Точка невозврата. Выбор
Несмотря на грозный вид и явное пренебрежение манерами, мистер Кафер оказался человеком того рода, что все в этом мире воспринимает с толикой серьезности и сарказма. Он мог запросто спросить, почему платье чёрное, несмотря на то, что ответ был очевидным. Он не был груб, не давал повода усомниться в своей порядочности и всегда держался на расстоянии. Когда Мари приходила, мистер Кафер запирался в своем кабинете и выходил оттуда, когда с уборкой было покончено. Единственным местом, куда Мари запрещалось заходить, ― его кабинет. «Перепутаешь ещё всё», ― говорил мистер Кафер. Сама девушка не решилась убедить его в обратном.
Мари давно не готовила что‑то помимо овсяной каши и лепёшек, но старательно вспоминала, чему её учили раньше. В первый раз на приготовленную еду мистер Кафер посмотрел с сомнением и даже недоверием, но попробовал и не высказал никакого недовольства. Вручая оплату за месяц, он дружелюбно похлопал Мари по плечу и сказал:
– Хорошо. Мне нравится твое трудолюбие. Не ленишься, не считаешь ворон. Место твое. Только, ― он поднял указательный палец, ― при одном условии. На следующей неделе приготовь стейк из говядины и жареный картофель. Если ещё раз увижу отварную курицу, то закукарекаю.
– Да, сэр.
Он только покачал головой. Закрыв за собой дверь квартиры, Мари услышала раскатистый смех.
Нет, у мистера Уолвертона Ренри Кафера был не тяжёлый характер, просто он ценил в людях то, что давно обесценилось в этом мире.
Получив жалованье за месяц, она наконец смогла купить в аптеке «синего дыма». Подожженный в маленькой кадильне, он распространял приятный травянистый аромат, от которого матери и сестре становилось легче. На третий день маму почти перестал мучить кашель. Она, не морщась, встала с кровати и прошлась по комнате. Эльза же и вовсе принялась прыгать, словно кузнечик.
Впервые за долгое время они смогли позволить себе что‑то, кроме дешёвых овсянки, овощей, рыбы и муки. Это давало надежду продержаться ещё какое‑то время, когда Мари наконец смогла бы оплатить настоящего доктора. Оставшиеся деньги она спрятала в самый укромный уголок комнаты.
***
В Рейне пришла осень. Сентябрь выдался сухим, но ветреным и холодным.
«Роза» благополучно выгрузила товар в маленькой бухточке и торжественно вошла в порт. Её пришвартовали на сорок седьмом причале. Фени́ наблюдал за этим в отдалении. Его забавляла бессмысленная суета матросов. Жаль, он не сможет посмотреть, как вытянутся лица агентов, когда они обнаружат, что с «Розой» всё в порядке.
Первый ход сделан.
Глава 3. Обманка
Что значит имя? Роза пахнет розой,
Хоть розой назови ее, хоть нет.
У.Шекспир
― Что это?
Ротгер старший приподнял за уголок несчастный финансовый отчёт. От гнева у старика тряслись руки, и выступили красные пятна на лице. Рене с напускным равнодушием рассматривал листок.
– Отчёт Ренри Кафера.
Глава конторы яростно скомкал документ и бросил его в подчиненного. Тот ловко увернулся.
– Ренри Кафер умный малый и отличный специалист! А ты портишь ему репутацию своими писульками.
Рене нагнулся и, не вставая со стула, подобрал листок. Развернул его. Ровные столбики цифр и букв вызвали у него желание выпить.
– Думаю, что старина Ренри меня простит. Когда мы, конечно, встретимся ― всё‑таки на тот свет я пока не собираюсь. Оттого и проблемы не вижу.
На щеках старого счетовода заходили желваки.
– Если ты и дальше будешь показывать свой непрофессионализм, то в конечном счёте попадёшься. Помяни моё слово!
Рене метко бросил листок в мусорку.
– Каспар, я же не бухгалтер. Для меня ваши счета, дебеты, етить их, с кредитами просто бессмысленная тарабарщина. Этот отчёт составлял кто‑то из канцелярии. Если не нравится, передай им, чтобы лучше старались или сделай всё сам. Я и так трачу бесценное время, приходя сюда.
Ротгер злобно стукнул по столу.
– Я устал. Как же я устал! Уже шесть месяцев ты тут. Сколько ещё?
– Сколько понадобится.
Старик скривился и глухо проворчал:
– Упасите меня, боженьки, от дилетантов. Я так больше не могу.
Рене прекрасно понимал невольного товарища по своей операции и в то же время ничуть не поверил ему.
– Корона неплохо тебе приплачивает за мое прикрытие. Так что…
Ротгер поднял морщинистое лицо и криво усмехнулся.
– Этой вашей платы едва хватает, чтобы покрыть расходы от твоей так называемой работы.
Рене пожал плечами: его мало волновали отчёты и сложности Ротгера. Вся эта история с новой личностью вызывала одни только проблемы. Конечно, Рене прекрасно понимал, что если бы в город приехал не скромный бухгалтер Ренри Кафер, а следователь столичного полицейского управления лорд Рене Асмадер, то все работорговцы, контрабандисты, заговорщики попрятались бы по своим норам и носа не высунули. Или же Рене отправился бы домой особым грузом, и старая подруга Эн не простила бы ему столь постыдной кончины.
Поэтому приходилось терпеть неудобную личину. Вот не был Рене шпионом. Не его это. А что делать? Прав старый Ротгер: упасите Боги от дилетантов.
– Ладно, хватит ворчать. Давай к делу. Что удалось узнать?
Каспар, хоть и любил посетовать на жизнь, дураком не был. Конечно, он переделает злополучный отчёт и по возможности прикроет Рене. И всё же они оба понимали, что фальшивка долго не продержится. Не настолько хорошо Рене мог держать чужую личину, и волей‑неволей сквозь чопорный, прохладный характер мистера Кафера проскальзывала грубая, неряшливая и буйная натура Асмадера.
– Что‑то узнал, ― Ротгер лукаво прищурился. ― Немного, но тебе пока должно хватить.
Старик достал из ящика стола стопку бумаг:
