Непотопляемая Грета Джеймс

– И если повезет, мы увидим морских птиц, – спокойно соглашается Конрад. Все эти годы они были друзьями, но Тодд мало преуспел в том, чтобы обратить в свою веру других и заставить их заинтересоваться птицами. – Затем ужин в «Портсайде» и фортепианный бар на ночь.

– Вау, – изучает список Грета, – вот это план.

– Ты можешь принять участие в чем захочешь, – говорит он, вставая из‑за стола. – Это на твое усмотрение.

– Держи! – Мэри вручает ей рекламный проспект с расписанием на день. – Посмотри, что тебя заинтересует, и присоединяйся к нам, о’кей?

Грета кивает:

– Конечно. Желаю хорошо провести время в спа.

Они уходят, и Грета сидит одна за столом с чашечкой кофе и смотрит на гризли. Его огромная лапа прижимает к камню серебристую рыбу, их обтекает река. У рыбы дикий взгляд и понятно, что она лихорадочно бьется о камень, хотя изображение, разумеется, неподвижно. И Грету снова начинает тошнить. Она заставляет себя отвести взгляд от медведя.

Буклет, лежащий на столе, довольно толстый. Она вяло просматривает фотографии и описания разных событий – жонглеры и фокусники, гипнотизеры и мимы, лекторы и историки, до тех пор пока не натыкается на знакомое лицо. На одиннадцатой странице помещена фотография Бенджамина Уайлдера – автора бестселлера и преподавателя истории в Колумбийском университете.

И это почему‑то смешит ее. На фото он так серьезен, так похож на профессора – у него очки с толстой оправой и невероятно сосредоточенное выражение лица. Под фотографией – его биография, где говорится в основном о его нашумевшем романе «Дикая песня», в котором, видимо, излагается вымышленная версия жизни Джека Лондона, автора «Зова предков» и «Белого клыка», а также много чего еще. Грета смотрит на список мероприятий, который дал ей папа. И видит, что назначенная на два часа лекция называется «Джек Лондон: образы Аляски».

Со старшим поколением Грета собирается лишь посмотреть на морских львов. Но когда она встает, чтобы подойти к шведскому столу, все же засовывает буклет в карман куртки. Так, на всякий случай.

 

Глава 7

 

Если отец Греты и удивляется, заметив ее у входа в зал, то вида не подает. У него розовое после спа лицо, глубокая морщина между бровями – она появилась там после смерти мамы – практически разгладилась.

– И как оно было? – спрашивает Грета, когда он подходит к ней. – Расслабился?

– В общем‑то, да, – потягивается он. На нем застегнутая на молнию темно‑синяя куртка для игры в гольф, а его полуседые волосы влажные после душа. Ее взгляд притягивает, как и всегда, крючкообразный шрам у него на подбородке, полученный в драке в то время, когда он работал в баре. Маленькая Грета часто проводила по нему пальцем. А теперь она замечает, как много на его лице других линий. – Спина у меня в полном порядке, – говорит он, опуская руки. – А что ты здесь делаешь?

Она протягивает ему буклет:

– Ты сам дал мне это расписание.

– Знаю. – Он смотрит на толпу перед входом в зал. Рядом с ним постер с названием лекции и фотографией книги Бена, на обложке которой заснеженный ландшафт и упряжка ездовых собак вдалеке. – Но ты не имеешь обыкновения ходить на лекции.

– Я избегаю только твоих лекций, – поддразнивает она его, и, к ее удивлению, он смеется. – Кроме того, мы на теплоходе весь божий день. И что прикажешь мне делать?

– Но мы же не на яхте. Здесь есть все что угодно. Почему бы тебе не попытать счастья в казино? Или не прошвырнуться по магазинам в атриуме?

– Ты считаешь, мне нравится проводить время именно так?

– Понятия не имею, что тебе нравится. Кроме игры на гитаре.

– Ну я уже пыталась поиграть, но мои соседи остались не слишком довольны.

Он округляет глаза:

– Пожалуйся, постарайся, чтобы тебя не скинули с корабля, о’кей?

– А что они могут сделать? Посадить меня на шлюпку и отправить восвояси?

– Не знаю, но лучше не выяснять.

Через плечо она видит Блумов и Фостеров, одинаково свеженьких, и, когда дверь открывается, они вваливаются в зал вслед за довольно значительной толпой людей, которым по большей части за семьдесят.

Они занимают места, и Мэри шепчет Грете на ухо:

– А ты читала ее? – Она жестом показывает на книгу Бена, проецируемую на экран в глубине сцены. – Мы обсуждали ее на собрании книжного клуба. Она прекрасна.

– А я даже не читала «Зов предков».

Глаза Греты шарят по залу, заполненному больше чем наполовину. Именно здесь по вечерам проходят большие концерты – танцоры, комедианты и фокусники собирают обширную публику, так что явка на лекцию оказалась вполне высокой, хотя какой‑то старикашка уже храпит за ее спиной. Его храп напоминает звуки, издаваемые бензопилой, но его компаньоны то ли не слышат его, то ли им до лампочки.

Тут ей приходит в голову одна мысль, и она поворачивается к Мэри:

– Когда? – спрашивает она более требовательно, чем намеревалась. – Когда вы обсуждали ее в книжном клубе?

Поначалу Мэри не понимает сути вопроса. Но потом до нее доходит, и она сочувственно похлопывает Грету по руке.

– Твоя мама тоже любила ее, – с улыбкой говорит она.

На сцене появляется Бен, и Грета подается вперед. На нем твидовый блейзер и рубашка в сине‑белую клетку, он раскидывает руки в стороны и улыбается собравшимся.

– Вау! – произносит он, довольный числом собравшихся на его лекцию людей. – Как я понимаю, на нашем теплоходе собралось немало почитателей Джека Лондона, верно?

В зале хихикают.

– Кто из вас читал «Зов предков»? – спрашивает Бен, и многие поднимают руки. Он обводит глазами зал и, заметив Грету, на секунду останавливает на ней взгляд, вид у него при этом удивленный. Она поднимает руку наполовину, решив, что, скорее всего, видела фильм. Мэри искоса смотрит на нее, и Грета пожимает плечами.

– А как насчет «Белого клыка»? – Бен отрывает от нее взгляд, и Грета опускает руку в то время, как руки поднимают еще несколько человек. – О’кей, прекрасно. Но мне кажется, я должен поставить вас в тупик. Кто читал «Путешествие на «Ослепительном»?

По залу прокатывается волна смеха, все вертят головами и видят, что руку не поднял ни один человек. Бен взирает на аудиторию с притворным изумлением.

– Да ну вас, ребята! Это один из его первых романов. «Путешествие на «Ослепительном» очень важно для нас сегодня, поскольку всем следует знать, что я собираюсь блистать и ослеплять во время нашего круиза.

Сидящая по другую сторону от Греты Элеанор фыркает.