Одинокий папа желает познакомиться

– Не говорите ерунды, Марси – домашний дракон, и никогда не причинит вреда.

– Это она вам сказала или ваше личное умозаключение? – разозлилась я. – Немедленно уберите дракона от меня. Да и вообще, вас не смущает, что одна из построек вот‑вот догорит? – показала пальцем на пожар, устроенный дракончиком.

– Совсем забыл, – мужчина хлопнул в ладоши, и будто по велению волшебной палочки, над горящим строением появилась черная туча, и прямо с неба хлынул сильнейший ливень, в одно мгновение затушивший огонь.

– Это что?! – теперь я уже с испугом смотрела на своего собеседника.

– Ничего особенного. Природная магия. Марси, иди сюда, – он подошел к дракону, ловко надел на нее ошейник и потянул поводок. – Идем.

– Ру‑ру‑ру, – заверещало лиловое создание, упираясь всеми четырьмя лапами, давая понять, что никуда не пойдет. – Ру‑ру‑ру.

Затем она посмотрела на меня и ловко лизнула в щеку, забрызгав розовой слюной с ног до головы.

И тут моему терпению пришел конец. Возмущение перебороло страх, и я заорала:

– Немедленно отпусти меня! Сейчас же! Совсем уже обнаглела!

Дракончик сначала обомлел, а затем поджал хвост к себе, и я оказалась свободна. Ловко вскочив, посмотрела на Марси. В ее больших фиолетовых глазах было столько обиды, что мне стало стыдно. Я шагнула к ней, но она отвернулась и как‑то совсем по‑человечески завыла:

– Уууууу…

– Вы обидели ее, – укоризненно произнес Вилберт. – Неужели забыли, что драконы весьма доверчивые и очень ранимые? Нельзя так строго разговаривать с ними. Надо лаской…

– Я этого просто не знала, – буркнула в ответ и осторожно шагнула к дракончику. Марси обидно выла, и сейчас мне безумно напоминала малышку, которая некоторое время назад в доме плакала точно так же. Плачущий дракон, маленькая девочка, лорд, замок – если честно, даже страшно было думать о том, что со мной произошло.

– Уууу, – верещала Марси, и надо было ее как‑то успокоить, но как…

– Хорошая… Маленькая… Не обижайся… – я несла какую‑то околесицу и чувствовала себя до безумия по‑дурацки.

– Погладьте ее, – посоветовал Вилберт.

– А она мне руку не откусит?

– Ох, – мужчина нервно передернул плечами. – Прекратите нести ерунду. Скорее вы ее покусаете.

Бросив на него убийственный взгляд, осторожно коснулась ладонью лиловой морды.

Ромбовидная чешуя оказалась твердой, но на ощупь очень теплой и какой‑то бархатистой.

– Не плачь, маленькая. Не плачь, – поглаживая дракона, украдкой рассматривала это удивительное чудо. Маленькая драконница была довольно милой – лиловые крылья, розовые бока, светлое брюшко, а костяные наросты вдоль макушки оказались очень твёрдыми и напоминали броню.

– Урррр, – Марси перешла на другую тональность и начала тыкаться головой в ладонь, а потом как‑то неожиданно и весьма ловко подпрыгнула и я от толчка вновь оказалась на земле.

– Ай, – зашипев от боли, потерла бедро. – Ты чего дерешься?

– Марси просто пока плохо воспитана, – поспешил заступиться за свою питомицу Вилберт. – Но мы над этим работаем. А теперь леди Лиза, вы можете помочь, отвести Марси в ее домик?

Мужчина протянул мне цепочку, которая на фоне массивной Марси смотрелась тоненькой ниточкой.

– Вы думаете, это поможет удержать дракона? – поинтересовалась я, насмешливо рассматривая цепочку в своих руках.

– Это альдерит.

В ответ пожала плечами:

– Это мне ни о чем не говорит.

Он задумчиво посмотрел на меня, вновь окинул изучающим взглядом и вздохнул:

– Ладно, давайте отведем Марси на место, а потом поговорим. У меня к вам есть немало вопросов.

– Вы не поверите, но у меня к вам тоже.

Я посмотрела на дракончика и потянула цепочку:

– Идем, крылатое чудо.

К моему удивлению, лиловая красавица поднялась на лапы и медленно зашагала вслед за мной.

– Хорошая девочка, – похвалил ее Вилберт. – Вот видишь, поводок – совсем нестрашный, и тебе в нем удобно.

– Она что впервые ходит на цепочке? – уточнила я.

– Второй раз… Но сейчас намного лучше, чем вчера. Правда.

И тут Марси надоело быть хорошей девочкой, и она рванула вперед, таща меня следом за собой. Тонкий поводок обмотался вокруг запястья, и мне ничего не оставалось, как бежать за «розовым пони» и орать на всю округу:

– Стой!

– Нельзя!

– Фу!

– Марси…

– Марси, – вторил мне Вилберт, который бодренько бежал за нами. Тем временем Марси сделала круг по загону, а затем заскочила в белый домик. Я залетела следом за ней, споткнулась об высокий порог и упала плашмя на застеленный соломой пол.

– Оуууу, – завыла я, чувствуя боль в левой ноге.

– Лиза, вы как? – Вилберт быстро освободил мою руку от цепочки и помог сесть.

– Жить буду, – буркнула я и укоризненно посмотрела на Марси, которая развалилась на спине, демонстрируя розовый живот и строго поинтересовалась. – У тебя совесть есть?

– Ру‑ру‑ру, – послышалось в ответ, и как‑то сразу стало понятно, что ей совершенно не стыдно за свое поведение.

– Лиза, идемте в дом. Вам нужно… – мужчина замялся и отвел взгляд в сторону. – Переодеться.

И тут я заметила, что тонкое кружево ночной сорочки местами порвалось. Конечно, находится в подобном виде перед посторонним мужчиной крайне неудобно, но раз уж получилась такая ситуация надо было принять ее достойно.

– Помогите мне, – попросила я, протягивая руку.

– Конечно.

Встав, одернула сорочку, но едва я сделала первый шаг, как взвыла:

– Ай!

– Что случилось? – Вилберт с тревогой посмотрел на меня.

– Кажется, я подвернула ногу.

– Сами дойдете?

– Попробую…

Шипя при каждом шаге, весьма сильно хромая, кое‑как я вышла из домика. Вилберт плотно закрыл дверь, затем оглядел мою опухшую лодыжку и качнул головой:

– Надо, чтобы вас осмотрел доктор, – а затем подхватил меня на руки.