Вандор. Повесть Кэйлина

Кэйлин, в свою очередь, перебил Фарми:

– Я очень уважаю вас. Через мгновение я вернусь к работе, успокойся.

Фарми:

– И на кой чёрт ты тогда ко мне подошёл?!

Посмотрев в сторону гор и вновь в глаза Фарми, Кэйлин сказал:

– А что там? За теми горами? Что за этим лесом? Почему ты… вы сидите в своей маленькой долине и не выходите за её пределы? Хоть я многое знаю, но с каждым днём я понимаю, что на самом деле ничего не знаю. Я не знаю, о каких королевствах ты говорил, я не понимаю, как выглядит наш мир, я не знаю, на какие троны ты хотел помочиться.

Фарми слегка прищуренными глазами посмотрел на Кэйлина, положил руку ему на плечо и сказал:

– Дождись наступления тьмы сегодня. Когда светило зайдёт за горы, я тебе всё расскажу.

Кэйлин кивнул леснику и вернулся к своей работе. Весь этот день у него в голове пролетали мысли о внешнем мире. Он представлял большое поселение с деревянными домами, в которых жили другие гиганты, такие как Галар. Представлял большие каменные постройки, где ходили неизвестные ему женщины и рыцари. Кэйлин всеми силами пытался создать у себя в голове картину другого мира. День был долгим, мужчина стиснул зубы и вернулся к своей работе.

Когда светило зашло за горы, а все нальбиры ушли спать к озеру, небольшая компания деревянной лачуги приступила к трапезе. Кэйлин сидел за небольшим столом на лавке, а Фарми раскладывал разную провизию на столе. Галар сидел в своём тёмном углу, где он обычно всегда и находился, слегка упираясь головой в потолок, посматривал в маленькое окошко. Лесник, как всегда, поставил на стол кашу из жира нальбиров, кислые травы и по две кружки воды. Фарми сел за стол и тут же жадно начал поглощать пищу. Кэйлин задумчиво посмотрел на Галара и спросил Фарми:

– Фарми, я никогда не видел, чтобы Галар ел. Почему он не питается?

Фарми исподлобья посмотрел на Кэйлина и, пережёвывая еду, ответил:

– Он ест. Каждый день.

Рыцарь задумался:

– Да ну?.. И как он питается?

Фарми схватил пучок травы и, прежде чем вкусить кислую смесь, сказал:

– На охоте.

Кэйлин слегка улыбнулся и тоже приступил к еде. Мужчина поначалу терпеть не мог такую пищу, но со временем привык к ней, возможно, даже полюбил её. В один из дней, когда Кэйлина чуть не стошнило от каши, он высказал своё недовольство Фарми, и тот объяснил ему, что такой кашей питаются на войне и в ней много полезных веществ для тела и энергии. С тех пор Кэйлин поедал эту субстанцию с большим удовольствием, а кислые травы придавали блюду более приятный вкус.

После того как Фарми закончил трапезу, он попросил Кэйлина спуститься в подвал, когда тот поест. Кэйлин тут же быстро прожевал остатки еды и направился в подвал деревянной лачуги. Когда он зашёл внутрь, он был удивлён необычной обстановкой: несколько бочек с жиром стояли по центру, а на них лежал какой‑то большой кусок кожи или пергамент. Фарми стоял со свечой по центру и смотрел на Кэйлина. Пришедший тут же спросил:

– Что ты собираешься делать?

Фарми:

– Это полная карта Вандора – мира, в котором мы с тобой живём.

Кэйлин быстро подошёл к карте и начал её рассматривать. Полотно было порвано и потрёпано в некоторых местах, но это не мешало различить многие объекты. Кэйлин сразу же хотел задать кучу вопросов, но Фарми опередил его и начал рассказ.

Сотни мгновений назад, когда не существовало почвы и ветров; когда матери не рождали сыновей; когда первое слово было лишь во мраке, бог Магнор сковал землю и назвал её Вандор, в честь своего священного меча. По давно забытым преданиям, Магнор устал находиться среди звёзд. Бога огорчало одиночество, и решил он создать себе сыновей и дочерей. Первый Бог был настолько могущественным существом, что точно сказать, на что он был способен, невозможно. Магнор отделил силу своей головы и из неё создал своего первого сына, которого назвал Тард. Могущество Тарда заключалось в его неосязаемом уме и бесконечных знаниях. Он мог воплощать из оболочки своего разума абсолютно всё. Магнор выразил уважение своему сыну и нарёк его Первым Мыслителем. Тард решил помочь отцу в создании дочерей и сыновей. Он предложил Магнору отделить силу его волос, чтобы создать самую прекрасную богиню, которая до скончания времён будет освещать пустое небо. Первый Бог так и поступил. Из силы своих локонов он создал прекрасную женщину, которую назвал Налла. Первый Бог нарёк её Богиней Взора, и получила она силы элементарий и чудосвятости. Налла склонила колено перед отцом и предложила помощь в создании братьев и сестёр. Отец согласился, и Налла окружила любопытством священный меч Первого Бога – Вандор. Она сказала: «Мой бог, коль у нас есть Ум Великий, твоё Могущество и моя Красота, нужен нам защитник». Магнор понял пожелание дочери и вытянул силу из Вандора, дабы создать нового сына. В этот миг тысячи звёзд пылали, а пустоту осветил лучезарный луч, из которого вышел Зарим – второй сын Первого Бога. Магнор нарёк сына Судьбоносным и даровал ему силы возмездий. Зарим, как и все остальные, склонил колено перед отцом и тоже предложил помочь создать брата, последнего ребёнка Первого Бога. Магнор сомневался, нужно ли ему ещё одно дитя, но Зарим настоял и переубедил отца одной фразой: «Какое возмездие без конца?» Магнор задумался и позволил сыну самому создать брата. Судьбоносный вывел силу из сердца Первого Бога и создал себе брата. Зарим назвал его Камор, нарёк Создателем Небытия и наделил его силами смерти. По крайней мере, той смерти, о которой мы имеем представление.

С самого рождения у Камора был холодный взгляд, и он плохо ладил со своими сородичами, но выказывал большое уважение своему отцу – Первому Богу Магнору.