Диадема

– Ну что, народ, – услышал Демьян голос, на который почему‑то оборачиваться не хотелось. – О чем беседа?

Парень, который оказался возле них, был чуть ниже и тоньше Демьяна, а потому шлем на нем смотрелся несколько нелепо. Выглядел он так, что ему бы скорее подошла шапочка из фольги.

– Джет, – промурлыкала Делфи и стукнула гостя по плечу. – Посмотри на него, не проспал.

– Не могу противиться силе родственного притяжения, – довольно заметил парень.

– Чьего притяжения? – При виде Джета девушка почти забыла про Демьяна, от чего тому стало даже немного обидно.

– Кто из вас мне тут родная душа? – подмигнул Джет. – Только ты, красотка. Кстати, вот тебе оберег на счастье.

Жестом фокусника Джет извлек из глубин перчаток два одинаковых браслета, на вид металлических. Один он отдал Делфи, второй защелкнул на своем запястье.

– О, ты про эту штуку рассказывал, – вспомнила Делфи. – Ну давай, раз так. Вроде симпатичный… спасибо.

– А мне нет? – спросил Демьян.

– Прости, братишка, – ухмыльнулся Джет. – Третьего не завезли. Но ты ж меня и так любишь, правда?

– Ага, – пробурчал Демьян. – Безгранично. Проверим связь? На личном канале.

Он сунул наушник в ухо.

– Давай, – согласился Джет.

– Только потом на общий переключиться не забудьте, – крикнула Делфи. – Симеиз по главному обращаться будет.

– В курсе.

Палец Демьяна перещелкнул колесико на рации, закрепленной в кармане разгрузки.

– Джет, как слышно? – спросил он.

– Хорошо, – отозвался голос в ухе. – Резерв для личной связи оставляем на девятом?

– Конечно. Джет?

– Да?

– Ты любишь тишину?

Винты раскрутились настолько, что слышать друг друга уже можно было только в наушниках.

– Тишины не бывает, брат, – ответил Джет. – Это фантастика.

– Ну‑ну.

Они присоединились к бойцам, шагавшим к вертолетам. Каждый нес автомат в одной руке и рюкзак в другой.

– Точно тебе говорю, – продолжал Джет. – То, что ты называешь тишиной, – оглушающий звон в голове. Звон нереализованности. Он всегда приходит, когда заняться нечем.

– Как скажешь. – Демьян схватился за поручень, забрался в вертолет, уселся на первое же свободное место, прижимая к себе снаряжение. – Тогда чем мы сейчас занимаемся?

– Творим историю.

Делфи, стоящая у кресел пилотов, посмотрела Демьяну в глаза, выразительно постучала себя по шлему. Демьян запоздало переключился на общий канал, надеясь, что Джет так и останется разглагольствовать на девятом.

Кто‑то снаружи задвинул дверь. Вертолет поднялся, начал плавно набирать высоту. Демьян посмотрел в иллюминатор.

Поле купола было видно во всей красе, и оно производило гнетущее впечатление. Вершины Каньона выглядели как прервавшиеся снизу могильные плиты на гробницах титанов. Все место словно предупреждало простых смертных: не влезать сюда.

Демьян надвинул на глаза визор, нажал кнопку включения. Картинка сразу позеленела. Стал отчетливо виден браслет на запястье Делфи.

– Группа «Прима», – заговорил в ухе начальственный голос. – Это Симеиз. Операцию подтверждаю. Начинайте. Удачи вам всем.

– Так, народ! – прокричала девушка на том же канале. – Вы знаете, что делать. Мы приближаемся к дыре в куполе. Ориентируйтесь по визору, он все хорошо показывает. Прыгаем в строгой очередности. Буду напоминать, если кто забыл. И помните: не сталкиваться друг с другом!

Делфи добралась до двери, с трудом отодвинула ее. Демьян не к месту задумался, почему на вертолетах «Интервала» все никак не установят автоматическое управление подобными штуками, и тут же решил, что даже тогда девушка поступила верно, открывая дверь в одиночку. Тем самым она дала остальным понять, что начиная с этого момента рассчитывать можно только на себя.

Бойцы группы «Прима» встали в проходе, держась строгой цепочкой в заранее оговоренном порядке.

– Вперед, – скомандовала Делфи. – Джет.

Парень юркнул в проем и успел едва мелькнуть в иллюминаторе. Демьян запоздало постарался его рассмотреть, наклонился. Машинально стукнулся шлемом о переборку. Его сердце упало, потому что он понял, что только что едва не сломал себе визор. Или потому что Джета внизу он так и не увидел. Демьян сам не понял, что конкретно расстроило его сильнее, и на душе стало еще тоскливее.

Остальные бойцы тут же последовали за Джетом. Демьян сосредоточился, вздохнул, дождался своего имени и решительно шагнул вперед.

Ледяной ветер тут же атаковал незащищенные участки лица. Демьян задышал ртом, и горло словно обледенело. Пальцы в левой руке свело противной судорогой. Демьян расставил руки и ноги как мог, расправляя костюм‑крыло. Поначалу ему казалось, что никакого эффекта нет, и лишь по очертаниям купола внизу он понял, что полет худо‑бедно стабилизируется. Только бы не столкнуться ни с кем. Только бы не столкнуться…

Мысленно цепляясь за собственный опыт двух прыжков на вингсьюте, Демьян попытался сосредоточиться на показаниях визора и игнорировать оранжевые фигуры, летящие перед ним. Подсознание требовало следить за колонной, но Демьян понимал, что задача совсем в другом. Им недостаточно просто приземлиться. Им нужно влететь в конкретное окно, или же они впечатаются в стенки купола Липецкого Каньона.

Рация начала испускать жуткие помехи, терзающие уши. Снизить ей громкость не было никакой возможности. Демьян стиснул зубы и скоро понял, что почти не контролирует падение – жуткий купол влиял на него не просто физически. От него несло жаром, статическим электричеством и еще непонятно какими эффектами.

Тут Демьян осознал, что версии об искажении законов физики Ликана могли быть не просто версиями. Джет давно пропал из виду, и Демьян в любом случае уже не мог бы отличить его ускользающий силуэт от других летунов.

И тут он ощутил сильный удар в бок, словно на него налетела гигантская летучая мышь. Столкновение! Сердце Демьяна пропустило удар, затем забилось в бешеном темпе. Купол начал вращаться перед глазами, в итоге оказавшись наверху. Вестибулярный аппарат отозвался не сразу. Демьян все равно понял, что напрочь сбил себе траекторию полета и просто падает камнем, к тому же спиной вниз.

Он не заметил, кто именно в него влетел, но безошибочно успел опознать мелькнувший перед ним браслет на запястье.