Аномальный Наследник. Князь и Канцлер

Что же касается моих виртуальных полей сражений, то и там тоже всё более‑менее нормализовалось. По крайней мере, таких острых баталий, как в декабре в «Триединстве» уже нет. Но «наши» обозреватели находят спорные темы не только во внешней политике, но и во внутренней. А наши эсбэшники редактируют их сценарии, чтобы случайно не перейти черту.

Обозреватели Канцлера отвечают зеркально. В общем, бодаются бравые интернет‑воины друг с другом, стирая пальцы о клавиатуры.

А фактически в интернет‑пространстве паритет.

В экономической сфере тоже достигнуто хрупкое равновесие. Умышленно задавить нас Канцлер не пытается, но некоторые имперские аристократы, будто желая выслужиться или хотя бы не замараться связями с нами, игнорируют наших вассалов. Но на свободные места приходят другие аристократы. Княжеские или такие же имперские, но более дальновидные.

В общем, как я и предполагал, в начале года ситуация для княжества Енисейского складывалась вполне благоприятная. У нас была возможность и, что самое важное, время продолжать наращивать мощь: экономическую, политическую и военную, чем мы и занимались.

Постепенно приближалась предполагаемая дата родов Сони – четвёртого мая.

Вот только перед этим важным событием нас с Соней ожидало одно важное «рабочее» мероприятие. На тридцатое апреля была назначена свадьба наследного великого княжича Крымского и любимой внучки Канцлера.

Хоть я и говорю «нас», пережить это мероприятие нам предстояло раздельно.

– Да не хмурься ты так, – поглаживая огромный живот, усмехнулась Соня ранним утром тридцатого апреля.

Мы вдвоём стояли в спальне нашего недавно построенного дома в Енисейске. Я только что вышел из гардеробной, был вроде бы готов покинуть комнату, но отчего‑то медлил.

В голове роилось мысли. Я бы с радостью остался в Енисейске, но проигнорировать столь важное событие князь не может.

– Я не буду задерживаться и сразу полечу домой, – взяв жену за руки, проговорил я.

– Дорогой, – с лёгким укором сказала Соня. – Не похоже, что наш сын решит выглянуть и посмотреть на мир в ближайшие два дня. Я не сомневаюсь, что ты успеешь вернуться и вместе со мной будешь ещё пару дней томиться в ожидании.

– Если вдруг начнутся роды – сразу мне звони, – серьёзным тоном сказал я.

Соня вновь улыбнулась и коснулась ладонью моей щеки.

– Обязательно, – пообещала она.

Я аккуратно обнял её и поцеловал. Затем положил руку ей на живот. Десять секунд так простоял. Мне показалось, что наш сын с «обратной стороны» отбил мне пять.

– Ладно, – бодро произнёс я, – пора.

Мы с Соней спустились в холл, куда уже вышли и другие важные женщины, остающиеся в княжестве вместе с моей супругой: тётя, тёща, наша целительница Вероничка…

Вадим тоже был в холле. Но это понятно, он летит со мной.

Десять минут всеобщего прощания, и вот мы с Вадимом вышли на улицу.

А затем спустя семь часов я прибыл в столицу великого княжества Крымского – в Севастополь. Правда, направился я не в центр города, где стоял местный Кремль и жила великокняжеская семья, а на север от столицы.

Как мне рассказывали друзья, во время моей свадьбы Оксана Годунова поделилась с ними сокровенными мечтами о том, что хочет свадьбу под открытым небом на берегу моря.

Собственно, такой её свадьбу и организовали – в одной из загородных усадеб Нарышкиных.

Пока наш кортеж ехал по прибрежной дороге, а я любовался бескрайним Чёрным морем, в тёмной глади которого отражались лучи жаркого солнца, голову мою снова посетил беспардонный рой тяжёлых мыслей. Начиная от того, что непривычно ехать на приём в одиночку, и заканчивая тем, что приём этот довольно‑таки особенный.

И дело тут не только в том, что на нём будет присутствовать много Годуновых во главе с Канцлером, а также вся высшая аристократия империи.

Нет.

Всё куда сложнее.

Разговоры о том, что Российская империя идёт на сближение с Британией и Франко‑Испанией перестали быть разговорами. Несмотря на локальные стычки наших княжеств и кланов неприятеля по всему миру, или на открытый конфликт в Северном королевстве, представители высшей аристократии Британии и Франко‑Испании уже не раз были замечены в нашей стране.

Как правило, встречались они с членами имперских «министерских» родов (родов, из которых происходят министры), или с членами родов градоначальников.

То есть с высшей имперской аристократией.

Хотя наши эсбэшники и эсбэшники союзных княжеств докладывают, что условно вражеская заграничная аристократия не только с нашими имперцами мосты наводит, но и с некоторыми княжествами… Правда, стоит учитывать, что, в отличие от высшей имперской аристократии, княжеская аристократия не является мерилом общего направления имперской политики…

В общем, до дружественных азиатских стран дошли нехорошие слухи о потенциальном сближении.

А Канцлер решил использовать свадьбу внучки в качестве плацдарма для эдакого международного саммита.

Кроме русских князей, в Крым прилетели китайцы, японцы, корейцы, немцы, и… британцы с франко‑испанцами.

Вот в такую вот клоаку меня несёт в то время, когда моя супруга может начать рожать моего наследника в любой момент.

Моего первого ребёнка в обеих жизнях.

 

Глава 3

 

– Как же странно видеть тебя без пары, дружище, – усмехнулся Арвин, подходя ко мне под ручку с Юлей.

– Ага, сам не могу привыкнуть, – отозвался я, пожав руку своему лучшему другу и кивнув его невесте.

Втроём мы остановились под старой вишней, вдыхая полной грудью свежий морской воздух.

– Поздравил уже новобрачных? – с хитринкой в глазах спросила великая княжна Казанская.

– Да кого там. К ним не протолкнуться.

Мы перекинулись ещё парой фраз, а затем я в шутку поинтересовался у этой парочки, что они думают, о том, что Нарышкин и Годунова женятся раньше них.

– Спешка, мой друг, как тебе известно, нужна лишь в трёх случаях, – наставительно поднял указательный палец княжич Новочеркасский.

Я усмехнулся и перевёл взгляд на Юлю.