Горчаков. Коммандер

Меня как подданного российской короны все это едва ли касалось. Музыканты знали свое дело, угощения оказались выше всяких похвал. Кавалеры были учтивы и остроумны, дамы – загадочны и прекрасны. Но я никак не мог отделаться от ощущения, что сегодняшний вечер едва ли закончится так же спокойно, как начался.

И что моя судьба непременно выкинет коленце и свернет невесть куда… в очередной раз.

Чем‑то это все напоминало прошлую зиму: премьеру новой серии «бондианы», которая закончилась взрывом. Сегодня у шпионов Каприви появился шанс прихлопнуть весь цвет эльзасской и лотарингской знати вместе с приглашенными офицерами из Парижа одной удачно заложенной бомбой.

Имея возможности германского канцлера, я бы поступил именно так – поэтому и занимался безопасностью дворца лично, гоняя местных осведомителей, полицию и вояк чуть ли не трое суток без перерыва. Защитные и сторожевые плетения охраняли каждую щель, ведущую в бывшую резиденцию герра штатгальтера, надежные люди дежурили на каждом углу, а все подступы надежно прикрывали вооруженные до зубов караульные. Бальный зал и все восточное крыло проверили трижды. Каждого из приглашенных я запомнил поименно – и уже отметил, хоть гости и скрывали лица под вычурными масками.

Взрыва или налета головорезов с «глушилкой», пожалуй, и правда не стоило опасаться. Поэтому собственная тревога с каждым мгновением казалась мне все более нелепой и безосновательной… но уходить все равно не спешила.

Я удрал от какой‑то сверх меры болтливой дамочки из Парижа под предлогом голода – и устроился у стола с закусками, в очередной раз во все глаза разглядывая народ в зале. А заодно и окна, оркестр, лакеев, охрану у каждой двери, паркет, мебель, потолок, контуры охранных заклятий… В общем – все и сразу. Будто бы где‑то здесь, среди цветасто‑роскошной круговерти мог скрываться если не ответ, то хотя бы подсказка. Некое предупреждение, знак, способный пролить немного света на грядущее.

Но знак упорно прятался – или его не было вовсе, и я изводил себя без толку. Чутье Одаренного непременно дало бы знать о прямой угрозе, а это… скорее просто беспокоило. И раздражало – даже больше, чем дурацкая полумаска, которую я бы с искренним удовольствием вышвырнул.

– Добрый вечер, мсье Волк. Вижу, вы не танцуете.

Фигура в узком черном платье с открытыми плечами отделилась от цветастой высокородной толпы и направилась ко мне. Конечно же, я сразу узнал герцогиню, хоть украшенная жемчугом и золотом маска и закрывала всю верхнюю половину ее лица. В отличие от меня ее светлость предпочла не звериную морду, а что‑то классическое – кажется, Коломбину.

Никогда не разбирался в этих тонкостях.

– Я плохой танцор, – пожал я плечами. – Да и настроение, знаете ли…

– Прекрасно понимаю. Но вы ведь не откажете мне в любезности? – Герцогиня скользнула ко мне и изящно взяла под руку. – Белый танец – дамы приглашают кавалеров.

– В таком случае – даже не подумаю возражать. – Я улыбнулся и изобразил легкий поклон. – Ваша светлость…

– Просто Коломбина. – Герцогиня позволила увлечь себя к центру зала. – Сегодня обойдемся без титулов, мсье Волк.

– Как пожелаете… Коломбина. Отправимся развлекать ваших гостей?

– Гости отлично обойдутся и без меня. А вот вы, мсье Волк… С вами я бы хотела побеседовать. – Руки герцогини, облаченные в длинные черные перчатки, легли мне на плечи. – Как ни странно, танец – пожалуй, лучшая возможность.

К счастью, музыка явно не подразумевала каких‑то вычурных па, так что я просто пристроил ладони на узкую талию и неторопливо закружил ее светлость Коломбину по залу. В самый центр – там собралась самая веселая и шумная компания, да и музыка звучала куда громче, чем у столов с закусками.

– Страсбург наш – благодаря вам с князем Оболенским, – выдохнула герцогиня мне прямо мне в ухо. – Все, что вы обещали мне, выполнено с лихвой… А ведь я так и не поблагодарила вас как следует, мсье Волк.

– Не забывайте – у нас были общие цели, Коломбина, – улыбнулся я. – А орденов, полагаю, найдется в избытке у императора Жозефа… или сразу у двух императоров.

– Вот как? Думаете, мне совсем нечего предложить герою, мсье Волк? – Герцогиня легонько ткнулась подбородком мне в плечо. – Впрочем, нам некуда спешить. Куда больше меня интересует, что вы собираетесь делать теперь.

– Служить своей стране – как и раньше, – ответил я. – Подробности вас вряд ли заинтересуют.

– Хотела бы я попросить вас остаться. Хоть ненадолго, мсье Волк. – Герцогиня закинула руку мне за шею и чуть притянула к себе. – Без вас здесь будет непросто. Знаю, что мне пора бы уже научиться справляться самой, но…

– С вами император Жозеф и одна из сильнейших держав в Европе. – Я чуть повернул голову – наши с ее светлостью лица оказались заметно ближе, чем того требовал этикет. – Вам нечего бояться.

– Жозеф? Он даже не пожелал оказаться в списке приглашенных! Не говоря уже о том, что ничуть не спешит подписать указ, хоть на него и насела вся парижская знать… В конце концов, я всего лишь женщина. – Герцогиня вдруг с неожиданной силой сжала мое плечо пальцами. – Которая, признаться, уже привыкла, что рядом с ней человек, способный…

Музыка стихла, и пары вокруг принялись стремительно распадаться – и тут же дружным табуном повалили к столам. Герцогиня с тихим вздохом отступила на шаг – и только это, пожалуй, спасло меня… спасло от чего‑то весьма неловкого. Во всяком случае, по дороге к закускам я смог хоть немного подумать, что ответить.

И стоит ли вообще отвечать – если уж на то пошло. Герцогиня не стала дожидаться и заговорила сама:

– Будь я хоть на полтора десятка лет помоложе – пожалуй, уже упрашивала бы вас жениться на мне. Однако мы оба понимаем, что это, конечно же, невозможно.

Я благоразумно рассудил, что молчание будет лучшим решением. Поэтому, не говоря ни слова, подхватил с подноса два узких бокала: один вручил ее светлости, а вторым тут же заткнул себе рот… во избежание.

– Простите, если смутила вас, мсье Волк. – Герцогиня чуть склонила голову, принимая шампанское из моих рук. – Но вы не хуже меня знаете, что такие, как мы, редко женятся или выходят замуж по любви. И чувства – какими бы они ни были – не должны мешать тому, что следует сделать: брачный союз двух великих родов поднял бы оба куда выше того положения, которое нам суждено занять в будущем… Но увы – в нынешних обстоятельствах подобный альянс принес бы больше вреда, чем пользы.

– Пожалуй, – осторожно согласился я.

Разговор приобретал все более и более неожиданной оборот. И ожидать теперь приходилось буквально чего угодно: я бы даже не так уж сильно удивился, попроси вдруг ее светлость сделать ей ребенка. В конце концов, мальчишка с моим Даром и титулом герцога Лотарингского при определенных обстоятельствах смог бы претендовать даже на французский престол…

К счастью, обошлось.

– Сейчас не время говорить о делах семейных, ведь так, мсье Волк? – Герцогиня изящно пригубила шампанское из бокала. – Тем более, что сегодня вас желает видеть… скажем, один очень влиятельный человек.

– Вот как? – отозвался я. – И кто же?

– Думаю, он пожелает представиться лично, князь. – Герцогиня, похоже, решила наплевать на придуманное ею же правило – и назвала меня по титулу. – Вы ведь не откажетесь немного прогуляться?