Случайная семья для миллионера
– Я был против, но его пригласил твой отец. У него свои какие‑то дела с этим уродом. Свадьба все равно состоится. Но если ты не прекратишь артачиться, твоим мужем станет Третьяков. Ну, и что с тобой будет в таком случае, ты прекрасно знаешь.
Всхлипываю. Как могу, сглатываю ком в горле и выкрикиваю в лицо Алану:
– Да!
Кажется, даже слышу, как весь зал облегченно выдыхает. Мы обмениваемся кольцами. Я даже не обращаю внимания, какие выбрал муж, просто позволяю его напялить. Украшение садится как влитое, идеально подходит по размеру. А кажется, как будто удавку на шею накинули.
– Объявляю вас мужем и женой. Жених может…
Алан даже не дослушивает регистраторшу, одним рывком за талию притягивает к себе и впивается в мои губы далеко не целомудренным поцелуем. По моей щеке скатывается одинокая слеза, и поцелуй получается соленый, с привкусом горечи от разбитых надежд.
Что происходит дальше, я не улавливаю. Как будто не со мной. Как будто я наблюдаю за этим фарсом сверху.
Торжество проходит в колонном зале театра и идет более – менее нормально, но до тех пор, пока в зале не появляется девушка, которая с порога сшибает меня волной ненависти…
Глава 13
Даниэла
Хвала Алимову за подбор профессионального персонала: за то, что обошлись без выкупа невесты и народных забав. Я бы не пережила этого. Хотя, что уж скрывать, хотела бы посмотреть на Алана, откусывающего кусок каравая.
Ведущий толкает какую‑то приветственную речь и разрешает гостям сесть на свои места и перекусить. Алан провожает за наш столик. Я смотрю на стол, заставленный салатами и деликатесами, и понимаю, что мне кусок в горло не лезет. Более того, тошнит от вида еды.
– Что тебе положить? Советую этот салат с морепродуктами, здесь его шикарно готовят, – муж подливает в бокал шампанское и переводит на меня вопросительный взгляд.
– Нет, спасибо, я не голодна. И алкоголь не буду. Налей мне воды.
– Так не пойдет, Даниэла. Ты должна поесть. Я не хочу, чтобы ты упала в голодный обморок. А этим вечером силы тебе очень понадобятся.
Вспыхиваю до корней волос от двусмысленности его фразы и стискиваю кулаки до побелевших костяшек.
– Если я возьму в рот хотя бы кусочек, меня стошнит. Нет, я могу силой затолкнуть в себя еду, раз ты так просишь. Надеюсь, ты взял запасной костюм?
Алан усмехается, но ничего не отвечает. Хлопает себя по карманам, достает мобильный и на ближайшие десять минут уходит с кем‑то в переписку. На поздравительные сообщения отвечает, наверное.
Вот только счастья на его лице я не наблюдаю. Все игривое настроение мужа моментально испаряется. Алан становится серьезным, его лицо ожесточается, и на долю секунды мне кажется, что на нем мелькает тревога. Алан наливает в стакан янтарной жидкости и залпом осушает.
– Все в порядке?
– Полном, – но при этом резко встает из‑за стола и выходит из зала в коридор.
Снова сыпятся однотипные и фальшивые поздравления от незнакомых мне людей. Я принимаю их в гордом одиночестве, растягивая губы в улыбке и кивая, как китайский болванчик. Алан возвращается через минут семь, и сразу же воздух вокруг нас электризуется. Я кожей, каждой клеточкой, ощущаю его напряжение, злость и…переживания.
– Точно все в порядке? – уточняю, глядя в глаза мужу, пока очередной мужичок распинается про семейные ценности и вечную любовь. Вот только ничего не вижу в глазах Алана – он все спрятал внутри, надежно запечатал, и сейчас на его лице ни единой эмоции. А смотрит муж вообще сквозь меня.
– Да, – и переплетает наши пальцы, рывком дергая на себя и впиваясь в мои губы поцелуем. Алан ворует мой воздух, у меня кружится голова и слабеют ноги. Руки мужа обвиваются вокруг моей талии и впечатывают в сильное мужское тело.
Мы едва отрываемся друг от друга и падаем на свои места, глубоко дыша, как зал взрывается аплодисментами. Особо веселые гости выкрикивают пошлые шуточки про первую брачную ночь, и я в который раз заливаюсь краской.
Отпиваю воды, наблюдаю, как отец с матерью, счастливо улыбаясь, тоже принимают поздравления. Замечаю два свободных стула рядом с ними и понимаю, что здесь что‑то не так…
– А где твои родители, Алан? Они нас не поздравляли.
Муж выпрямляется, даже под одеждой заметно, как сильно он напряжен. Хочется провести ладонью по каменным плечам, чтобы расслабить эту скалу. Алан смотрит строго вперед, неспешно отпивает алкоголь из своего бокала и только тогда отвечает максимально равнодушным тоном:
– Они не придут.
Мои брови взмывают в удивлении вверх, на языке крутится с десяток вопросов, но, бросив взгляд на мужа, я не осмеливаюсь их озвучить. А минутой позже мне и вовсе становится не до них.
В зале появляется эффектная девушка. Высокая, стройная, красивая, с фарфоровой кожей, с блестящими, как шелк, волосами. В ярко‑синем коротком платье, что обтягивает ее фигуру, как вторая кожа, на высоченных шпильках, которые я никогда не позволю себе надеть – просто‑напросто сломаю шею, упав с высоты собственного роста.
Она лениво осматривает меня, окатывая волной ненависти, переводит жгучий взгляд на моего мужа и машет ему ручкой, призывно улыбаясь. В зале моментально поднимается гул, многие перешептываются, переводя взгляд с меня на гостью и обратно.
Ждут хлеба и зрелищ. Скандала. Что жена вцепится в волосы любовницы.
Ха‑ха.
Ошибаетесь, господа.
Этого не будет.
Потому что я не ревную Алана. Ни капли. Совсем‑совсем.
Злюсь.
Ненавижу.
Боюсь.
Но не ревную.
Нет. Нет!!
