Тихий омут. Том 1

– Начнём с того, что если бы не ты, мою «жопу» и спасать бы не пришлось! Не надо было посылать тех упырей решать свои проблемы! Ты сам напросился и сам виноват, и, если уж так вышло, смирись, – отчеканила Матильда, будто ножом отрезая каждую фразу, параллельно тыча пальцем парню в грудь.

– Так. Попридержи! – Владислав наконец решил прояснить это маленькое недоразумение. – Чтоб ты знала, мне не надо пользоваться услугами вышибал, чтобы накостылять какому‑то… – он хотел сказать «утырку», но вовремя остановился, понимая, что ещё чуть‑чуть, и у их поединка будет второй раунд. – В смысле, кому‑то.

– Ну и кто ж у нас такой благодетель, если не ты? – «Кому ещё это было нужно?»

То, что на него повесили всех собак, обычно безразличного к таким мелочам Влада сейчас абсолютно не устраивало. Правда, и ябедничать как пятиклашке, ему казалось верхом отстоя. После недолгой внутренней борьбы он посчитал, что лучше уйти в несознанку:

– А что ты у меня это спрашиваешь? Вот и поинтересовалась бы у тех охранников, перед тем как вырубить их. Я‑то в этом клубе не хозяин, с чего бы им меня слушаться? – очерченные чёрными ресницами глаза ехидно прищурились. – Так что ты наваляла не тому парню, крошка!

– Ой, только не надо прикидываться невинной овечкой! Это клуб твоего брата! И твоя девушка! И вообще… – у Мати кончились доводы, последние слова она проговорила, глядя в пол, пытаясь подавить чувство вины. – Всё указывало на тебя, любой мог ошибиться!

– Любой… Но далеко не каждый вышвырнул бы меня из окна и сломал мне столько костей! – Владислав помахал загипсованной рукой как бы в подтверждение своих слов, и его густой смех заполнил широкий пустой коридор.

Матильда подняла взгляд и виновато пожала плечами.

– Ладно, проехали! Помнится, ты как‑то хотела пригласить меня пообедать. Думаю, в качестве извинений обед вполне подойдёт!

– Обед? – «Даже не знаю, как реагировать на это, после всего…»

– Ну да, назовём это «прекращением огня»! – Влад широко улыбнулся. – Так что?

Мати непроизвольно улыбнулась в ответ:

– А твоя девушка не будет против?

– Кто? – недоумевающий взгляд Владислава поставил её в тупик.

– Эм, Люси… Та, из‑за которой Эрику попало!

– А‑а‑а, эта, – протянул беспечно Влад, почесав затылок здоровой рукой. – Я бы не назвал её своей девушкой, и вроде как она предпочла твоего братца…

– Эрика.

– Ну да. Так что никаких ревностных нападений не предвидится.

– Хорошо! – сердце вдруг забилось чуточку быстрее. – Давай пообедаем… вместе, – выдавила наконец она.

– Только не пойми неправильно. Это не свидание, – Влад, заметив смущение на лице девушки, решил сразу расставить все точки над «i».

Лицо Матильды стало красным, как спелый помидор: «Неужели он подумал… Стыдоба…» – Я ничего такого и не…

– Тогда не будем откладывать в долгий ящик, встретимся сегодня в два в «Суши Рум», – продолжил Владислав, будто ничего и не произошло. – Ты же знаешь, где это?

– Да, конечно! – выпалила Мати, всё ещё пытаясь справиться со смущением. – А сейчас я спешу, так что давай, пока! – не дожидаясь ответа, она чуть ли не бегом понеслась к выходу из корпуса и спешно покинула здание.

Яростно шагая, Матильда ругала себя за позорное бегство. Затем её мысли вернулись к парню: «Нет, этот Влад меня просто поражает! Что за игру он затеял? “Давай пообедаем”, – лицо всё ещё горело. – И с чего эта помощь на собрании? Что за рыцарские повадки? – вопросов становилось всё больше. – По‑моему, он слишком сильно приложился головой. Нет, я, конечно, рада, что всё так разрешилось, но теперь чувствую себя обязанной… А ещё виноватой… Видите ли, это не он натравил охрану… слабо верится… Ты один огрызался, – обратилась она к воображаемому Владиславу. – Брал бы лучше пример с кузена. Эд был очень мил и приветлив, даже после всего, что я натворила, взял все хлопоты на себя! Тут точно что‑то нечисто, но, как говорится, держи друзей близко, а врагов ещё ближе, так что велите подать обед!»

Только у парка Мати перешла на спокойный шаг, немного усмирив свой пыл. «Надо бы позвонить Вэру».

Она по привычке потянула руку к джинсам, но вместо брелка, который всегда торчал из кармана, рука схватила воздух: «Только этого не хватало… Мой любимый кит!»

Внимательно смотря под ноги, Матильда пошла обратно. Около главного корпуса она наконец нашла свою пропажу – металлический брелок лежал, поблёскивая, у ступеней, ведущих в здание. Харкер присела, чтобы поднять кита, и тут до неё донеслись обрывки фраз:

– …мы уже всё выяснили…

«Влад?»

– Конечно… – игриво ответил приятный женский голос.

Мати привстала, чтобы посмотреть… И резко села, оцепенев на пару секунд, – все мысли вдруг выветрились… Она украдкой проскочила за угол и на всей скорости побежала домой. Сердце бешено колотилось, перед глазами стояли целующиеся Влад и Люси.

Наконец‑то добравшись до дома, Матильда поднялась к себе, ей не хотелось с кем‑либо говорить. К счастью, никого и не было. Не раздеваясь, она легла на кровать.

«А говорил, что ничего между ними нет… – она закрыла лицо руками. – Сама‑то хороша, что за краснеющие по непонятным причинам щёки? – Мати встала, её отражение в зеркале шкафа хмурилось. – Они точно друг другу подходят – красивые и лживые… Куда уж мне!»

«Это не свидание», – проговорил в её голове приятный баритон Владислава.

– Да ясно, что не свидание, – вздохнула Мати. – «Он же с самого начала дал понять, что я его как девушка не интересую, и с чего я так расстраиваюсь…»

В голове навязчиво застыл образ Люси, целующей Влада: длинные каштановые локоны, юбка‑карандаш, выгодно подчёркивающая фигуру, бежевые «Лабутены»… Она оценивающе посмотрела на себя: чёрные волосы, собранные в тугой хвост, тёмно‑синие джинсы, белая блузка… – Её стройным ножкам мы не соперники, – девушка наклонилась и, похлопав себя по крупным спортивным икрам, снова плюхнулась на кровать.

*It’s a long walk, and the music is loud. She sees an old friend, as she walks through…*[1]

Матильда повернулась на звук. На экране телефона высветилась фотография: улыбающийся Вэр, укутанный в плед с кружкой чая в руках. Она подняла трубку:

– Да, я дома.

– Ты почему не позвонила? Я хотел тебя встретить. Как всё прошло? – Вэртер в воскресенье был сам не свой, всё носился с уставом университета, что‑то вычитывал и волновался явно больше, чем Матильда, которая решила довериться судьбе. Вот и теперь его голос звучал встревоженно.

[1] Строка из песни “She Will Always Be a Broken Girl” группы She Wants Revenge.