Отсюда у меня сбежать уже не получится…

– Ты чего несешь? С головой все в порядке?

– Не совсем, болит с перепоя… – отвечаю честно и устало прикрываю глаза. В основном для того, чтобы не видеть на себе холодного, изучающего взгляда стоящего рядом мужчины.

– То‑то я смотрю, что ты какая‑то зеленая вся, да еще и болтаешь чушь всякую… – голос недовольный, и даже в какой‑то степени брезгливый. Что было и неудивительно. В таком непотребном виде как сейчас, Свельд меня еще никогда за время нашего очень долгого знакомства не видел. – Девочка, считай, что тебе еще очень крупно повезло, что Тариль сейчас занят сильно, а не то он даже не посмотрел бы на то, что ты уже большая девочка и всю задницу тебе ремнем бы исполосовал.

– Так бы я ему это и позволила… – бурчу возмущенно и неохотно раскрывая глаза. – И вообще, гость ты мой ранний, может быть, уже расскажешь, с чем интересным пожаловал?