Одиссей Фокс. Тени звезд

– И что же?

– Новую историю.

 

Принцесса на горошине

 

– Ваше высочество, как спалось? – спросила Бекки, по капле цедя в стаканчик Фокса вакуумный смуч.

Сам Одиссей был в шикарном настроении, потому что выспаться на идеальном розовом диване для див внезапно оказалось в миллион раз лучше, чем… все остальные способы. Шея практически не давала о себе знать, и пятисотлетний парень был на седьмом небе, смакуя дорогой коктейль. Ярко‑жёлтые капли летали в разреженной голубой жидкости, придавая ей космический вид. А вкус был ещё интереснее, от него смучило не по‑детски.

– Не пора ли попробовать «Взрывные Ахимбарские Бумбары высшего качества»? – задумался Фокс.

Он уже потянулся к яркому надутому пакету, но его отвлекли. Зевая и потягиваясь, Ана выбралась из комнатки, недавно отгороженной, но уже своей собственной, в просторный общий зал.

– В этой колыбели вообще нет систем, – удивилась она. – Ни контроля фаз сна, ни микро‑массажа, ни управляемых сновидений. Видите, какая я сонная? И как встанешь, надо умываться! Но спать всё равно было так спокойно и хорошо…

Она потянулась в пижамной утренней неге.

– Прямо совсем хорошо? – совершенно невзначай спросил Одиссей. – Ночью не просыпалась?

– Просыпалась, – Ана подозрительно на него уставилась, сонность как рукой сняло. – Может, хватит строить из себя самого умного? Некрасиво класть человека в странную кровать и не объяснять человеку, что с этой кроватью не так! Экспериментировать на людях вообще недостойно!

– Человек не почувствовал чего‑нибудь необычного? – продолжал допытываться сыщик. – Может, человека что‑то раздражало?

– О, да, кое‑что прямо раздражает, – с готовностью кивнула девушка, выразительно глядя на вихрастого парня, потягивающего смуч. – Такое вроде и небольшое, но о‑о‑очень самовлюблённое.

– Где‑то в самом центре колыбели? – невинно уточнил Фокс, абсолютно игнорируя прозрачные намёки.

– Да, где‑то в центре! – всё‑таки не сдержалась Ана, с обидой потирая бедро. – Я думала, туда закатился маленький шарик или какой‑нибудь обломочек, мало ли на этом корабле мусора! Но сколько я ни щупала, он не нащупывается.

– Ага! – воскликнул Одиссей, подняв указательный палец.

– Если ты сейчас же не объяснишь мне всё до последнего нейтрона, – негромко пообещала Ана, – то как твой уполномоченный ассистент я сию же минуту заключу контракт на расследование пропажи шести маргеланских гриндеров для их несчастных вдов.

Фокс поперхнулся, представив, как будет целую неделю таскаться по провонявшей всеми правдами и неправдами портовой станции, где обитали гриндеры, заросшие тройным слоем унылости, и куда они стаскивали весь свой гринд, набранный в самых мусорных частях космоса. Это была максимально скучная и гнилая работа, плохая со всех сторон, причём, у этого дела не виделось вариантов счастливой развязки. Либо пропавшие гриндеры погибли от бедности, из‑за нехватки оборудования для своей опасной работы – и тогда это трагедия. Либо они устали от безысходности и сбежали, для храбрости всей шайкой, бросив жён и потомство – и тогда это драма.

В общем, услышав такую угрозу, избалованный крутыми делами детектив поперхнулся и торопливо пообещал:

– Объясню, сейчас объясню.

– Что за штука в этом гнезде? Я три раза просыпалась и шарила, но ничего не нашла!

– Понятия не имею…

– Всё, включаю прямую связь со вдовами гриндеров.

– …Зато знаю, как называется эта серия нашего сериала!

Ана требовательно ждала.

– «Принцесса на горошине!» – радостно объявил Фокс, будто только что раскрыл сложное дело.

Ана на секунду замерла, сверяясь с нейром. Через миг она уже знала, что означает эта древняя идиома, а ещё через секунду до неё дошло.

– Ах вот что! – воскликнула девушка. – Значит, ты нашёл в магазине приключение, но не на свою задницу, а на мою?!

«Как ты посмел?» – говорил, а вернее, кричал румянец на её щеках. Она сунула руку в субпространственную сумочку, сначала по локоть, а потом и вовсе по плечо. Шарила там с маниакальным упорством, а затем с пугающей ухмылкой вытащила зазубренный греанский коготь размером почти в полметра. То есть это был нож, сделанный из греанского когтя, с качественной полимерной рукояткой и незаметными отупляющими ножнами.

– Пора вскрывать твой подарок, Фокс‑младший, – ухмыльнулась боевая девица.

– Порезать только что приобретённую вещь? – впервые за утро подал голос Фазиль, который аккуратно завтракал трёхслойной яичницей‑глазаньей и просматривал биржевые сводки. – Нет ли более конструктивного способа достать соринку, которая мешает принцессе спать?

– Ладно, – Ана с досадой спрятала коготь (до следующего раза) и вытащила кое‑что гораздо меньшего размера. – Как тебе такое, Одиссей Фокс?

На ладони девушки лежала интересная вещица, такая же старинная и раритетная, как и всё, что хранилось в её сумочке. Крепкое кольцо с наросшей на него большой и несимметричной фигурой, ступенчатой и «многоэтажной», как узоры висмута. Посередине этой конструкции в углублённой ложе перекатывался шарик, потёртый от времени и бесчисленных использований.

– О, логонайзер, – удивился детектив. – Давно таких не встречал.

– Оригинальный, а не реплика, купила на аукционе, – похвасталась девушка. – Ему четыреста лет, но они не портятся.

– Позвольте узнать, молодые люди, – пожевав губами, спросил луур, – что это за прибор?

– Логонайзер может примагнитить вещь на расстоянии, – объяснила Ана и, не сходя с места, навелась на свою комнату, а точнее, на кресло‑колыбель. Она поводила рукой, пытаясь поймать на магнитный луч ту неуловимую мелочь, которая портила ей сон. – Вот, навелась… Подцепила!

– Но соринка в глубине между слоями, – не понял Фазиль. – Как вы можете её выдернуть?

– Не выдернуть, а подвести. Вот смотрите.

Она просто держала руку, а шарик покатился по узким дорожкам, то вправо, то влево, то выше, то ниже. Внутри колыбели легонько зашебуршало, зашевелилось, и иногда становилось видно, как неизвестная вещь под двумя‑тремя слоями мягкого шерстяного гнезда движется в те же стороны, что и шарик.

– Ух ты, – удивился бухгалтер. – Ваше кольцо ведёт эту штуку к выходу?

– Точно. Логонайзер анализирует пространство и выстраивает оптимальный маршрут, а потом тянет примагниченную вещь по нему, пока не выведет, куда укажет владелец.

– Но, ммм, каково практическое использование? Искать потерявшиеся ключи?

Вообще‑то применений у логонайзера были сотни.