Победа любит подготовку
– И всё? Зачем принцу такие сложности? – старик глубоко вздохнул. – Гораздо проще и приятнее было бы усложнить жизнь только тебе. Чего он хочет непосредственно от тебя?
– От меня? Конкретно? – Килайя опять почувствовала тепло и влажность в левом ухе. – Он хочет… меня…
– Не только, – Шат опять глубоко вдохнул. – Ему нужен твой нож.
В очаге появился висящий в воздухе бронзовый нож Килайи. От него исходило небольшое свечение. Глаза у обеих злодейских фигур загорелись, и их руки потянулись к ножу.
– Зачем? Я могу его и так отдать, лишь бы он отстал от моей семьи.
– Норг хочет, чтобы ты подарила или продала ему именно этот нож. После этого он сразу же убьёт твоих близких. Пока ты владеешь ножом, живые заложники будут иметь ценность для Норга, как инструмент торга и манипуляций.
– Почему «подарила или продала»? Что будет, если «принц» украдёт или отнимет мой нож?
– Тогда это будет просто нож, каких у него сотни… Килайя, что ты увидела, когда вошла в этот зал? – резко меняя тему, старик отнял лезвие от щеки девушки. Ожог опять начал болеть.
– В очаге появилась часть крыши нашего дома, и она горела. Часть черепицы взорвалась, и осколок обжег меня. Потом появилась поленница с центральным столбом, как будто какого‑то человека собирались сжечь. И был дымок с приятным запахом…
– Очаг показывает твоё будущее, правда не всегда в правильной последовательности. Кроме этого, если ты захочешь чему‑то научиться, очаг будет объяснять тебе некоторые вещи.
– Какие вещи?
– Информация, Килайя. Если ты научишься ею владеть и правильно понимать, ты станешь сильнее Норга. Мы с тобой можем быть на разных концах света, но пока я буду жив и в сознании, тебе также будет помогать Голос.
– Какой Голос?
Вдруг в голове Килайи, громко и чётко прозвучал голос Шата, хотя губы старика были неподвижны.
– У твоего ножа есть уникальная способность. Неважно, где ты будешь находиться, через нож ты сможешь моментально попасть в этот зал, чтобы получить нужную информацию или обдумать произошедшее. Забери свой нож, девочка. В этот дом ты вошла через правую дверь, а выйдешь через левую. В нож ты сможешь войти, посмотрев на своё отражение на правой стороне лезвия, а выйти – через левую сторону.
– Но пока я буду в ноже… что будет со мной наяву?
– Ты отключишься. – Слова Голоса были ясными и резкими. – Необходимо, чтобы ты легла и держала нож в руке. Только при этом условии ты сможешь вернуться. Давай попробуем. Обмотай кисть платком, чтобы нож не выпал.
Подбородок Килайи опять затрясся.
– Да не хочу я… А если не вернусь?
Голос в голове стал мягче.
– Решай сама. Вариант вернуться домой и сидеть в четырёх стенах тоже неплох. И ждать… ждать… ждать…
7
Одна стена холодного подземелья было тускло освещена двумя факелами. Судя по всему, подземелье было очень большим – остальных каменных стен не было видно. В верхней части стены торчал толстый брус, второй конец которого также исчезал во тьме. Верёвкой, закреплённой на брусе, за левую руку был подвешен человек. Правая его рука была свободна и висела вдоль тела.
Ноги были привязаны к большому тяжёлому бревну, и вес мучительного груза вытянул тело истязаемого в струнку. Каждый выдох истязаемого превращался тихий, еле слышный стон.
– Здравствуй, Рэк… – мягкий голос человека, появившегося ниоткуда, был самой добротой. – Хочешь, я прикажу, чтобы от твоих ног отвязали это противное тяжёлое бревно?
Рэк молчал. Норг одними глазами отдал приказ; его помощники быстро отстегнули бревно от связанных ног Рэка и откатили его в сторону. Красивый палец «принца» указал на пол, и тело истязаемого начали медленно опускать. После многих часов пыток связанные ноги не могли удерживать вес человека, и ступни заскользили по полу. Норг резко поднял руку; движение вниз сразу прекратилось. Тело осталось в наполовину подвешенном состоянии.
– Хорошего понемножку, Рэк Таро. Левой руке, конечно, тяжело, но ты ведь правша, правда? И исполнять поручения важных заказчиков ты отлично сможешь основной правой рукой…Так ведь?
Через клокотание в горле пленника голос Рэка был плохо различим.
– Ты… кто… такой?
Глаза Норга сразу оживились.
– О‑о‑о, какой прогресс! Мои помощники испугались, что ты немой. А ты, оказывается, можешь говорить, и даже ещё не сошёл с ума…
– Ты… о… такой…
– Я хочу жениться на одной красивой девушке. Очень красивой. Сообразительной и боевой. Правда, она испортила мне один рукав… ну ладно, мы ей это простим. Итак, кто я такой? Рэк, я твой будущий зять!
– Кила… йе… такие… козлы… не нравятся…
– А какие нравятся? Ведь согласись – жениться на девушке, зная только то, что она красавица и на лету всё схватывает – верх безрассудства. Вдруг она меня затащит под каблук?
– Тебе… нужен… острый каблук…
– Рэк, ты же мой будущий шурин… Ну как тебе не стыдно? Килайя будет краснеть за тебя… Она мне так увлечённо рассказывала, как ты в детстве спасал её от хулиганистых мальчишек, а однажды даже от двух огромных собак!
– От… одной…
– Ну вот… как обычно… девушки всегда привирают. Ведь для них так важно красивое спасение! И они так ревностно относятся к мысли о своей неповторимости… правда, Рэк?
В этот раз пленник не ответил.
– Слушай, шурин, а Килайя ревнивая? Или она играет в этакую хорошку? Как‑то всё в ней слишком идеально.
Рэк продолжал молчать. Норг приблизился к своей жертве почти вплотную.
– Что ты молчишь, шурин? А‑а, я понял, «спас сестрёнку от одной собаки». Ты сообразил, что в первый раз ответил на мой вопрос, и этим, возможно, навредил Кил…
В этот момент правая рука Рэка резко вытянулась вперёд и схватила Норга за горло.
– Если ты приблизишься к Килайе…
Но он не успел продолжить. Помощники принца подскочили, ударили по руке Рэка палкой, и та сразу же обессиленная повисла.
– Кхэ‑кхэ‑кхэ… молодец… шурин. Сильная правая рука… Кхэ‑кхэ… Значит, дружеский… разговор будущих родственников тебя, кхэ… не устраивает. Хорошо. Скажи, а постельный опыт у Килайи большой?
Рэк что‑то прорычал. Его рука опять дёрнулась вперёд, но Норг предусмотрительно отступил на шаг.
