По ту сторону Алой Реки. Книга 2. Потерявшие судьбу

***

Звать Аммита Учителем расхотелось. Испепеляя взглядом его спину, Сардат думал. Как бы поступил, будь дело в поселке? С трудом представлялось. Слишком много разных сил сошлось в одном месте, тогда как в поселке куда проще: есть люди, а есть природа, у которой нужно отобрать золото.

– Слышь, командир, – приблизился к нему с заговорщицким видом Рэнт. – Чего делать‑то? Старый совсем из ума выжил, по ходу…

Сардат хотел кивнуть, довериться, объединиться… Но крохотная толика не то здравого смысла, не то еще чего‑то заставила его пересилить человеческий инстинкт. На Рэнта холодно взглянул не человек, не вампир, но именно тот, к кому Рэнт обратился – командир.

– Будешь делать то, что он скажет. И чтобы про «из ума выжил» я больше не слышал. Лады? Надо будет – с ним я сам поговорю, а ты иди, колонны строй.

Хотя приказ не пришелся Рэнту по нраву, он приободрился, получив работенку. Сардат проследил за ним взглядом. Размахивая руками, покрикивая, а то и раздавая прямо с седла затрещины, Рэнт делил беспорядочную толпу людей на две колонны, идущие вдоль кромок леса.

Надо же, – думал Сардат, – и ведь не возмутится никто. Даже бабы – эти вечные скандалистки – шагают себе молча, глаза в землю. Никто не скользнет в чащу незаметно, никто даже не спросит, в чем дело! А ведь над ними сейчас – всего лишь Рэнт. Баронет, даже в коротком, похожем на куртку плаще, почти неотличимый от человека.

Заметив впереди пятерых всадников, Сардат успел подумать: все гораздо глубже и сложнее, чем казалось. Нельзя просто уничтожить вампиров, отдав власть людям. Сперва нужно уничтожить что‑то в людях. Что‑то страшное, вязкое, глушащее любые удары судьбы. Что‑то, что взращивали вампиры тысячелетиями. Что‑то, не позволяющее выпрямиться во весь рост. Но как это сделать?

Топот копыт, клубы пыли, придушенное ржание – всадники осадили коней. Впередиидущего Сардат узнал – тот самый, что командовал, когда они вышли из леса. Он тоже узнал Сардата и Аммита, но только чуть прищурился, не выдав эмоций.

– Это что такое здесь? – гаркнул он.

Всадники остановились, повозки с заключенными за ними – тоже. А колонны людей, дожидаясь знака Рэнта, продолжали ползти, будто в гигантские клешни зажимая вампиров.

Аммит подъехал к командиру вампиров.

– Здесь – все, чем владеет барон Модор. А значит – все, чем владеете вы. Варианта у нас два. Либо начинаем драку, и при любом раскладе погибают все люди, либо вы поджимаете хвосты и бежите домой плакать и жаловаться. В этом случае люди вернутся на следующий день.

Колонны замерли, повинуясь Рэнту. Прокатился встревоженный шепоток. Сардат не верил глазам и ушам: они услышали, как решают их судьбу, и – ни слова, ни движения! А самое страшное, самое обидное – что ни Аммит, ни эти пятеро даже не смотрят по сторонам. Знают, что ни один человек не осмелится вмешаться в разговор вампиров.

Возникло в памяти суровое лицо Левмира. Как он спокойно расписывал подробности предстоящего допроса обезглавленного вампира. Как он дрался наравне со всеми в пылающем поселке. Как… Как он‑то такой получился в этом переполненном бесправными скотами мире?!

«Она меня сделала таким», – прошептал голос, в котором Левмир узнался с трудом. Из него исчезла вся хрипота, но добавилось низких ноток, раскатистых и приятных. Три года, прошедших за время путешествия к Реке, изменили и его.

Она… Вспышка памяти – чужой памяти.

Только по странным сияющим волосам Сардат узнал маленькую И. Совсем ребенок, замотана в какую‑то простыню. «Идем!» – говорит она и тянет его за собой в лес. Быть может, знай он тогда, что перед ним вампир, подчинился бы и сгнил в бараке. Но Левмир (а вместе с ним и Сардат) видел только странную девчонку, которая пыталась распоряжаться. Глупо и неумело пыталась. И он пошел обратно. А она побежала за ним.

– А ты не слишком о себе возомнил? – Грубый голос вампирского командира привел Сардата в сознание. – Вас тут – два бойца и бревно с ушами. Барона вы, допустим, смогли одолеть, но он – не воин. Об этом подумал?

– Конечно, – спокойно возражал Аммит. – А ты подумал о том, кто я такой? Положим, имя тебе многого не скажет. Но я могу кое‑что вспомнить еще из тех времен, когда мы с королями – прошлым и нынешним – собирали войско для битвы с императором Киверри.

– Я что, должен в это поверить?

– А я что, должен тебя убеждать? Нанеси удар, и погибнет один из твоих бойцов, а также – один человек. Потом мы удесятерим ставки. Кстати, подзови‑ка остальных, я хочу видеть товар лицом.

Сардат развернул лошадь. Проехал мимо побледневшего Рэнта, которого не оскорбило даже «бревно с ушами», спешился и подошел к повозке. За спиной что‑то вспыхнуло, алые блики озарили все кругом, будто зарево. Кто‑то закричал. Звуки борьбы. Сардат ощутил, как оборвались две жизни – человеческая и вампирская.

И снова – лишь испуганный ропот. Они стоят. Они ждут…

– Еще удар – и погибнет десять человек, – сказал Аммит. – И один твой боец.

Сардат перегнулся через борт повозки. Сиера лежала на дне, не в силах пошевелиться. Хитро переплетенные цепи держались одним замком.

– Где ключ?

Кто‑то из сидящих в повозке живых мертвецов ответил женским голосом:

– У старика. Не лез бы…

– К тебе не полезу, не боись. Береги цветочек до свадьбы.

Женщина усмехнулась в ответ и показала неприличный жест. Сардат тоже улыбнулся. Эти люди ему начинали нравиться.

***

Могло показаться, будто она просто лежит. На самом же деле Сиера не оставляла попыток разорвать цепи, пропитанные кровью барона. Знала, что бесполезно – нерушим такой металл – но вновь и вновь напрягала мышцы. От каждой попытки звенья накалялись и жгли кожу. Сердце не бьется, но даже так – больно. Глаза налились черной краской, полыхали алые радужки – не запустить сердце без крови. Жажда так сильна, что клыки сами собой скрежещут по цепи.

Разговор, возникший у нее над головой, Сиера почти не слышала. Какая разница, что там, если ничего не меняется? Но вдруг чьи‑то пальцы коснулись ее рук, потом – ног. Она вздрогнула от этого прикосновения. Неуместная стыдливость поднялась из глубины души. Аммит вязал ее быстро и грубо. Подол задрался до неприличия. Но эти руки пробовали цепь.

– Я в этом не сильно разбираюсь, – над самым ухом голос Сардата, – но мне, похоже, их не порвать. Меня они, правда, и не жгут. Это потому что там – кровь барона?

Он, взяв за плечо, немного повернул ее, и Сиера увидела спокойный блеск карих глаз. Попыталась кивнуть, но в итоге лишь моргнула. Сардат ее понял и достал из‑за пазухи нож.

– Я дошел до Алой Реки, – сообщил он, кромсая себе запястье. – Мне этого хватило, чтобы сорваться с цепи. Попробуем?