Две дамы и галечный пляж

– Один! – водитель даже немного удивился. – Отец Георгий. А, вы про отца Софоклиса? Так он не служит уже, да и не помнит почти ничего. Вот, греется на солнышке, кошек прикармливает. Он ещё в юности пострадал очень, говорят, года три даже встать не мог, не то, что ходить – а потом милостью святой Бригитты выправился потихоньку. Но несколько лет назад из Афин прислали отца Георгия, и Софоклис сразу как‑то сдал… Память стал терять, слепнуть. Кошки‑то, они на больных местах лежат, где его пираты ломали и резали.

– Пираты? – ахнул Юрка. – Настоящие?

– Да уж не игрушечные, – водитель покачал головой. – Откуда‑то из Влёры набежали, со стороны Албании, народу похватали, пограбили…

– Это в каком же году было? – Полина удивилась.

Пираты? Вот сейчас, недавно, в Союзе королевств?

– В самом конце прошлого века, не то две тысячи девяносто восьмой, не то девятый…

За разговором экипаж проехал городок насквозь, и перед ними выросла высокая ограда, оплетённая ежевикой и синим вьюнком. В ограде этой была небольшая калитка, распахнутая настежь, а за ней виднелись клумбы, кусты роз, аккуратно подстриженные деревья и дальше, в глубине, белая стена дома.

– Можно войти здесь, мисс Майнд, или объехать вокруг и к главным воротам, – пояснил водитель, так и остающийся безымянным. – Но вообще‑то, похоже, вас здесь ждут, – хмыкнул он.

Полина увидела идущую по дорожке им навстречу высокую фигуру в платье и белоснежном фартуке, узнала в ней Биддер, и поняла: приехали!

 

При всей своей суровости – а может быть, и благодаря ей! – Биддер распорядилась обо всём наилучшим образом. По её кивку усатый водитель подхватил чемодан и рюкзак и понёс на второй этаж, а горничная склонила голову перед гостями:

– Мисс Майнд, мастер Джордж, прошу вас следовать за мной.

Комнаты им отвели на втором этаже.

Большая спальня с белыми стенами и прохладным полом из терракотовой плитки была полутёмной из‑за закрытых ставней. Полина подошла к окну, открыла деревянные решетчатую створку и задохнулась: море! Вот оно, совсем рядом, только пройти по дорожке между розовых кустов, выйти в ворота – и окажешься на широкой полосе серой мелкой гальки.

Юрка притих за её плечом, потом спросил:

– И у меня тоже будет… так?

– Пойдём, посмотрим? – предложила ему тётушка.

Его комната оказалась соседней, точно такой же, и за окном точно так же было море. На тумбочке возле кровати стоял стакан с молоком и тарелка с кексами и печеньем.

– Ещё очень рано, – пояснила Биддер. – Миледи предположила, что вы захотите прилечь и отдохнуть с дороги, а потом уже вместе с ней позавтракаете. Ванная у вас одна на две спальни, это не смутит?

Разумеется, они захотели. И молоко оказалось очень кстати, и печенье пошло на ура, и спать после всего этого захотелось так, что Полина чуть было не уснула прямо как была, в джинсах и футболке. Могучим усилием воли она всё это сбросила прямо на пол, пробормотала «Потом постираю» и упала в кровать.

 

Глава 3,

(в которой выясняется, что наличие соседей иной раз отлично слышимо)

 

К десяти утра солнце уже жарило вовсю. Терраса, где был сервирован завтрак, занимала почти целиком западную сторону дома и утром находилась в тени, да и увивающий её виноград не давал горячим лучам шанса проникнуть туда и обжечь собравшихся. И всё же Полина, выпив первую чашку кофе, с сожалением покачала головой.

– При всей моей любви к хорошему кофе эта погода для воды со льдом! Камилла, вы не будете возражать, если мы начнём с моря?

Леди Камилла улыбнулась.

– Я даже составлю вам компанию, но с одним условием. Нет, с двумя!

– Какими?

– Во‑первых, Джордж донесёт до пляжа шезлонги. А во‑вторых, мы задержимся там не дольше, чем до полудня, иначе вы оба обгорите.

– Ну‑у… – протянул Юрка, рассчитывавший просидеть в воде весь день.

– Правильно, – твёрдо сказала ему Полина. – Не заставляй меня пожалеть о том, что я тебя взяла с собой!

 

Накупавшись и наплававшись в тёплой, прозрачной, какой‑то ласковой воде, дамы растянулись на шезлонгах в тени огромного зонта. Юрка, плававший как рыба, только помотал головой на предложение вылезти.

– Ну как, вы пока не жалеете, что приехали? – поинтересовалась Камилла.

– Нет, пока нет, – Полина рассмеялась. – Расскажите мне, куда вообще мы попали?

Леди Конвей пожала плечами.

– Север острова. Как видите, он не особо плотно населён, – она кивнула влево, где сколько видел глаз, тянулся пустынный пляж. – Здесь рядом городок Ахарави, вы через него ехали. Один храм Единого, один – Великой матери, один магазин и два кафе. Очень скучно и тихо, очень размеренно, местечко для таких, как я. Молодёжь едет в Керкиру, там бары, рестораны и всякое такое. Ну, зато здесь, как видите, в море, кроме вашего мальчика, никого.

– Да, у храма мы даже останавливались. Вернее, ваш водитель.

– И отца Софоклиса с его кошками видели? – Камилла улыбнулась. – Удивительный старик… Как‑нибудь напомните, я расскажу вам его историю подробно.

– Напомню… – Полине было лень даже глаза открывать, но любопытство пока побеждало. – А кто живёт рядом? Отелей, кажется, здесь нет?

– Слава всем богам! На этом кусочке побережья несколько вилл, подальше есть пара или тройка апартаментов. А виллы… О, это интересно! – в голосе леди зазвучало предвкушение. – Наша, как вы уже поняли, называется «Магнолия», в честь вон того дерева, – она кивнула на гигантское дерево с большими кожистыми листьями, усыпанное ярко‑красными шишками‑плодами. – Справа от нас вилла «Глория», её на всё лето сняла Соня Мингард.

– Это оперная певица?

– О да! – вдовствующая графиня хихикнула. – Чуть позже вы в этом убедитесь, когда она будет распеваться. Имейте в виду, Соня планирует устраивать вечеринки, и мы заранее приглашены. При ней свита – секретарь, камеристка, аккомпаниатор и ещё кто‑то. Ах да, ещё собака! Мой Бони совершенно счастлив и всё время туда рвётся.

Бони, галльский бульдог леди Камиллы, отличался невероятным любопытством и столь же невероятным – для такого небольшого существа – аппетитом.

– Хм, и кого же она будет приглашать, кроме нас с вами?