Запретный трофей

Он сильнее вдавливает педаль газа в пол, а я почему‑то хватаюсь за ручку двери. Причем, я когда‑то читала, что так делать опасно, при аварии вполне можно лишиться руки вместе с отлетевшей в сторону дверцей, но скорость сейчас не большая, а вот ухабы огромные и от этого нас трясет словно едем мы в телеге, а не в авто бизнес класса.

– Твою мать, – ругается Вадим и резко бьет по тормозам. Я успеваю заметить лишь силуэт какого‑то животного в свете наших фар, но оно быстро скрывается за кустами.

– Кто это был? – голос дрожит, а пальцы на ручке двери сводит от напряжения, но тем не менее, я не спешу их убирать.

– Не знаю. Лиса какая‑нибудь. Или бобер, я только хвост длинный увидел. Может, вообще собака.

Он коротко ругается и снова нажимает на педаль газа, машина громко ревет, но с места не двигается.

 

Глава 12

 

В течение нескольких минут Вадим тщетно пытается выехать из грязи, а затем громко матерится и выходит из машины. От того как громко он хлопает дверью, у меня в голове звенит еще несколько секунд. Я понимаю, что он зол. Еще бы, в свой день рождения застрять в грязище где‑то посреди леса с малоприятным тебе человеком. Но с другой стороны, я же не виновата. Хотя… если Милана сказала ему, что мы едем по моим делам, то логично что и злится он на меня.

Я разворачиваюсь на сиденье и пристально всматриваюсь в темноту, пытаясь разглядеть его силуэт. Но на улице так темно из‑за проливного дождя, что я не вижу ни его, ни дороги, ни обочины. Поэтому когда через пару минут он возникает у моего окна, я вздрагиваю и едва сдерживаю крик.

– Пересаживайся на водительское, – командует он. – Я сейчас подложу ветки под задние колеса, а ты попробуешь выехать.

Я молча киваю и собираюсь выйти из машины, но он преграждает мне путь:

– Перелезай так, вымокнешь же.

– Хорошо, – покорно соглашаюсь, скользя взглядом по его мокрой одежде. Черная ткань сейчас облепляет каждый мускул на мощной груди и плечах, а если учесть, что на мне белая футболка, не хотелось бы чтобы ее постигла та же участь.

Пользуясь тем, что он уже захлопнул дверь за собой, я подтягиваю свою юбку вверх и аккуратно перелезаю через коробку передач. У меня нет водительских прав, но водить я умею, отец не раз сажал меня за руль своей “шестерки”, поэтому я знаю что делать. Но несмотря на это все равно сталкиваюсь с проблемой. Вместо замка зажигания здесь кнопка и я клянусь, что видела как Вадим просто тыкал в нее пальцем и машина тут же завелась. Однако, когда я проделываю то же самое, загорается подсветка, включается радио, но мотор и не думает заводиться. Да что ж такое? Снова и снова тыкаю в эту кнопку в надежде, что машину одумается и спасет меня от позора.

– Тормоз зажми, – Вадим снова появляется со стороны пассажирской двери. – И одновременно с этим кнопку.

– Спасибо, – киваю ему и по‑детски радуюсь тому, что эта чертова машина, наконец, завелась. Приоткрываю окно, чтобы слышать его команды и кожа тут же покрывается мурашками от холодного воздуха и летящих на меня капель.

Следующие полчаса мы работаем в таком режиме: Вадим подкладывает новые ветки и доски, а я пытаюсь выехать. Тщетно. Ничего не работает.

Один раз мне удалось проехать чуть меньше метра и машина снова увязла в густой грязи. Мне кажется, после этого мы оба поняли, что выехать отсюда, по крайней мере, пока не прекратится дождь, у нас не получится. Но тем не менее, еще больше часа Вадим продолжает пытаться.

Я сижу в салоне и то умудрилась озябнуть и сейчас усиленно растираю кожу ладонями. Представляю каково Вадиму – полтора часа находиться под проливным дождем. Это, видимо, сработала карма за его сарказм по поводу нежелания объяснять моему парню откуда у его девушки воспаление легких. Хорошо, что у Вадима девушки нет, не хотелось бы мне выслушивать чьи‑либо претензии.

Хотя, у него есть Марина и пусть они официально вроде как не встречаются, вряд ли это остановит ее от претензий. Вот черт! Только сейчас до меня доходит, что из‑за отсутствия связи мы не можем никого предупредить, что задержимся. Представляю как Ник будет переживать. Впрочем, они знают адрес, по которому мы поехали, может они уже едут нам навстречу? Надеюсь только, что машину они выбрали повыше. Насколько я поняла, сегодня собирается довольно большая тусовка, наверняка у кого‑нибудь найдется полноприводная тачка помощнее. Не хотелось бы мне провести всю ночь с Вадимом в машине.

Благо, он не знает о наличии кинжала на заднем сиденье, а то… Ну ладно, после нашего разговора и его “почти извинения”, я уже, конечно, не считаю, что он попытается меня убить и прикопать в ближайших кустах, но, все‑таки, так мне будет спокойнее.

Однако, чем больше времени проходит, тем меньше я верю в наши шансы на спасение. Даже Вадим, судя по всему, смирился с тем, что вытолкать машину у нас не получится и открыв дверь с моей стороны, заявляет:

– Заблокируй двери и сиди здесь. Я схожу на разведку.

– На какую разведку? – возмущаюсь я, стуча зубами. – Я не хочу оставаться здесь одна. Мне страшно.

– Там страшнее, – кивает он за свою спину. Я невольно перевожу взгляд за ним и понимаю, что он прав. На улице кромешная тьма и дождь льет сплошной стеной. На Вадима больно смотреть – он вымок до нитки, а темные джинсы не только намокли, но и обильно пропитались грязью. Его когда‑то белые кроссовки заполнились хлюпающей коричневой жижей, а сейчас мало напоминают творение именитых дизайнеров.

– До того как связь отрубилась, я видел какую‑то деревню на навигаторе. Попробую поискать цивилизацию.

– Ты оставишь меня одну? – слегка заикаясь интересуюсь.

– А ты хочешь прогуляться со мной под проливным дождем? – играя бровями интересуется он. Смотрится он при этом… несправедливо он, короче, смотрится. Уверена, если бы я провела полтора часа под ливнем, я бы выглядела как облезлая болонка, Истомин же выглядит, словно его специально окатили водой из шланга перед съемкой в каком‑нибудь мужском журнале качков.

– А если ты не найдешь дорогу назад? – подозрительно интересуюсь, не решившись озвучивать более правдоподобную версию “что, если ты найдешь цивилизацию и решишь переждать стихию там, пока я тут помираю от страха и холода”.

– Если у тебя в сумочке завалялся клубок ниток от Ариадны, то давай его сюда, если нет, то придется тебе смириться и верить в лучшее, – с усмешкой заявляет он и закрывает дверь.

Я тут же блокирую ее и снова тянусь за телефоном. За последний час я проверяла его раз двадцать, но каждый раз результат был одинаковым – значок связи прилежно демонстрировал мне, что занят поиском сети, но она, зараза такая, не желает находиться.