Попаданка по контракту, или Договор на обучение

– Вы не просто замуж должны выйти, а должны найти свою пару. Когда вы ее найдете, то вам об этом подскажет браслет.

– Как подскажет, – снова не выдержала я.

– Да откуда я знаю как. Это же ваша пара, не моя!– вспылил мужчина, но по лицу было видно, что действительно не знает.

– А где мне этих мужей искать? А если я не хочу замуж? Я просто хочу домой!– ощущаю приближающуюся истерику, в голосе появились истеричные нотки.

– Где хотите, там и ищите!– раздраженно отбрил меня ректор.

– Но вы мне должны помочь,– я возмущенно пыхчу и смотрю с обидой.

– Ничего я вам не должен! Свалились на мою голову!– мужчина уперся рогом, а я изображаю на лице раскаяние и стараюсь сделать глазки «котика».

– Ну, пожалуйста,– я сложила руки в умоляющем жесте и заглядываю мужчине в глаза.

– Хорошо‑хорошо, хватит паясничать. Пока не нашли мужей, вы можете заключить договор на обучение. Пять лет будете учиться, а там и мужей найдете,– я удивленно смотрю на собеседника. – По договору на обучение вам будет предоставлено обеспечение и содержание на все время учебы, но после окончания вы должны будете отработать пять лет на благо Академии и королевства.

Сижу и соображаю. Явно за пару дней здесь не управишься. С моей степенью везения не факт, что я найду троих добровольцев на звание “муж на час”. Да и потом, с чего мужчина‑то согласится подписаться на такую авантюру? У нас‑то одного в ЗАГС не затащишь, а тут, пардон, троих надобно. Где‑то здесь подводные камни, но я их не вижу пока. Хотя почему не вижу? Пять лет учишься, пять лет работаешь. Итого десять лет. Когда я освобожусь из этого мира, мне будет сорок пять. Работы я лишусь, квартиру банк за долги заберет. И вообще, за десять лет человек привыкнет и не захочет рыпаться обратно.

– А много у вас было случаев, когда контрактницы возвращались в свой мир?– пока я сидела и размышляла, мужчина занялся своими делами.

– Ни одного,– без раздумий ответил ректор.

– Спасибо, а никак нельзя аннулировать это «писюльку»?– я пренебрежительно поддеваю листы контракта пальцем.

– Никак. Я не понимаю, что вас не устраивает? У вас будет стипендия на все время обучения. Конечно, на нее не покутишь, но на жизнь вам хватит. Жильем тоже обеспечивают. Продолжительность жизни у нас значительно дольше, чем в вашем мире. После окончания Академии вы получите хорошую высокооплачиваемую работу в министерстве. Что вас не устраивает? За нос извините, конечно. Но с этим вам действительно лучше, чем с тем, что был. И горбинка вам очень идет,– ректор пытается описать все плюсы, и я уже расслабилась, но вот его это отступление про нос было лишним.

– За горбинку отдельное спасибо,– я зло сверкнула глазами и направилась на выход.

– Вы пока поживете у меня в гостевых покоях,– прокричал мне вслед ректор.

– А потом?– не поняла я, что значит «пока».

– После первой сессии обычно освобождаются места в общежитии,– многозначительно ответил мужчина, а я понятливо кивнула.

– Приходите в себя, жду вас завтра для подписания договора на обучение. Вот, возьмите,– мужчина протянул мне стопку бумаг.

– Что это?

– Договор на обучение, и вам лучше его как следует прочесть, чтобы некоторые вещи вам не казались дикостью,– мне показалось в голосе мужчины проскользнула тень злорадства, но я отогнала эти мысли.

Я направилась в отведенную мне комнату, а сама задумалась. А что будет, если меня отчислят из этой Академии? Надо хоть этот договор почитать до подписания, а не как вышло с контрактом.

Захожу в комнату, а там Вэлма уже разбирает невесть откуда взявшийся сундук.

– Это что?– с любопытством заглядываю в сундук.

– Вашу форму доставили,– женщина любовно поглаживает ужасное мешковатое платье. Мда, в таком наряде я мужей себе точно не найду.

Вэлма держит и с любовью поглаживает убожество, которое она назвала академической формой. Это что, шутка такая ?!

Серая юбка в пол удивительно мерзкого оттенка. Блуза с нелепыми рюшами под горлом. Наглухо закрывает все женское тело. Я будто снова в МФЦ попала и должна ходить в уродской форме цвета детской неожиданности. Спасибо, второй раз я на эту ерунду не подпишусь. Интересно, в договоре на обучение, есть хоть слово что меня отчислят, если я не буду ее носить или модернизирую???

Та‑а‑ак, к ректору на разборки я больше не пойду, хватит. Только что была, толку от него, как от козла молока. Только чуть барабанные перепонки не лопнули от его истеричных воплей. Хотя, не завидую я его жене. Иметь дома истеричку визгливую – то ещё удовольствие. Интересно, а он женат? Ой, что‑то я не о том думаю. Надо возвращаться к своим баранам, вернее к своей униформе.

– И все студенты в «этом» ходят?– я задумчиво стучу пальцем по подбородку.

– Конечно, очень красивая форма. Не правда ли?– Вэлма будто кукухой двинулась, как «это» можно считать красивым.

– А все контрактницы мужей‑то находят?– если девушки вынуждены ходить в такой форме, то меня терзают смутные сомнения.

– К сожалению, нет. Браслет подсказывает, но нужно, чтобы возникло притяжение. С Истинными парами не все так просто, как кажется,– я настроилась на режим «слушать» и навострила ушки. Вечер перестаёт быть томным, как говориться, что‑то ректор об этих нюансах рассказать не удосужился.

Вот они, эти пресловутые подводные камни. Хотя какие камни, это валуны. Нарядить девиц в бабушкины лохмотья, а потом удивляться, что на них мужики не смотрят и в мужья никто не рвётся.

– И что это за притяжение?– хоть из сиделки вытяну нужную мне информацию.

– О‑о‑о, душа тянется к душе, находит свою вторую половинку. Мужчина сразу понимает, что девушка его Истинная. На груди у такого мужчины появляется рисунок. Рисунок отражает суть его второй половинки.

– Рисунок? В смысле тату?

– Да. И мужчине больше никто не нужен, кроме его половинки души. Он не сможет жить без неё, – женщина с улыбкой маньяка смотрела в пустоту.

– А если без этих розовых воздыханий какие‑то ещё признаки есть? – не буду же я всех в Академии раздевать и на грудь пялиться. Хотя, если есть на что посмотреть, отчего же не раздеть.

– Нет, но если у мужчины появится рисунок, он сам вас найдёт. Он просто не сможет противостоять своим чувствам, будет желать быть всегда рядом,– повторяет Волма, как заезженная пластинка

– А женщина? Что чувствует она?

– Не знаю, у меня не было Истинного,– смутилась пышная дама.