Серафимино поле

В тот день Сима долго не могла заснуть. Дождавшись, пока Боря уснёт, она встала, закуталась в плед и тихонько ушла в кухню. Согрев чайник, она заварила себе зелёный чай и устроилась у окна, чуть залитого желтоватым светом уличных фонарей.

Она думала о том, что ей не хочется больше заниматься тем, что она делала на своей теперешней работе. Не хотелось больше никакого учёта, бухгалтерии и прочего такого. Не хотелось в конце года, когда все люди покупают подарки близким на праздник, нестись сломя голову на работу, не замечая даже праздничного убранства города, потому что для бухгалтера конец кода – это ревизия в аду…

И теперь Серафима думала, чем же ей всё же хочется заняться, что делать, в чём себя найти… и как сказать Боре, что ускоренного ритма добывания денег для покупки той же дачи ей не хочется. И уж тем более лезть для этого в какие‑то сомнительные кредиты! Да, сейчас многие так делают, это становится всё более модным – покупка в кредит машины, квартиры или чего‑то ещё… Но Сима никогда не жила «в долг», как говаривал Дима, и теперь, когда вопрос о работе стоял так остро, сомневалась в необходимости такого поступка.

Решив, что не будет ничего говорить пока Боре, подумает над своим будущим сама, чтобы выбрать то, что ей действительно хочется, без чьего‑либо влияния на решение.

Но через несколько дней, решив, что Сима успокоилась, Борис начал этот разговор сам.

– Симочка, вчера в разговоре с другом я случайно услышал, что он ищет себе бухгалтера. Если хочешь, я поговорю с ним, договорюсь о встрече, чтобы вы могли обсудить детали…

– Бухгалтером? Я думала сменить направление деятельности, – ответила Сима, – На что‑то более интересное…

– Но ведь у тебя колоссальный опыт! Ты можешь устроиться на хорошее место, с приличной зарплатой, – Боря удивленно смотрел на неё, – Учитывая, что… у тебя нет детей и внуков, ты очень перспективный сотрудник…

– Ты говоришь, как истинный юрист, – Сима усмехнулась, – Только позволь всё же мне самой решить, что я буду делать дальше со своей жизнью.

– Ну, я ведь тоже имею большой опыт, – кивнул Боря, – Наверное, ты права, юриста во мне не спрячешь. Симочка… я еще хотел сказать тебе… Не знаю, как ты воспримешь это моё предложение… Но я прошу тебя, подумай, прежде чем ответить, хотя бы пообещай подумать.

– Что случилось? – Сима немного даже испуганно посмотрела на мужчину, а щёки Бориса вдруг залило какой‑то почти юношеской краской.

– Я подумал… мы уже довольно долго вместе… и у нас много общего, и не только духовно, но и вообще ‑хозяйство, ресурсы… Я думаю, нам нужно пожениться! Ты согласна?

Сима удивлённо смотрела на взволнованного Бориса, который нервно сжимал руки и отводил глаза в сторону от Симиного взгляда.

– Нам, жениться? Для чего это нужно, мы с тобою не юные отроки, взрослые люди, зачем нам это?

Сима не знала, что и сказать, она не думала, что они вообще когда‑либо станут обсуждать этот вопрос.

– Ну, жизнь ведь идёт…, и мы с тобой не молодеем, к сожалению. Ты прости, если я снова говорю, как юрист, но вот купим мы с тобой, например дачу, и что? На кого оформим? А если поженимся, то это уже не будет иметь значения, на кого оформлять…

Удивлённая Серафима смотрела на Бориса и не могла найти подходящих слов, не знала даже, как в данный момент сформулировать тот сумбур, что бушевал у неё внутри.

– Я подумаю, – ответила она, – Ты просил подумать, и я сейчас не готова… не ожидала этого.

– Хорошо, хорошо! – затараторил Боря, – Я понимаю, всё неожиданно! Мы после про это еще поговорим! Давай будем чай пить, да?

 

Глава 6.

 

Сима добросовестно пыталась подумать над предложением, как и обещала Борису, но все мысли её были заняты ситуацией, сложившейся на работе. Мысли крутились вокруг того, что следующее её место работы уж точно не должно быть связано с бухгалтерией, несмотря на большой опыт в этой сфере. И все думы были о том, чем бы ей хотелось заниматься.

Поэтому Серафима выбрала момент, приготовила любимое Борино рагу, и мягко высказала всё, что думала по этому поводу. Ну, вернее, не всё, а лишь то, что была готова сейчас озвучить. В результате разговора Борис согласился, что подождать пару месяцев можно, пока Сима не найдёт новое место работы…

– Я поговорил с Еленой, чтобы она пока не продавала дачу, – деловито сказал он, – Я думаю, что к весне мы её купим, а может и раньше. Я поговорил со своим боссом, он обещал тоже помочь тебе в поиске работы! Опытный бухгалтер везде нужен! Я считаю, ты еще выбирать будешь, куда лучше пойти. Кстати, послезавтра тебя ждут на собеседовании в одной фирме, это я договорился!

Боря горделиво глянул на Серафиму, а та даже немного покраснела от неожиданности и… возмущения.

– Послезавтра я точно никуда не пойду. Этот месяц я доработаю, уже решила и обговорила с начальством. Потом до нового года буду отдыхать, может быть, что‑то приглянется, посмотрим! Но пока – никакой бухгалтерии я не рассматриваю. Поэтому в следующий раз, когда будешь за меня договариваться, сначала спроси меня саму, хорошо?

– Но чем же ты хочешь заниматься, если не бухгалтерией? – Борис отложил вилку в сторону и посмотрел на Симу, как на несмышлёную школьницу, – Ты понимаешь, что в другом профессиональном направлении тебе придётся нарабатывать опыт? А без опыт возьмут на самую маленькую зарплату!

– У меня вроде бы не семеро по лавкам, – спокойно ответила Сима, – А покупка дачи… я вообще не уверена, хочу ли я покупать участок. Ты же понимаешь, что приехав к Грише и Алле на дачу, ты увидел только верхушку айсберга, при чём красивую его часть? Чтобы так всё цвело, благоухало и находилось в порядке, там нужно трудиться. А мне, вот если брать, например теперешнее моё место работы – просто не по силам было еще и на дачу ездить после рабочего дня.

– Всё же я думаю, что ты должна хорошо подумать, – тон Бориса приобрёл покровительственные нотки, – Ты сейчас расстроена сокращением, я понимаю, и тебе страшно оказаться на улице…

– Да почему же на улице, Боря?! – Сима стукнула вилкой по столу, – Что за странные разговоры у тебя? По‑моему, я сама меньше переживаю за свою работу, чем ты! Ну не найду я ничего, кроме учёта, тогда пойду бухгалтером, в чём проблема я не понимаю?

– Я… я думал, что ты нервничаешь, места себе не находишь из‑за потери работы…, – растерянно ответил Боря, явно не ожидавший такого Симиного ответа, – Ты в последнее время молчишь, сама не своя…

– Ты ешь, а то остынет, – ласково сказала Серафима, – И не волнуйся, я в порядке.

После этого разговора Борис больше не пытался подыскать Симе какую‑либо должность через своих знакомых, и больше они это не обсуждали. Но отношение Бориса к Симе стало мягче, он почти каждый день возвращаясь с работы заходил по пути в пекарню и покупал её любимый штрудель или ванильные баранки. В вазе не переводились цветы, хотя бы веточка, но обязательно стояла, чтобы порадовать Симу… От этого отношения ей стало даже немного неловко за свой резкий выпад… Боря искренне переживал за неё, а она…