Требуется помощница, или Светлая против темного

– Хотелось бы сначала просмотреть варианты.

Тёмный усмехается:

– А ты смелая. Или просто выделываешься.

Нет, я просто пытаюсь тебя отшить.

Он подаётся ещё ближе и шепчет мне на ухо, нагло хватая меня за задницу:

– Предлагаю не тратить время на пустой трёп и отправиться наверх, где мы с тобой, крошка, сможем по‑настоящему познакомиться.

Только не в этой жизни, малыш.

– У меня к тебе встречное предложение, – вскидываю голову и ровно смотрю в опасно сузившиеся глаза тёмного. – Ты не тратишь зря время и идёшь искать себе другую крошку, которая захочет познакомиться с тобой по‑настоящему или как тебе будет угодно. А я продолжу просматривать варианты.

Взгляд тёмного каменеет. Мгновение, и его рука, соскользнув с бедра, сжимается вокруг моего запястья.

– Осторожнее, низшая, я ведь могу и разозлиться.

Я тоже могу, но тогда хреново будет нам обоим. Ему – сейчас, мне – позже, когда начнётся откат.

– Отпусти. – Пытаюсь вырвать руку, но тёмный держит крепко, сжимая пальцы так, что мне уже хочется на него вызвериться.

– Пойдём, – бросает упрямо.

Собираюсь выплеснуть ему в рожу остатки археса, с тоской понимая, что план вот‑вот провалится из‑за этой похотливой твари, когда меня приобнимают сзади и мягко прижимают к твёрдой, горячей груди.

– Девушка со мной.

Не знаю, с чего я решила, что у Хороса горячая грудь. Нас разделяет ткань платья, пиджак и рубашка, но мне снова кажется, будто на меня опрокинули солнце. И все остальные звёзды космоса.

– Мало двоих? – усмехается высший, но пальцы всё‑таки разжимает.

– Тех двоих можешь забрать себе. – А вот Хорос не спешит меня отпускать. – Будем считать это маленьким утешительным призом.

Тёмный морщится:

– Я бы врезал тебе, да только…

– Да только? – эхом повторяет Ксанор.

Я не вижу его лица, но готова поклясться, что на лице у него сейчас та самая самоуверенная усмешка, которая так часто мелькает на страницах онлайн‑журналов, в которых обожают смаковать жизни обоих братьев.

Ненужный мне тёмный уходит, и я спешу отодвинуться от того, который мне нужен. На сегодня. На полчаса – не больше.

Оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом, и чувствую второе солнцепадение.

Хотя нет, уже третье за последнюю неделю.

– Так что там про другие варианты? – Тёмный жестом подзывает бармена и просит налить ему то же, что и «дерзкой сонорине».

– Хочется чего‑нибудь цепляющего. До мурашек, – признаюсь я, ощущая эти самые мурашки.

– Открою тебе маленький секрет. – Теперь уже Хорос подаётся ко мне, чтобы шепнуть на ухо, и у меня появляется двойственное чувство: с одной стороны, хочется ему врезать, с другой… Ан нет, всё равно врезать. – На тусовках вроде этой мальчики выбирают, а девочки соглашаются. Без вариантов.

– А мальчикам не надоедает? Никакого разнообразия.

Алкоголь ударяет в голову или, может, в голову ударяет близость высшего. На миг прикрываю глаза, перекрывая уже готовый хлынуть поток воспоминаний, и напоминаю себе что это чудовище сделало с моей подругой.

– Согласен. Разнообразие лишним не бывает.

Рыжая и блондинка косо на нас поглядывают, но присоединиться не решаются. Как будто ждут отмашки высшего, надеются, что о них не забыли.

Словно отзываясь на мои мысли, Хорос спрашивает:

– Хочешь к нам?

Качаю головой:

– Я за разнообразие, но не настолько.

Бросаю взгляд из‑за плеча Ксанора – девицы от досады едва ли не скрипят зубами, недовольные возможной рокировкой, которую, я очень надеюсь, сейчас произведёт тёмный.

Пара секунд молчания, после чего он залпом допивает архес и бросает:

– А ты и правда дерзкая. И строптивая.

– Быть другой мне скучно.

Короткий взгляд на рыже‑блондинистый дуэт, и высший отталкивается от барной стойки:

– Счастливо оставаться, девочки. – Берёт меня за руку и ведёт за собой.

Не успеваю я порадоваться, что всё так замечательно складывается, как он заявляет:

– Ищи свободный столик, дерзкая. Я голоден как йорг.

Он что, ужинать со мной собрался? Вот какого?!

Скрипнув от досады зубами, я всё‑таки начинаю мысленно ругаться.

 

Столик обнаруживается до противного быстро. И минуты не проходит, как передо мной галантно отодвигают стул. Кто бы мог подумать, что мы вообще так умеем – быть внимательными с девушкой. Джен небось тоже обхаживал перед тем, как опоить и трахнуть.

Мерзавец.

– Я бы на твоём месте снял маску. Испачкаешь, – замечает Хорос, скользя взглядом по меню.

Передо мной точно так же, как и перед ним, раскрывается голограмма, но мне сейчас не до изысканных, а порой и непонятных названий. Не до еды и ни до кого вокруг.

Всё моё внимание сосредоточено на мужчине напротив.

С тех пор как я в последний раз видела его вживую, да ещё и так близко, прошло два года. И сейчас, несмотря на полумрак, который так старательно стирает всё вокруг, я ловлю себя на том, что вглядываюсь в его лицо. Черты его немного огрубели, стали ещё более хищными, опасно‑сексуальными. Не зря же по нему сходит с ума половина незамужних девушек Грассоры.

Да и замужние тоже.

Раньше он был просто сероглазым красавчиком с небрежной небритостью на скулах и зашкаливающим уровнем самоуверенности и себялюбия. Сейчас просто красавчик стал мужчиной с таким ярко выраженным магнетизмом, что от одного его взгляда каждая вторая, а то и первая, уверена, готова раздеться и позволить ему делать с собой всё, что захочется этому… этому животному.

Вот он кто!