Прозорливец

Браун готов был уже нажать кнопку Send message, когда вдруг случайно обратил внимание на адрес электронной почты автора объявления. На первый взгляд, ничего необычного: бессвязный набор букв и цифр; почтовый домен – румынский. Однако что‑то знакомое было в этом почтовом адресе. Питер прочитал его несколько раз, но в какие‑либо понятные слова буквенно‑цифирная абракадабра не складывалась. И тут он вспомнил! Быстро прокрутив в своем почтовом ящике полученные за последнюю неделю сообщения, Браун отыскал то, что требовалось, – письмо, отправленное с электронного адреса с точно таким же именем: vizionarul5167387445@, только под международным доменом.

Переписка с корреспондентом, использующим странный адрес, началась около месяца назад, после того как доктор Браун, пользуясь летними каникулами, написал и опубликовал в солидном научном журнале объемный материал о современной политической ситуации в Демократической республике Конго. Статья вышла довольно оптимистичной, и автор даже сделал осторожный прогноз, предположив, что фаза военных конфликтов в стране закончилась и теперь настала пора мирного государственного строительства.

Среди множества откликов на опубликованную статью доктору Брауну пришло письмо от его коллеги из Страсбургского университета. Африканист из Франции назвался Эмильеном Леже. В своих письмах он в основном задавал уточняющие вопросы по поводу общей политической обстановки в Демократической республике Конго, интересовался личностями тех или иных политических деятелей и просил пояснить некоторые неясные моменты опубликованной статьи. Вопросы в письмах доктора Леже показались Брауну весьма дельными, и он с удовольствием на них отвечал, пока корреспондент не показался ему слишком уж назойливым. Впрочем, вопросы страсбургского коллеги явно свидетельствовали о том, что тот глубоко разбирается в теме, которой была посвящена статья профессора Брауна, правда, сформулированы эти вопросы были очень уж монотонно, даже как будто механически, но Питер отнес это на счет недостаточно свободного владения французским коллегой английским языком. Переписка прервалась так же внезапно, как и началась: Эмильен Леже, получив очередную порцию пояснений от доктора Брауна, куда‑то исчез и на связь больше не выходил.

Профессор Браун уже стал забывать об этом одностороннем обмене информацией, но сейчас, когда обнаружилось это совпадение электронных адресов, которое вряд ли могло быть случайным, он тут же написал французскому коллеге сообщение с предложением возобновить обмен мнениями по ситуации в Конго. Ответ, немало озадачивший Брауна, пришел практически мгновенно. Почтовый сервер сообщил ему, что такого адреса не существует. Выйдя в несколько кликов на сайт University of Strasbourg, доктор Браун тщательно искал среди сотрудников университета Эмильена Леже, но никого с таким именем так и не обнаружил.

Пока Браун занимался поиском своего коллеги, пришел ответ на его сообщение о продаже маски. Щедрый коллекционер согласился ее купить за ту сумму, которую запросил Браун. В ответе был указан адрес отправки покупки и подтверждение депозита стоимости маски.

На этом любопытство доктора Питера Брауна иссякло. Он вообще мало интересовался чем‑либо, находящимся за рамками его профессиональных интересов и любимого хобби. Да, он выяснил, что объявление о покупке втридорога масок народа Луба настоящее, а не какой‑то фэйк. «Ну и что? – задал он себе резонный вопрос. – Мало ли на свете богатых и эксцентричных коллекционеров?» А уж пропавший в никуда африканист из Страсбургского университета заботил Брауна еще меньше. В конце концов, обмен электронными письмами ни к чему не обязывает.

Перестав ломать голову над всей этой ненужной ему галиматьей, Браун с упоением погрузился в изучение милых его сердцу африканских вещиц.

На следующее утро, проснувшись по привычке рано, доктор Браун, все еще пребывая в приятном состоянии полудремы, машинально плеснул в лицо несколько пригоршней воды, поводил по зубам щеткой и потянулся за спортивным костюмом. Перед тем как выйти на пробежку, Браун, как всегда, вложил в уши миниатюрные наушники и запустил на телефоне новостной канал. Слушая новости, Питер шагнул за дверь квартиры.

Пробежав сверху вниз первый пролет лестницы, Питер Браун внезапно встал как вкопанный. Остатки сна мигом слетели с него, как только до его сознания дошли сказанные монотонным голосом диктора слова. Первое за несколько лет утро профессора Брауна осталось без ставшей уже ритуалом пробежки.

Вернувшись к себе в квартиру, Браун в чем был – в спортивном костюме и кроссовках – сразу же кинулся к ноутбуку. Новости с африканского континента, прочитанные профессором в более подробном изложении, оказались еще хуже, чем прозвучавшие в коротком новостном блоке. Сегодня в Демократической республике Конго вспыхнуло вооруженное восстание, которое возглавил один из местных племенных вождей, известный под именем Камвина Нсапу. Восстали конголезские провинции, населенные преимущественно представителями народа Луба, а само восстание явно имеет этническую подоплеку.

«Вот черт возьми! – выругался про себя Браун. – Теперь никаких интересных вещей из Конго не дождешься. Если б заранее знать, то можно было напоследок скупить хотя бы то, что есть сейчас на рынке. Стоп! – профессор даже вскочил на ноги от поразительной догадки. – Объявление! Не может быть!»

Браун стал лихорадочно искать вчерашнее объявление о покупке масок народа Луба. Вот и оно. Профессор кликнул в искомую строчку; на экране немедленно появилось сообщение: «Объявление снято с публикации».

Вся эта история не укладывалась в голове. Доктор Браун минут десять сидел за столом, ошалело уставившись в экран ноутбука; мысли путались, и никакого рационального объяснения происходящему он придумать не смог. Однако привычка ученого собирать и сопоставлять информацию сработала и на этот раз. Профессор скрупулезно припомнил все факты относительно автора объявления, которые были ему известны, и попытался сложить их в некую логическую цепочку.

Итак, имеется неизвестный коллекционер, интересующийся ритуальными масками народности Луба. Он называет себя сотрудником Страсбургского университета Эмильеном Леже, что, похоже, не соответствует действительности. Человек этот тщательно выясняет у доктора Брауна все обстоятельства, свидетельствующие о процессе мирного урегулирования конфликтов в Конго, и прежде всего этнических. После этого он размещает объявление о скупке по бешеным ценам предметов религиозного культа из районов Конго, населенных народами Луба, а ровно за десять часов до начала восстания Камвины Нсапу снимает свое объявление.

Самое скверное во всей этой истории было то, что считающий себя знатоком Центральной Африки доктор Браун на поверку оказался так себе специалистом, и даже какой‑то коллекционер разбирается в политической ситуации в Конго намного лучше «кабинетного ученого» профессора Брауна. Это был весьма чувствительный удар по его самолюбию.

«Выходит, этот загадочный коллекционер заранее знал о том, что в Конго начнется вооруженный конфликт?! – сделал неприятный для себя, но вполне логичный вывод Браун. – Да нет! Чертовщина какая‑то! Я же утверждал совершенно обратное! – здесь профессор запнулся, вспомнив, что его мнение‑то как раз и оказалось ошибочным. – А может, и не чертовщина? – засомневался он. – В любом случае надо выяснить, кто такой этот Эмильен Леже».

Легко сказать «выяснить»! Но как это сделать? Информации у Брауна практически никакой, во всяком случае достоверной. Объявление о покупке масок исчезло, электронный адрес не существует, а в Страсбургском университете о Эмильене Леже, видимо, никто даже не слышал. В сообществе собирателей африканских редкостей человек с таким именем тоже не фигурирует, что наводит на подозрение о том, что это имя вымышленное. Получается, что доктор Браун не знал об этом человеке ничего.