Тайм-аут
– Знаете, мне вот не хочется слушать от взрослого человека, мужчины, о том, что он что‑то или кого‑то там боялся. Страх – это эмоции, в вашем случае трусость. А раз мы решили, я предлагаю прекратить разговор и выполнять свои профессиональные обязанности, хотя в ваших я сильно сомневаюсь. У меня нет уверенности, что вы в силу каких‑то своих проблем не оставите нуждающегося пациента на операционном столе, даже больше – я буду ожидать этого. Вашей трусости.
– Я… понимаю, что виноват и…
– Да? – Валерия усмехнулась. – А на разбирательстве вы заявили, что мы с вами выпивали в столовой, ожидая жениха и невесту, и когда произошла трагедия, мое нетрезвое состояние не помешало мне провести операцию. Вы, конечно, себе этого не позволили.
– Простите. Но… все ведь завершилось хорошо.
– Не благодаря вашим стараниям! – с презрением бросила Лера, вспоминая травлю, тот спектакль, что устроили ей после операции, как только похоронили парня. – Лишь показания нейрохирурга из Москвы, которого вызвали для обследования пациента, смогли доказать мою невиновность и подчеркнуть профессионализм.
– Валерия, меня попросила тетя. Я бы никогда не обидел сестру Тамары. Это недопустимо, – с волнением начал Коршунов, нервно выкручивая свои пальцы.
– Это понятно, что попросили… – отмахнулась Ярцева и взяла поднос, но слова мужчины остановили ее:
– Как она? Я до сих пор не нахожу себе места. Да, я слаб, но… мне не все равно. Тамара много для меня значит.
Как же хотелось закричать, сказать все, что думала, но женщина сдерживала себя. Он этого не стоил. Трус. Еще намекает на чувства к ее сестре. Подлец. Хватает же наглости.
– Не поздно интересуетесь?
– Я только со стороны могу наблюдать. И, мне кажется, ей плохо, – с обвинением заявил Коршунов, будто и в этом виновата Валерия.
– Так спросите у нее и будете знать.
– Но я…
– Конечно, вы же боитесь, – бросила Валерия и направилась к выходу, не забывая оставить поднос в окне для приема тары.
По коридору Ярцева шла быстро, стараясь отвлечься от гнетущих воспоминаний, ощущая осадок после разговора. Вот же не повезло! Тридцать три несчастья на ее голову. Но откуда ей было знать, что именно здесь работает брат Вадима? Конкретно в этом медицинском центре из всех семи филиалов.
Не хотелось ей находиться рядом с ним и проводить операции. Ох как не хотелось! Это ведь Коршунов.
Эту семейку Валерия не переваривала. Той операцией она разворотила змеиное гнездо опасных ядовитых змей.
Открыв дверь в свой кабинет, который не закрыла, оставив техничке для уборки, Ярцева прошла до окна и некоторое время наблюдала за детьми на детской площадке. Напротив находился жилой дом.
Привлекла внимание маленькая девочка в светло‑зеленом весеннем комбинезоне. Она смешно ходила, как медвежонок, переваливаясь в разные стороны своими короткими ножками по песочнице, и ковыряла лопаткой песок. Притом работала с таким усердием, что Лера невольно улыбнулась. По возрасту малышке было примерно три года.
«И моей дочери бы было столько…» – мелькнула мысль у нее, отчего стало не по себе.
«Было бы» – как жестоко звучит. А ведь она так ждала, страстно желала этого ребенка, но все не получалось. И вдруг… с вечными сменами и внезапной болезнью только на втором месяце беременности поняла, что в положении. Кирилл тогда на три месяца уехал в командировку. Она сразу же хотела рассказать, поделиться, но в тот момент он не выходил на связь, а после женщина решила сделать сюрприз на Новый год.
Он ведь так хотел.
Как и она…
Той ночью она проснулась от сильной боли внизу живота. Бригада скорой помощи забрали женщину с кровотечением в больницу. Леру рвало, высокая температура держалась несколько дней. Гинекологи диагностировали неполный аборт после приема лекарственного препарата. В крови нашли мифепристон. Он используется для прерывания нежелательной беременности, а также при неразвивающейся беременности на ранних сроках без хирургического вмешательства – медикаментозного аборта. После приема препарата погибший эмбрион остался внутри матки, приведя к кровотечению и гнойному процессу.
Те дни прошли словно в тумане. Максимальная концентрация мифепристона в крови была превышена в несколько раз, поэтому последствия не заставили себя долго ждать. Лера старалась не вспоминать об этом тяжелом времени, потому как, кроме боли, ничего не испытывала.
Когда ее выписали и отправили домой, вернулся Ярцев. Она до сих не понимала, откуда Кирилл узнал про беременность, но он посчитал ее убийцей и предательницей, швырнув копию выписки из истории болезни, в которой было все подробно указано. Тогда ей было так плохо, что она не смогла ответить внятно на его подозрения и обвинения, ведь сама не понимала. Через неделю она узнала, что муж развелся, так и не поговорив с ней.
Не посчитал нужным, сделал свои выводы благодаря заботе «доброжелателей» – это Валерия прекрасно понимала, как и то, что у нее нет подозреваемых. Она, действительно, не представляла, как такое могло случиться и по какой причине. Даже сейчас.
После Валерия узнала, что Кирилл вновь отправился в горячую точку на полгода и вернется только в июле. Но встретиться им так и не удалось. Спустя четыре месяца сестра обрадовала новостью о предстоящей свадьбе. В мае она покинула город, согласившись на деловое предложение нейрохирурга из столицы, которого пригласили для обследования Тамары.
Женщина провела ладонями по щекам и задумчиво проговорила:
– Когда уже у меня начнется эта белая полоса счастья?
Лишь в работе все было замечательно. Пока… Сейчас ведь нарисовался Коршунов. Теперь неизвестно чего ожидать.
Опустившись в кресло, Валерия посмотрела на чистые листы на своем столе и нахмурилась, не понимая, зачем техничка их здесь разложила. Три стопки по три листа. Решив убрать, Ярцева стала складывать один на один, но тут застыла, когда увидела записку под последней стопкой:
«Ты ответишь за его смерть!»
Глава 3
Молоко, сливочное масло, сыр, хлеб, киви и кукурузная крупа лежали на кассе. Валерия попросила пакет у кассира и быстро все сложила. Вроде ничего не забыла. Лишнего она не брала, чтобы потом не видеть плесень на продуктах. Мультиварку ей должны были привезти домой через час. Ранним утром Ярцева планировала приготовить кашу.
Перехватив пакет, оценивая, насколько тяжелый, Валерия двинулась из магазина. Погода радовала. По‑весеннему теплая, да и дожди редко когда случались.
