Тьма и золото полуночи
– Можно? – спрашивает Иаза.
Он разворачивает карту, что принес из Тинтагеля, ту самую, где он отмечал исчезновения. Лорд Элленби показывает точки, которыми усыпана карта.
– Это места, где в последний раз видели наших пропавших рыцарей, – поясняет он.
Его рука движется вдоль флажков, которых я прежде не видела.
– А это, – продолжает он, – места, где были найдены бреши.
Флажки вытянулись на бумаге короткими линиями, как следы ножевых ударов. Я отмечаю соответствие в тот же момент, что и остальные.
– Это те же места, где пропали рыцари? – спрашивает Олли.
– Именно так, – кивает лорд Элленби. – Пока мы не знаем наверняка, но то, что мы здесь видим, – возможно. Вероятно, бреши как‑то связаны с теми змеями, которые, как мы полагаем, утащили наших рыцарей.
– Вы думаете, что с десяток моих рыцарей унесли в Итхр? – спрашивает леди Каур.
Остальные тут же взрываются вопросами и предположениями.
– Но те змееподобные существа не могли же явиться из Итхра?
– Это диверсия.
– Даже если это так, какая нам от этого польза?
Лорд Элленби поднимает руку:
– Я знаю, что из этого много не вытянешь, но оно стоит изучения, не правда ли? И работать над этим мы должны вместе. Это проблема всей страны – надо именно так на нее смотреть.
Теперь поднимает руку леди Кайрис:
– Согласна, Лайонел. Я готова прислать нужных людей из Кембриджа. Но считаю, нам необходимо обдумать и более дальнюю перспективу.
– О чем ты, какую перспективу? – спрашивает лорд из Суффолка.
– Проблема куда больше, чем исчезнувшие рыцари. Разве нам не надо обдумать, что делать с Аннуном?
– Делать с ним?
– Как его восстановить? Ферн и Олли описали нам опустошение в Аннуне вокруг обнаруженной бреши. То же самое в Кембридже. Уверена, и не только в нем.
Несколько голов кивают.
– Ладно. Аннун умирает, точно так же, как в конце правления Артура. Есть какие‑то письменные источники, которые говорят о том, что произошло потом? Знаем ли мы, как возродился Аннун?
– Разве у вас в архивах этого нет? – кривится лорд из Оксфорда.
– Мы сосредоточены на науке Аннуна, а не на истории, как вам прекрасно известно, Робин, – отвечает Кайрис.
– В наших архивах кое‑что есть на этот счет, – говорит Ашер. – В Аннуне были уничтожены инспайры.
– И после смерти Артура Аннун восстановился? – спрашивает леди Каур. – Значит, надо убить Мидраута и спасти Аннун.
– Не совсем так, – возражает Ашер. – Убийство Артура не вернуло Аннун, хотя некоторые допускают, что оно могло все же как‑то помочь, очень медленно.
– Но что‑то же помогло? – спрашивает лорд Элленби.
– Грааль, – отвечает Ашер. – Они нашли Грааль, но некоторые документы говорят, что они его уничтожили в процессе возрождения Аннуна.
– Записи могут вводить в заблуждение, – возражает лорд Элленби. – Посмотрите, что случилось с Экскалибуром.
– При всем уважении, милорд, записи об Экскалибуре исчезли, но то, что мы имеем, согласуется со всем. А легенда о Граале куда более неопределенна.
– О чем ты? – спрашиваю я.
Ашер смотрит на Робина, лорда Оксфорда, и Робин молча кивает.
– Один момент, пожалуйста, – говорит Ашер и ускользает из комнаты обратно в замок Оксфорда.
Я смутно помню этот замок как некую огромную круглую библиотеку со множеством подземных кабинетов и палат. Через несколько мгновений он возвращается, несет толстую пачку бумаг и выкладывает их на стол. Я придвигаю одну к себе: это изображение средневекового банкета.
– Не могу понять, как это связано с Граалем, – качает головой один из лордов, держа в руке другой лист. – Тут нарисован какой‑то котелок.
– В том‑то и дело, – замечает Ашер. – Для начала, нигде не говорится, что такое Грааль. В некоторых документах он изображен как обеденная тарелка, в других – как котелок, в каких‑то – как чаша. Все весьма несходно, и, боюсь, это заставляет предположить, что он вообще не существует как конкретный предмет.
– Тогда как он существует?
– Как некая идея, – говорит Ашер, и вокруг стола слышится разочарованное бормотание.
Я понимаю почему: Экскалибур был ощутимым объектом надежды, маяком, говорящим нам, что если мы просто сумеем его найти, то окажемся в безопасности. А вот от идеи нам нет никакого прока.
– Единственное, что имеется общего во всех историях о Граале, – они говорят о своего рода просветлении, – продолжает Ашер. – Об изобилии и возрождении. Сотворении. Больные земли исцеляются, давая неожиданный урожай, Грааль приносит процветание.
– Но он, конечно же, должен существовать, – говорит леди Кайрис, – потому что мы знаем, что его использовали для возрождения Аннуна после смерти Артура.
– Вот записи того времени. – Ашер выкладывает некий лист на середину стола.
Буквы на нем яркие – его недавно читали, и не один раз, – но я не понимаю языка.
– Это староанглийский, – поясняет Ашер. – И примерно это переводится так: «Когда земля лежала в запустении и Темный век опустился на Итхр, выжившие рыцари собрались у обломков Круглого стола на совет. Экскалибур лежал в центре Стола, пока шли великие споры о том, как заново наполнить земли Аннуна. Совет спорил три дня и три ночи, и в конце одна выжившая фея, леди Гвиневра…»[1]
– Гвиневра? – шепчет кто‑то. – Я не знаю феи по имени Гвиневра.
– Они имели в виду леди Андрасту, – откликается леди Каур.
Мое сердце подпрыгивает. Андраста и была Гвиневрой?
– «Леди Гвиневра, – многозначительно повторяет Ашер, – входит в зал и говорит им, что один из них обладает силой восстановить Аннун, хотя это будет дорого стоить. И было решено, что Ланселот должен отправиться на поиски Грааля и, найдя его, разбить Грааль, и тогда инспайры возродят Аннун и в Итхре начнется великий век науки и искусства».
[1] Гвиневра – супруга короля Артура.
