Прозорливец

Всего пять раз он успел воспользоваться написанной им для «Фонда перспективных исследований» программой; пять раз он залезал в базу данных фонда, значительно пополнившуюся со времен его сотрудничества с этой организацией. Информация, выуженная Тони из недр хранилища баз данных и обработанная его программой, исходники которой он предусмотрительно сохранил, оказалась бесценной, ну или во всяком случае – весьма дорогой. Тони получил результаты нескольких матчей, проходящих в ближайшие дни в разных европейских чемпионатах, прогнозы на которые не были слишком уж очевидными, и сделал на эти матчи крупные ставки на нескольких букмекерских онлайн‑площадках. Четыре футбольные встречи прошли с точно предсказанным результатом, а вот пятый матч закончился с совершенно иным счетом, но все равно Тони успел сорвать неплохой куш.

Только в фонде, похоже, работают тоже отнюдь не дураки. Там заметили, что он залезал в их базу данных и, судя по всему, приняли меры. Последний – пятый – заход прошел впустую, скорее всего, потому, что программисты фонда – или кто там у них следит за безопасностью баз данных – намеренно подсунули ему липу, чтобы отследить, кто ей воспользуется. Тони от жадности заглотил наживку, и теперь его наверняка вычислят, если уже не обнаружили.

Надо было срочно смываться, потому как ребята, стоящие за этим фондом, обладали такой информацией, что у Тони даже дух захватило, когда он осознал, куда вляпался. Однако у наркоманов основные мысли и стремления притупляют нормальные для человека чувства, в том числе – страха и самосохранения. Потому‑то Тони и украл, не задумываясь, информацию и тут же пустил ее в ход, заработав за четыре дня около ста тысяч евро. Мог бы заработать много больше, но решил, что если не жадничать, то его художества не заметят. Но все же пожадничал: воспользовался базой данных в пятый раз и, похоже, попался. Его программа выдала явную ерунду, подсунутую хозяевами украденной информации, а он, пустив эту «липу» в ход, – засветился.

Вчера Тони с большим трудом смог превратить все свои выигранные в электронных букмекерских конторах деньги в наличные. Кое‑что он, конечно, потерял, но зато теперь у него имелся желанный сверток с купюрами – залог его новой жизни. Вот только с немедленным бегством к новой жизни не сложилось. Вернувшись вечером домой Тони на радостях не рассчитал дозу и, усугубив свое состояние алкоголем, провалился в тяжелое забытье, очнулся от которого только утром. Но самым ужасным было то, что он не мог вспомнить, куда он дел сверток с деньгами. Тони трясло от принятого накануне, а заодно и от мысли, что он умудрился потерять деньги в крохотной квартирке; то, что он вчера пришел домой со свертком пятисотенных купюр, он помнил твердо, а вот дальнейшие события – как отрезало.

Почти час потребовался Тони для того, чтобы найти, наконец, деньги, спрятанные в вытяжку над плитой. Еще минут десять он потратил, сидя перед ноутбуком, на покупку билета на поезд, после чего выскочил на улицу, закрыл входную дверь на ключ и быстро зашагал в сторону вокзала Термини.

Тони решил отправиться на север. Более точный маршрут в его больной голове еще не сложился (требовалась очередная доза зелья). Билет он пока купил до Пизы на региональный поезд, идущий через Чивита‑веккья, поскольку на скоростной поезд до Милана денег на его карточке не хватило.

Ровно через двадцать минут после отправления следующий до центрального вокзала Пизы поезд остановился у платформы Рома‑Сан‑Пьетро. Здесь вместо обычной минутной остановки поезд простоял полчаса. За это время в одном из вагонов побывали полицейские, после чего двое мужчин в синих комбинезонах вынесли из поезда на носилках упакованное в черный полиэтиленовый мешок тело.

Примерно в это же время на ступеньках фонтана перед церковью Санта‑Мария‑Маджоре сидел высоким молодой человек в темной гавайской рубахе и синих зауженных брюках. Скуластое с орлиным носом смуглое лицо мужчины с глубоко посаженными светло‑серого цвета глазами, контрастировавшими с черными, тщательно уложенными гелем волосами, казалось сонным. Он лениво потягивал кофе из бумажного стаканчика и, скосив глаза на смартфон, быстро водил по экрану большим пальцем левой руки. Вскоре еле слышный сигнал сообщил молодому человеку о поступившем на телефон сообщении.

Прочитав присланный на телефон адрес, Андреа Бенуччи медленно поднялся со ступеней, окинул взглядом пустынную в этот ранний час площадь и размеренным шагом направился в одну из боковых улочек. Вскоре он уже стоял перед дверью квартиры, откуда пару часов назад уносил ноги Тони. Дверь оказалась не только не запертой, но еще и была немного приоткрыта.

Андреа, внутренне подобравшись, толкнул дверь рукой, сделав одновременно шаг в сторону. За дверью царили тишина и темнота. Андреа осторожно вошел внутрь, подсвечивая себе путь фонариком в телефоне. Быстро осмотрев комнату и открыв дверь в туалет, он убедился, что в квартире никого нет.

Брезгливо морщась от отвратительного запаха и стараясь не запачкаться, Андреа прошелся по квартире еще раз. Как ни пытался он ничего не задеть, но в крошечном, да еще и захламленном помещении это оказалось трудновато. Андреа наступил в темноте на пустую бутылку и едва удержался на ногах, ухватившись за край стола. Взглянув на потревоженный им стол, Андреа увидел, что на нем неожиданно ожил ноутбук, находившийся до этого в спящем режиме. На загоревшемся экране появилась последняя открытая хозяином квартиры вкладка. Это была страница покупки билетов на сайте итальянских железных дорог.

«Успел, значит, смыться, – подумал Андреа. – Ничего удивительного – поздновато мне сообщили».

Делать в этой больше похожей на помойку квартире было нечего, и Андреа, засунув ноутбук со стола за брючный ремень под рубашкой, ушел, плотно прикрыв за собой дверь.

Еще через пару часов Андреа Бенуччи сидел со стаканом капучино в небольшой кофейне на Виа‑Дель‑Корсо, сосредоточенно изучая содержимое найденного в квартире наркомана ноутбука. Уже давно закончилось время, в течение которого он пообещал связаться с заказчиком и дать информацию об игроке, но докладывать пока было нечего. Наоборот – только возникли новые вопросы, да и игрок сбежал и вполне мог вынырнуть где‑нибудь в другом месте и взяться за старое. Сейчас Андреа ждал своего приятеля и бывшего коллегу по работе в полиции, потому и тянул со звонком заказчику.

Заказчик у Андреа был серьезный, хотя на самом деле человек, с которым он контактировал, представлял сразу несколько компаний. Услугами Андреа Бенуччи – в некотором роде уникальными – пользовались в основном букмекерские конторы. Специфика этого азартного бизнеса такова, что его прибыльность целиком зависит от правильной математической модели, заложенной в алгоритм ставок. Если все работает правильно, то сколько бы человек, делающих ставки, ни сорвало куш, в выигрыше всегда остается букмекер. Так должно быть в теории, а на практике в строгий математический алгоритм зачастую вмешивались факторы, не поддающиеся формальному анализу: утечки информации о физическом состоянии спортсменов, предвзятое (и небескорыстное) судейство, ну и договорные матчи наконец. И вот в этих случаях букмекеры, оказавшиеся, по иронии судьбы, главными борцами за честный спорт, обращались к Андреа. Его страстное, еще с мальчишеского возраста, увлечение футболом и недолгая, в прошлом, служба в полиции вкупе с редкой расторопностью позволили ему стать почти что незаменимым специалистом, во всяком случае если речь шла о европейском футболе. В отличие от полиции Андреа в своих действиях не был особо связан требованиями закона и мог обойтись без соблюдения формальностей, поэтому он и добивался, зачастую, больших результатов.