Семь грехов

– Спасибо на добром слове, – поблагодарила быка демонесса.

– Вот и поглядите, как интересно вышло. За столом собрались такие разные существа: птица свободного полета, – Деос показал большими пальцами на себя, – подкаблучник… – продолжил он, посмотрев на Америуса, который продолжал читать книгу. – Даже меня не слышит – так сильно зажат, бедняга.

– Деос, я предупреждала. Без оскорблений!

– Я же помогаю ему открыть в себе мужество… Все, все! Больше не буду. – Информатор решил сменить тему, пока стоическое терпение командира не дало трещину: – Так ты, бык, уже порядком стар. Пара седых волос даже есть, – внимательно изучая минотавра, продолжил черт. – Неужели пошел по пути искупления?

– Это вряд ли! – отозвался Кимар. – Я не задавался такой целью. Живу ощущениями. Хотя… Кое‑что во мне изменилось. Я научился контролировать внутреннюю ярость. Стал сдержаннее. Может, это и поспособствовало моим внешним переменам.

Демонесса искоса посмотрела на безучастного эльфа, уткнувшегося в книгу:

– Теперь ты, Америус. Тебе так и не удалось полноценно рассказать о себе.

Маг поднял голову:

– Да, Вейл тогда не вовремя прилетел. Я советник Даэтрэна в разных правительственных сферах. В прошлом был придворным магом и состоял в коалиции «Ольентис Де Фур», но покинул свой пост, устав от дворцовых интриг и скандалов.

– А мне кажется, это от тебя все устали! – закаркал Вейл, уплетая остатки рыбных палочек.

– Этот ворон мне уже нравится, – улыбнулся Деос.

Америус покраснел:

– И такое возможно. Я мало кому нравился, не вписывался в светское общество. Был белой вороной, как говорят, и нашел себе подобного. – Договорив, некромант демонстративно погладил ворона.

– А что собой представляет коалиция «Ольентис Де Фур»? – спросила баронесса.

– Если говорить обобщенно, то магические коалиции алчности – это группы придворных магов, которые объединились на основе общих интересов. Я решил присоединиться к «Ольентис Де Фур» по единственной причине – у них большая библиотека с очень редкими экземплярами. Также из всех общественных сфер они финансово поддерживают социально‑культурную деятельность Тельвейс‑Ан‑Тира.

– Деос, может, ты еще чего‑то не поведал в нашу первую встречу? – перешла к другому спутнику демонесса.

– Нет уж! Простите, я больше не выдержу! – эльф резко тряхнул книгой, но сильно пожалел об этом: из старой рукописи выпало несколько страниц, и ему пришлось поднимать их с грязного пола.

– Раз наш метатель заклинаний против, я не стану его травмировать. Ведь его психика еще девственно‑чиста… Я придумал кое‑что получше. – Деос поднялся со своего места. Выпрямившись и поправив волосы, он подал руку Неамаре: – Не составите ли вы мне пару в танце? – И, договорив, он одарил демонессу ослепительной улыбкой.

– Деос, ты издеваешься? Чтобы в таком виде… – Неамара удивленно посмотрела на него.

– Вас мало что может испортить. А вдруг завтра такой возможности уже не будет? И наши бездыханные тела останутся лежать в какой‑нибудь френзисской канаве. Я предпочитаю жить сегодняшним днем.

– Хм, сначала мне представился грубиян, а теперь – галантный джентльмен. Где же были твои манеры при первой встрече?

– Я многогранен.

– Только не смей расценивать это как что‑то большее.

– Что вы! Как я могу позволить себе такую дерзость! Это всего лишь танец, не более.

Недолго поколебавшись, Неамара ответила на предложение согласием и подала Деосу руку. Грязная, пропахшая кровью Крысиного короля и танцующая с одним из представителей низших греховных народов, каким бы привлекательным он ни был, – это точно была не она. Демонесса решила объяснить это безрассудством от легкого опьянения.

– Чур, руки не распускать! – пригрозила она партнеру.

– Да за кого вы меня принимаете? – сыграл оскорбленного черт.

– За представителя Блуда.

– Что ж, справедливо…

Деос вывел свою партнершу в просторную часть зала в непосредственной близости от музыкантов. Он не соврал о своих намерениях и вел себя прилично на протяжении всего времени. Он мягко обхватил демонессу за талию, а та в свою очередь положила ему руки на плечи. Они двигались размеренно и плавно, в такт играющей музыке.

– Красиво смотрятся вместе, да? – Кимар подтолкнул локтем эльфа. – Жаль только, что такие связи осуждаются элитой Гордыни. Но когда и кому это мешало?

Америус не отвечал и продолжал читать.

– Эх, сразу вспоминается молодость… Легкодоступные девки, случайные связи, а потом – бац! И видишь ее… Одну на миллион! Первая настоящая любовь. Если ты понимаешь, о чем я.

Эльфийский маг бесповоротно ушел в себя. Страницы стали сменяться значительно быстрее.

– А ты, это… Что читаешь? – не отставал от него бык. – Судя по тому, как ты глотаешь этот фолиант за один вечер, что‑то интересное.

– Ваши покои готовы, господа! – сообщила хозяйка борделя. – Ванны набраны. Одежду попрошу оставить у входа ваших комнат.

Америус протяжно выдохнул:

– Самое время! Прошу меня простить, Кимар, я сильно устал сегодня.

– Понимаю, – ответил бык. – Ты сделал больше, чем все мы, вместе взятые. Отдыхай.

Некромант медленным шагом покинул зал. Взлетевший со стола ворон устремился за ними и сел на плечо хозяина, когда эльф уже почти поднялся к покоям. Минотавр остался в одиночестве с ностальгическими мыслями и изредка поглядывал на танцующую пару.

 

Глава 4

 

На следующий день отдохнувшие, чистые и готовые к новым подвигам воины вышли на улицы Френзиса. Погода никого не радовала. Потоки ливня быстро смыли с лиц героев весь положительный настрой.

– Ты что‑то не в настроении, Америус, – подметил Деос, глядя на недовольного мага.

– А ты долго будешь за мной следить? У меня просто голова болит. Подобная погода и не такое может сотворить, – бросил Америус. – И с чего это я вообще перед тобой оправдываюсь?!

Стена дождя не щадила и без того мрачный образ некроманта. Черные длинные волосы, прилипшие к лицу и насквозь промокшей одежде, сделали его похожим на побитого и ощипанного ворона.

– Я думал, наоборот, такая погода тебе по душе! – ехидно улыбался Деос. – Как‑никак она отражает твой внутренний мир.