Точка невозврата. Выбор

– Мари! Мари! Да постой же ты!

Через длинный коридор первого этажа бежала соседка‑белошвейка Флора. Она куталась в халат, стягивая его края на груди. По‑видимому, под ним была только сорочка.

– Пожар, что ли?

– Нет, ― отмахнулась Флора. ― Ты ведь искала работу служанки?

– Гувернантки.

– А есть разница? ― белые бровки белошвейки взлетели вверх. ― Не важно. Если ты все ещё ищешь работу, то зайди с утреца в контору по найму, которая на улице Батраков. Какой‑то господин ищет себе служанку. Убирать там, готовить и всякое такое. Нужна опрятная, аккуратная и трудолюбивая. Приходить нужно три раза в неделю. Платит монетами.

– Фло! ― проголосили из темноты коридора.

– Да иду я, иду! ― прокричала соседка. ― Я порекомендовала тебя. Только Марфена говорит, что у господина этого характер сложный. Ну, ты девушка трудолюбивая.

– Хорошо, я схожу. Спаси…

– Фло! ― мужской голос сделался громче и злее.

– Да не голоси! Я с подругой разговариваю! ― крикнула в ответ Фло. ― Да не за что. Я же знаю, что тебе нужна хорошая работа. Не всё же время рыбу в порту чистить. Только… Тебе бы помыться. Знаешь, накануне как пойдёшь туда, зайди ― дам тебе своё мыло.

– Фло, я так…

Белошвейка печально улыбнулась и, протянув руку, приподняла лицо девушки за подбородок.

– Ты хорошая. Не для тебя всё это. Я вот не хочу всю жизнь здесь прозябать и тебе не стоит, а то как Клара скатишься. Ну, ты знаешь Клару. Кто теперь о ней вспомнит? Я да её старая мать. Жалко. Ладно, иди уже.

Фло развернулась и скрылась в темноте. Мари от волнения закусила губу. Конечно, служанка – это не гувернантка, но всё же лучше, чем ничего, а при должном расходовании средств, она сможет заработать на приличного доктора для матушки и даже, если наберётся опыта, скопить немного на колледж для Эльзы.

Окрылённая мечтами о счастливом будущем, Мари взлетела вверх по хлипкой лесенке. Позже она стояла перед кроватью и уныло разглядывала все свои три платья. Одно ― для прачечной, второе ― обычное из серой ткани, издали похожее на половую тряпку, и третье ― чёрное. То самое, траурное, оставшееся от прежней жизни.

– Чего смотришь? ― Эльза залезла на кровать с ногами.

– Платье выбираю.

Сестра сосредоточенно осмотрела имеющийся небогатый выбор.

– Тут и выбирать нечего. А куда надо?

– На работу. Нужно быть опрятно одетой.

– Тем более, выбирать нечего.

Эльза скомкала платья, оставив только чёрное.

– Придется отпарывать кружева и оборки, ― с сожалением заметила Мария.

Платье было красивым, хоть и старомодным. Очередная… незначительная потеря. Эльза осторожно потрогала тонкое кружево.

– Жалко…

Матушка отодвинула занавеску, которой отгораживалась кровать. Растрёпанные волосы были едва прикрыты чепчиком.

– Мариша, что ты делаешь?

– Готовлю платье к работе. Какому‑то господину нужна служанка.

Женщина нахмурилась.

– Служанка? ― в голосе едва скрывалось раздражение. ― Зачем тебе это? Ты никуда не пойдёшь! Можно ещё немного поискать, и тогда ты точно получишь место получше. Конечно, работа гувернантки не соответствует твоему положению, но скажем, если детям герцога Олдена понадобится воспитательница, это будет почти соответствовать твоему статусу.

Матушка закашлялась и задёрнула занавеску. Эльза возвела глаза к небу, но, поймав строгий взгляд сестры, потупилась. Мари уже давно привыкла к странным речам матушки. Было похоже, что разум её пребывает в каком‑то неведомом иллюзорном мире, и никакие логические доводы не способны переубедить и вырвать её из этих видений. В самые тяжёлые дни матушка возвращалась в прошлое и уверяла всех, что вот‑вот придёт Луни и заберёт их. Возможно, Мари поверила бы в это, если бы самолично не видела тело отца, повесившегося в собственном кабинете.

Отбросив ненужные мысли, Мари вернулась к куда более насущным делам. Просидев больше половины ночи за шитьем, она проснулась ранним утром невыспавшейся и уставшей. Тем не менее, настроение впервые за много лет было приподнятым.

Из‑за занавески послышался кашель матери. Её удалось покормить теплой овсяной кашей с неприятным металлическим привкусом. Эльза раскапризничалась, размазав кашу по тарелке, но быстро успокоилась, усыпленная болезнью и слабостью. Уложив ее рядом с матерью и укутав обеих в одеяла, Мари отправилась на собеседование.

 

***

 

Весь берег Ничейного залива от Фриотских гор до границы с Фальтурой был усыпан небольшими бухтами. Некоторые казались совершенно непригодными для кораблей из‑за подводных рифов, но их очень любили всякого рода контрабандисты. В одной из таких бухт, где рифов было совсем немного, и расположился городок Рейне. По всей видимости, только благодаря незаконной деятельности он и появился. Правда, лет эдак сто назад король Артрина Вильям I устроил знатную чистку, но помогло это мало: всякие дельцы хоть и поутихли, но довольно быстро восстановили прежние связи. Порт Рейне использовали для дешёвой зимовки немногочисленные торговцы, что вели дела с рудниками в Фриотских горах, хотя находились и дороги получше, и порты почище.

Оттого Рейне слыл маленьким провинциальным городком, где можно было провернуть нечестные делишки. Поэтому Фени́ и выбрал его для своей самой авантюрной, как его сподвижники считали, идеи. Найти человечка с деньгами оказалось довольно просто. Зигмунд Орѐн не понравился Фени́ с первого взгляда ― высокий красавчик с глуповатой улыбкой, но именно такой и был способен на афёру.

– Раз всё оговорено, значит, можно ударить по рукам, ― Эдди протянул руку для пожатия, но Зигмунд не обратил на это внимание.

– Раз на этом всё, я буду ждать результатов. Когда, кстати?

– В сентябре придёт первый корабль, ― ответил Фени. ― А следующий в ноябре. Как только сделка будет заключена, мы передадим вам чеки и векселя.

– Я предпочитаю более надёжный… как его там, ― Зигмунд сделал несколько странных движений руками. ― В общем, либо золото, либо любой другой физический аналог денег.