Мое прекрасное несчастье

– Ничего, я могу справиться с твоими вспышками гнева.

Трэвис несколько мгновений внимательно изучал мое лицо, а потом на его губах появилась слабая улыбка.

– Даже не знаю, почему ты миришься с моими выходками, и не знаю, что бы я делал, будь все иначе.

От Трэвиса шел запах сигарет и ментола. Я посмотрела на его губы, и все мое тело откликнулось на такую близость между нами. Лицо Трэвиса изменилось, дыхание стало прерывистым – он тоже это заметил.

Между нами оставались считаные дюймы, когда вдруг запищал его телефон. Трэвис вздохнул и достал мобильник из кармана.

– Да. Хоффман? Ну и ну… хорошо. Дело – пустяк. У Джефферсона? – Трэвис посмотрел на меня и подмигнул. – Мы приедем. – Он отключился и взял меня за руку. – Идем со мной. – Трэвис потянул меня по коридору. – Звонил Адам, – сказал он Шепли. – Брэди Хоффман будет у Джефферсона через полтора часа.

Шепли кивнул и встал с дивана, извлекая из кармана мобильник. Быстро набрал сообщение и разослал эту информацию ограниченному кругу лиц – тем, кто знал про Арену. Около десятка его знакомых напишут еще десяти, так, пока каждый заинтересованный не узнает, где на этот раз состоится бой.

– Поторапливайся! – улыбнулась Америка. – Нам лучше привести себя в порядок.

Напряжение в квартире смешалось с оживленностью. Казалось, Трэвиса все волновало наименьшим образом. Он непринужденно обулся, надел белую майку, будто шел по обыденному поручению.

Америка, нахмурившись, довела меня до комнаты Трэвиса.

– Эбби, тебе надо переодеться. Ты не можешь пойти вот так на бой.

– В прошлый раз я была в чертовом кардигане, и ты не возражала! – возмутилась я.

– В прошлый раз я не думала, что ты и вправду пойдешь, – ответила подруга и бросила мне вещи. – Вот, надень это.

– Ни за что!

– Идемте уже! – позвал из гостиной Шепли.

– Поторопись! – прикрикнула на меня Америка, убегая в комнату Шепли.

Я натянула на себя желтый топ с бретелькой через шею и глубоким вырезом и узкие джинсы с низкой талией, которые мне дала Америка. Затем обула туфли на каблуке, наспех причесалась и заторопилась по коридору.

Америка вышла из своей спальни в коротком зеленом платьице с завышенной талией и туфлях в тон. Когда мы завернули за угол, Трэвис и Шепли стояли у дверей.

– Черт побери, – разинул рот Трэвис. – Ты хочешь убить меня? Голубка, тебе придется переодеться.

– Что? – спросила я, осматривая себя.

Америка уперлась руками в бока.

– Она просто милашка, Трэв, оставь ее в покое!

Трэвис взял меня за руку и повел по коридору.

– Надень футболку… и кеды. Что‑нибудь удобное.

– Что? Зачем?

– Затем, что иначе вместо Хоффмана я буду беспокоиться, кто заглядывается на твою грудь, – сказал Трэвис, останавливаясь у двери.

– Мне казалось, тебе все равно, кто и что думает.

– Голубка, это совсем другое дело. – Трэвис опустил глаза на мою грудь, а потом снова посмотрел на меня. – Ты не можешь пойти в таком виде на бой, поэтому, пожалуйста… просто… я прошу, переоденься, – заикаясь произнес он, заталкивая меня в спальню и закрывая за мной дверь.

– Трэвис! – закричала я. Сбросила туфли и натянула конверсы. Потом избавилась от топа, бросив его через всю комнату. Надела первую попавшуюся хлопчатобумажную футболку и выбежала в гостиную, останавливаясь в дверном проеме.

– Так лучше? – фыркнула я, завязывая волосы в хвост.

– Да! – с облегчением выдохнул Трэвис. – Идем!

Мы стремительно добежали до стоянки. Я запрыгнула на мотоцикл, Трэвис завел мотор и полетел по дороге, ведущей к университету. В странном предвкушении я обхватила Трэвиса за талию, по венам от такой спешки побежал адреналин. Трэвис заехал на обочину и припарковал мотоцикл в тени рядом с «Джефферсон Либерал Артс». Сдвинул очки на голову, с улыбкой схватил меня за руку и повел за здание. Остановились мы около открытого окна вровень с землей.

Мои глаза округлились, когда я все поняла.

– Ты издеваешься!

– Это вход для ВИП‑персон. Ты должна увидеть, как сюда попадают.

Я покачала головой, а Трэвис просунул ноги в окно и исчез. Я наклонилась и крикнула в пустоту:

– Трэвис!

– Голубка, спускайся! Свесь сначала ноги, потом я тебя поймаю.

– Ты, черт побери, выжил из ума, если решил, что я прыгну в темноту!

– Я поймаю! Обещаю тебе! А теперь пошевеливай своим задом!

Я вздохнула и приложила руку ко лбу.

– Это безумие!

Я села и подалась вперед, пока мое тело наполовину не скрылось в темноте. Перевернулась на живот и пальцами ног стала нащупывать пол. Ждала, что мои ноги коснутся ладоней Трэвиса, но не удержалась и с визгом повалилась вниз. Меня поймали крепкие руки, в темноте раздался голос Трэвиса.

– Падаешь как девчонка, – усмехнулся он.

Трэвис поставил меня на землю и потянул за собой, в темноту. Через дюжину шагов я услышала знакомые выкрики имен и цифр. Вдруг в помещении появился тусклый свет – от стоявшей в углу лампы. Я различила лицо Трэвиса.

– Что теперь?

– Ждем. Сначала обычная болтовня Адама, потом мой выход.

Я заерзала.

– А я? Мне ждать здесь или заходить внутрь? Куда идти, когда начнется бой? Где Шеп и Мерик?

– Они пошли другим путем. Просто следуй за мной, я не отпущу тебя одну в это логово акул. Останешься рядом с Адамом, он убережет тебя от столкновений. Я не смогу следить за тобой и одновременно махать кулаками.

– Столкновений?

– Сегодня здесь соберется больше народу. Брэди Хоффман из Стейта. У них там своя Арена. Тут будет стенка на стенку, так что начнется дурдом.

– Ты нервничаешь? – спросила я.

Он улыбнулся и окинул меня взглядом.

– Нет. А вот ты, кажется, слегка волнуешься.

– Возможно, – призналась я.